Троцкий. Вооруженный пророк. 1879-1921 - Исаак Дойчер
По Брестскому договору советское правительство обязалось разоружить легион. Условие выполнялось с такой неохотой и небрежением, что легион оставил при себе большую часть вооружения. Сначала британцы и французы предлагали вывезти легион морем из какой-нибудь российской гавани, и советское правительство согласилось на это. Однако впоследствии Антанта не предоставила кораблей и решила оставить легион в России, где его можно было использовать либо против большевиков, либо против немцев, либо против и тех и других. Троцкий гарантировал легионерам полную безопасность и дал им право жить и работать в России, если они того пожелают. Пока легион бесцельно перебрасывали с места на место по Уралу и Сибири, среди легионеров прошел тревожный слух о том, что большевики собираются отправить их в Германию. Чехи взялись за оружие. Они быстро овладели обширными районами на просторах азиатской России, не охваченных красноармейцами, свергли местные Советы и объединились с колчаковскими белогвардейцами.
Когда чехи захватили волжский город Самару, Троцкий объявил первую обязательную мобилизацию рабочих. Новобранцев срочно отправили из Москвы на борьбу с легионом Большинство из них не прошли предварительной подготовки, а оружие получили уже в пути. Во время чехословацкого мятежа против большевиков взбунтовались левые эсеры. Как известно, московские большевики имели в своем распоряжении только латышских стрелков под началом Вацетиса и отряд сочувствующих военнопленных под началом Белы Куна. После подавления московского восстания латышские стрелки тоже отправились на борьбу с чехами. Ситуация на Волге усугублялась предполагаемой изменой полковника Муравьева, который отбил попытку Керенского взять Петроград и затем отличился в сражениях на юге и был назначен командующим Восточным фронтом. Поступили сведения, что Муравьев сочувствует левым эсерам, и большевики обвинили его в тайном сговоре с чехами и Колчаком. По одной версии, он совершил самоубийство после разоблачения, по другой — его расстреляли. Тем временем чехи захватили Уфу, Симбирск и Екатеринбург.
В Екатеринбурге большевики держали в заключении царскую семью: они хотели поставить царя перед революционным трибуналом, как Карла I в Англии и Людовика XVI во Франции; и Троцкий выбрал себе роль главного обвинителя. Но наступление белочехов и Колчака застало местных большевиков, как они утверждали, врасплох, так что у них не осталось времени, чтобы организовать безопасную эвакуацию царя и царской семьи. Они опасались, что белогвардейцы спасут царя и он объединит под своим флагом все силы контрреволюции, до сих пор разрозненные из-за отсутствия какого-либо единого управления. Может быть, вспомнив изречение Марата «Горе революции, которой недостает смелости обезглавить символ старого режима», перед своим поспешным отходом большевики казнили царя и все его семейство. Официальная советская версия утверждает, что решение о казни было принято местными большевиками, а после приведения в исполнение одобрено Москвой. Есть основания сомневаться в достоверности этой версии. По всей вероятности, местные большевики сначала обратились в Политбюро, и Троцкий рекомендовал вывезти царя, чтобы судить его, но Политбюро решило не рисковать и отдало приказ о расстреле. Так мир лишился самого драматичного зрелища — суда, на котором Троцкий и царь встретились бы лицом к лицу.
Чехи и белогвардейцы продолжали наступать. 6 августа Красная армия в панике оставила Казань, последний стратегический пункт на восточном берегу Волги. Если бы чехам удалось перейти реку в этом месте, то они смогли бы отправиться по открытому полю прямиком на Москву, не встречая по дороге никаких препятствий.
«Республика в опасности!» — объявил ЦИК Советов. Троцкий отдал приказ о первом обязательном призыве офицеров и сержантов и принял суровые меры против корыстных и безответственных коммунистов в армии. Через два дня после падения Казани он сам отправился на фронт, и поезд, в котором он ехал, служил ему жилищем и передвижным штабом в течение двух с половиной лет. Перед отъездом Троцкий издал приказ по войскам, где говорилось:
«Выезжая на чехословацкий фронт, приветствую всех тех, кто... честно и доблестно отстаивает свободу и независимость рабочего класса и трудового крестьянства.
Честь и хвала доблести борцов!
Вместе с тем предупреждаю, что врагам народа, агентам иностранного империализма и наемникам буржуазии пощады не будет. В поезде Народного Комиссара по военным делам, где пишется этот приказ, заседает Военно-Революционный Трибунал... [который] снабжен неограниченными полномочиями по отношению к полосе железной дороги, объявленной на военном положении.
Назначенный мною начальник обороны железнодорожного пути Москва—Казань товарищ Каменщиков распорядился о создании в Муроме, Арзамасе и Свияжске концентрационных лагерей... Предупреждаю ответственных советских работников во всех областях военных действий и в полосе военных передвижений, что с них будет спрашиваться вдвойне. Со своими нерадивыми и преступными слугами Советская Республика будет расправляться не менее сурово, чем со своими врагами...
Советская республика в опасности! Горе тем, которые прямо или косвенно увеличивают эту опасность!»
Троцкий прибыл в Свияжск, небольшой город на западном берегу Волги напротив Казани. Это была самая передовая позиция красных после отступления за реку. Наркомвоен нашел фронт в состоянии полного развала: массовое дезертирство рядового состава, моральный упадок среди командиров и комиссаров. Со своего поезда, стоявшего в пределах досягаемости вражеских орудий, он спускался в толпу охваченных паникой солдат, окатывал их ливнем пылкого красноречия, сплачивал и при случае лично вел в сражение. В самые критические минуты в бой вступала его охрана, и он оставался в поезде почти в одиночестве. Местные комиссары предлагали ему перебраться в более безопасное место, где-нибудь на пароходе на Волге, но он отказывался, опасаясь, что это произведет на войска неблагоприятное действие. На ветхом торпедном катере вместе с кронштадтскими матросами, которые привели на Волгу крохотную флотилию, он отправился в опасный ночной рейд на Казань. Большая часть флотилии была уничтожена, но она заставила смолкнуть вражеские батареи, и Троцкий благополучно вернулся в свой поезд.
В тех боях друг против друга сражались очень незначительные силы326. Как в начале любой гражданской войны, так и здесь судьба великой революции висела на аптекарских весах. В подобных битвах вождь постоянно на глазах у своих людей: его вера, присутствие духа и смелость могут творить чудеса. Ему приходится утверждать свой военный авторитет в том числе и личным примером, чего, как правило, не требуется от командующего армией в обычных условиях. С другой стороны, в подобных битвах командиры тоже постоянно на глазах у вождя, и репутация, заработанная ими на месте, помогает им достичь таких высот и славы, о которых они и не мечтали. Со Свияжска берет начало дружба Троцкого с Вацетисом, которого он спустя некоторое время назначит главнокомандующим Красной армией. Там же он обратил внимание и на молодого Тухачевского. Там же