КОМСОМОЛ-6 - Ольга Войлошникова

Главное — не увлекайся! А то рухнем прям посередь боя!

И то верно. А мне ещё Кирю хворостиной учить… И если Машка там, я его вообще…

Чего я ему вообще, я додумать не успел.

Медленно падающий «Феникс» таки ударился о землю. И словно кто этого ждал, рвануло. Нет! Нет! Я проморгался — слава тебе Господи, не дирижабль! Просто от упавшего парового гиганта рванул по полю во все стороны огненный вал. Лишь чуть-чуть до нас не долетело. Жаром аж морду опалило, сквозь все щиты!

На потрескавшемся от огня поле, в клубах пара, осталась стоять неподвижная женская фигурка. А потом она повернулась к нам.

НЕ ДОЛЖНО ТАК БЫТЬ!

Там же

Время то же

Владетельница одиннадцатого доминиона

Это было невозможно. Совершенно невозможно. Повелительница одиннадцатого Доминиона не могла поверить своим глазам. К ней нёсся огромный белый зверь, от которого несло Смертью. На нём, как всадник, сидела ещё какая-то белая тварь… Рядом летела та девочка-некромант. Вернее уже совсем не девочка… А по другую сторону на… горбе из воды?.. летела ещё одна девочка! Ещё одна! Они используют детёнышей для закрытия порталов? Или именно против неё?

Значит, у них не должно остаться этих ужасных детей! Повелительница зачерпнула последние крохи «не времени» и выплеснула в водяного ребёнка. А потом повернулась навстречу рвущей её защиту молнии.

ЯРОСТЬ

Там же

Время то же

Аркадий

— Как ты мне надоел! — взвизгнула похожая на женщину тварь, и в сторону упавшего дирижабля ударил рой алых искр. И никто оттуда не ответил на удар.

Я понял, что снова реву, и прыгнул на рыжую демоницу. Но повис в метре перед тоненькой фигурой. Когти бились о щиты, высекая искры, но я не мог достать. Не мог!

— Ты тоже! Тоже надоел! — лёгкий взмах ладонью — и я лечу в сторону, сдирая щиты и собственную плоть о горелые демонические кости.

— Вы все! Вы мелочь! Ничтожества!

Подлетевшего отца Александра пробивает монструозный меч цвета крови. Он висит на нём словно бело-золотая бабочка, и на губах пузырится кровь…

Мелкие тени текут с рук баронессы… и не пробивают защиту демоницы! Тоже не пробивают!

— Малышка, ты думала взять меня старым трюком? Ты считаешь себя самой умной? Тогда что ты скажешь на это? — в баронессу летит огромное копьё тьмы, но разбивается о прозрачную линзу щита. Марфа? Рядом с Енрикеттой стоит полуголая девушка и, воздев руку, словно зачерпнув что-то, с воем, бросает в демоницу ледяные сосульки. Рой, град ледяных сосулек.

— И это всё? — смеётся демоница. — Ты тоже надоела мне! — и Марфа оседает рядом с баронессой. Даже непонятно, что с ней.

Я с трудом поднимаюсь на лапы. Всё плывёт. Правый глаз не видит вообще. Но надо хотя бы попытаться. Попытаться!

Я, шатаясь, бреду к демонице.

Вокруг грохочет и взрывается.

Золотые ленты пулемётных очередей высекают искры из адской твари. Но… это всё что они делают. Она даже не обращает на это внимание! А потом она поворачивается ко мне.

— Ты ещё жив? Зверь? — и бросает в меня какое-то заклинание. Что это — я не понял, потому что вновь лечу в сторону от удара. Только на этот раз меня отпихнула Хотару. Заклинание обтекает белоснежную шерсть и, шипя и пузырясь, падает в грязь. Огромная лиса визгливо смеётся и косыми прыжками несётся к демонице.

— Ещё одна зверюга? — удивляется рыжее чудовище и взмахивает рукой. Удар сносит Хотару, но лиса вновь вскакивает и бросается к демонице. — Угомонись! Ты мне не ровня!

Ещё один магический удар — и лисичку проволакивает по земле как и меня перед этим. И Хотару не встаёт. Хотару! Непонятно как я оказываюсь перед рыжей демоницей и молочу сиреневыми когтями по защите. И бабочек в неё! И смерчей, на весь запас!

— Надоел! — взвизгнула демоница. Она вообще другие слова знает? Рывок ко мне и простой пинок. Простой пинок — и я лечу. И веер алых брызг, что сопровождает мой полёт, это вообще всё что я вижу. И небо. В рваных чёрных тучах. И холодные струи воды, льющиеся на морду.

Встать!

Встать!

Вставай, дохлятина!

Не надо ругаться. Уже встаю…

Я вырвал себя из грязи и пошёл к демонице. Уже без разницы. Просто надо закончить этот бой. Или сдохнуть.

— Ты ещё тут? Сколько можно? Я уже устала тебя убивать, белый надоеда. Да! Сдохни уже! Надоел! — мда, а словарный запас у дамочки действительно слабоват. О чём я думаю?

Какие же тяжёлые лапы, ужас!

— А я вам надоел? — Внезапно за плечами рыжей демоницы возник Коля и воткнул ей в ухо обломок александровского меча. Того, первого, подобранного им в Клостервальдском лесу. Вот точно так же, как и святому отцу, воткнул.

— А-а-а-а-а! — вопль резанул по ушам, ударил и снёс меня, словно картонную фигурку, развернул, поволок по выжженной до скального основания земле. Пепел, камни, осколки костей… С-сука, больно…

Встава-а-ай!

Я… пытаюсь… Аргх!

Я поднял морду как раз для того, чтобы увидеть как перед тоненькой фигуркой проявляется Отто Мюллер-старший и хватает её за предплечья.

— А я? — орёт он в оскаленное лицо демоницы. — Я тоже надоел?

И Николай проворачивает обломок в ране. И ещё раз. И ещё…

Рыжая демоница кричит, и в её крике внезапно появляются нотки страха. Она дёргается, но два призрака, словно пиявки, висят на казавшейся непобедимой и неуязвимой повелительнице демонического вторжения.

Да кого я обманываю? Она и есть вторжение.

Она.

Замок, демоны эти — это просто необязательное сопровождение. А тут два призрака — сапёр и мельник. И страх? Или всё дело в мече?

Господи, о чём я вообще?

А Коля клещом повис, сзади за шею ухватившись. На удушающий эту тварь взять вряд ли получится, но вот мечом в ране ворочать так всяко сподручнее!

Из головы демоницы полезли шипы, превращая её в подобие монструозного ежа. Только призраку те шипы вдоль корпуса!

И кусок благословенного меча в башке своё дело делал. Какая бы там ни была регенерация…

Адская баба дрогнула. Лицо словно начало плыть, становясь грубее. Рот распахнулся шире, потяжелели челюсти, выдвинулись мощные клыки — любому медведю на зависть!

Но тут Николай быстрым движением запихал