Развод с Альфой. Теперь твой соперник зовет меня своей - Майкл Скофилд

Я села.

— Показывайте перевалы.

Следующие три часа прошли почти нормально.

Именно почти.

Работа помогала не потому, что я забывала про Кайдена.

Не забывала.

Просто боль переставала занимать всю голову.

Нужно было проверить расстояния.

Сравнить расход.

Разобраться, почему одна станция годами заказывала больше соли, чем соседние.

Поговорить с двумя управляющими по почте.

Рейд появился только ближе к полудню.

Он вошел в комнату без свиты, положил на стол сводку и спросил Лану:

— Что с северным перевалом?

Она показала на меня.

— Теперь спросите Нору.

Рейд подошел.

— Что с северным перевалом?

— Вы платите за три резервные телеги, которых там нет.

Он остановился.

— В каком смысле нет?

— Физически.

Я развернула журнал.

— По смете станция содержит три запасные телеги с зимними полозьями. По ремонтной книге за последние два года обслуживали одну. Еще две нигде не появляются.

Рейд нахмурился.

— Могли списать без переноса в общий отчет.

— Могли. Тогда вы два года продолжаете оплачивать содержание списанного имущества.

Он взял книгу.

Читал быстро.

— Кто управляющий?

— Артен Восс.

— Давно?

Лана ответила:

— Четыре года.

Рейд посмотрел на нее.

— Запросить опись.

— Уже, — сказала я.

Он повернулся.

— Ты запросила?

— Работаю здесь с девяти.

— Это не ответ.

— Да. Запросила.

Рейд посмотрел на часы.

— Быстро.

— У вас мало бумаг.

— Это оскорбление?

— Зависть.

Он усмехнулся.

Никакого разговора о разводе.

Никакого вопроса, что происходило у моих ворот.

Я оценила.

Но сама нарушила рабочую тему:

— Контракт уже попал в Ренварские газеты.

Рейд отложил журнал.

— Ожидаемо.

— За сутки.

— Ренвар маленький город с большим количеством людей, которым платят за чужие новости.

— Ты сообщал?

— Нет.

— Твой штаб?

— Я запрещал публиковать до твоего первого рабочего дня.

— Значит, кто-то сообщил из регистрации.

— Или из канцелярии Круга.

— Тебя это не беспокоит?

— Беспокоит. Но не удивляет.

Рейд прислонился к столу.

— Хочешь разорвать договор?

— Нет.

— Тогда что?

— Просто хочу понимать, не было ли это частью твоего плана.

Он посмотрел прямо.

— Нет.

— Верю пока.

— Очень щедро.

— У меня сложная неделя.

— Заметил.

Я ждала.

Он не спросил.

И именно из-за этого захотелось сказать больше.

— Штаб Кайдена прислал мне заявление на подпись.

Рейд чуть нахмурился.

— И?

— Хотят написать, что развод взаимный и давно обсуждался.

— Был взаимным?

— Нет.

— Тогда не подписывай.

Слишком просто.

Я почти рассердилась.

— У тебя все просто.

— Нет. У меня ответы иногда короткие.

— Если я откажусь, Кайден получит политический удар.

— Да.

— Тебе выгодно.

— Да.

Вот опять.

Никакой попытки спрятать.

— Это тебя совсем не смущает?

— Что мне выгодно чужое честное решение?

— Что моя личная жизнь влияет на выборы.

Рейд задумался.

— Смущает.

Я не ожидала.

— Почему?

— Потому что хотел бы победить Кайдена по вопросам, которые относятся к должности Первого Альфы. Но я не выбираю обстоятельства кампании.

— И не воспользуешься?

— Если журналист спросит меня, считаю ли развод доказательством его неспособности управлять Северным Кругом, скажу нет.

— Правда?

— Да.

— А Эдрик скажет, что ты врешь.

— Это его работа.

— А если станет известно про измену?

Рейд помолчал.

— Это уже твой вопрос и Кайдена. Не мой.

— Очень удобная позиция.

— Не особенно. Половина людей все равно будет ждать, что я скажу что-нибудь мерзкое.

— Скажешь?

Он посмотрел без улыбки.

— Нет.

— Даже если даст тебе голоса?

— Нора, я могу считать поступок Кайдена отвратительным как мужчина и при этом понимать, что должность Первого Альфы выбирают не за супружескую верность.

Слова заставили меня замолчать.

— Ты уже знаешь.

— Что он изменял?

— Да.

— Откуда?

— В Ренваре сейчас уже знают многие.

— С кем?

— Имя не слышал.

Не знаю почему, но именно это принесло облегчение.

Лисса пока не стала частью публичной истории.

— И ничего не спросишь?

— Ты хочешь рассказать?

— Нет.

— Тогда нет.

Он взял журнал с телегами.

— У тебя есть еще что-нибудь, что обойдется мне дешевле трех отсутствующих телег?

Я почти улыбнулась.

— Скорее всего нет.

— Прекрасно.

Он ушел в соседнюю комнату.

Я смотрела вслед несколько секунд.

Не на мужчину.

На поведение.

Мне было непривычно, что человек может знать самую обсуждаемую историю недели и не пытаться получить подробности только потому, что они существуют.

Потом Лана положила передо мной новый отчет.

— Это южная станция.

И рабочий день продолжился.

К усадьбе я вернулась после четырех.

Журналисты не разошлись.

Стало больше.

Брина впустила карету через боковые ворота, чтобы не пришлось выходить к ним.

— Кайден в малой гостиной.

— Все это время?

— Уезжал на час. Вернулся.

Я сняла перчатки.

— Ел?

Брина посмотрела с выражением, которое я уже научилась узнавать.

Я остановилась.

Старая привычка.

— Забудь.

— Я не собиралась отвечать.

— Отлично.

Она помогла снять плащ.

— Он очень злой.

— На кого?

— Не знаю. Но стол цел.

— Высокий стандарт.

— У нас хорошая мебель.

Я засмеялась.

Всего на секунду.

Потом пошла в гостиную.

Кайден стоял у окна.

Перед ним лежала газета.

Я увидела заголовок с порога:

«Бывшая Луна Харта переходит к его главному сопернику».

Вот и все.

В тексте наверняка не было ничего о «переходит» в том смысле, который читатель слышал первым.

Заголовку это не мешало.

Кайден повернулся.

— Ты подписала контракт с Морном.

Не вопрос.

— Да.

— Вчера?

— Да.

— И не сказала мне.

Я закрыла дверь.

— Мы уже обсуждали это.

— Нет, Нора. Мы обсуждали твою работу в Северном Круге. Ты ни разу не сказала, что собираешься работать на него.

— Потому что вчера утром не собиралась.

— А вечером уже подписала.

— Да.

— Очень быстро.

— Контракт на тридцать дней.

— Это что-то меняет?

— Для меня да.

Он взял газету.

— Ты видела?

— Сейчас.

— Они уже делают из этого переход на сторону Рейда.

— Газетам нужен заголовок.

— Это не просто заголовок.

— А что?

Кайден бросил газету на стол.

— Он использует тебя.

— Нет.

— Ты знаешь его один день вне