Просто скажи когда - Элизабет Брайт

Я посмотрел на нее и увидел, как она смотрит на меня снизу вверх, умоляюще, из-под темных ресниц.

Черт.

— Можем на тропу сходить, — предложила она.

Это была взятка. Ходить по горам — мое. Ее — конная прогулка. Но она наверняка понимала, что нас быстрее поймают, если мы сунемся на Путеводную звезду и оседлаем пару лошадей. Мои родители не идиоты.

— Ладно, — проворчал я. — Только потому, что последняя неделя учебы, и мы все равно ничего не делаем.

— Ура! — просияла она. — Я знала, что ты не откажешься от похода.

Я покачал головой. Единственное, от чего я никогда не мог отказаться, — это Эсси Прайс.

Эсси

Через две недели после того, как Пират появился на Путеводной звезде, гниль в копытах прошла, и он уверенно встал на ноги. Он даже прибавил в весе и больше не выглядел мешком грязных костей. А искра в его глазах, которая говорила, что дух в нем не сломан до конца, разгорелась до чистого озорства. Я вся дрожала от нетерпения: сегодня у него должен быть первый урок под седлом, если я, конечно, сумею его поймать.

Пират, как выяснилось, настоящий шут.

Я стояла на маленьком выгуле у калитки, с морковкой в одной руке и недоуздком с поводом — в другой. Пират стоял посреди поля. Мы уставились друг на друга, каждый ждал, кто первый сделает шаг. Мы уже трижды повторяли этот цирк. Он подходил ко мне рысью, такой милый и покладистый, но стоило мне протянуть руку к недоуздку — ускользал из-под пальцев. А потом мчался вдоль забора, взбрыкивая, словно последний дурень, ужасно довольный собой.

У меня было чувство, что сама идея пойти со мной его не раздражает, хоть он и не понимает, что его сегодня ждет. Ему просто казалось, что это игра. И он выигрывал.

И правда выигрывал.

Черт бы побрал его красивую шкуру.

Я была не настолько глупа, чтобы броситься за ним. Мои две ноги не сравнятся с его четырьмя. Псы, овцы, кони — им только дай повод, и они рванут. Поэтому я сделала единственное, что умела: отвернулась и сделала вид, что мне плевать.

И уткнулась взглядом прямо в довольное лицо Бракса.

— Малыш капризничает, чертовка? — протянул он.

Господи, избавь меня от этого самодовольного мужчины. У меня сегодня нет времени на попытки посадить кого-нибудь в тюрьму.

— Это не жеребячьи замашки, — пояснила я с фальшивым терпением, будто он не всю жизнь провел среди лошадей. — Он не орет и не… демонстрирует себя. У него просто полно энергии, теперь, когда он сыт, а куда ее девать — он еще не понял.

Бракс скользнул взглядом мне за спину, угол его губ дернулся, и он снова посмотрел на меня.

— Да ну?

Я удержалась от того, чтобы закатить глаза. Если он думает, что я не замечаю, как Пират крадется ко мне сзади, он ошибается. И Пират — тоже. Четырехсот килограммовое животное незаметным быть не может.

— Да. Именно, — отрезала я.

Я слушала глухой стук копыт по влажной земле. Пират почти подошел. Когда я услышала его тихое фырканье, я плавно развернулась и протянула ему ладонь с морковкой. Он смахнул ее губами, и я осторожно подняла вторую руку к недоуздку.

— Тихо, малыш, — прошептала я.

Но прежде чем я дотронулась, он фыркнул, толкнул меня лбом в грудь и мощным кивком отправил меня назад. Я шагнула, пытаясь удержать равновесие, но корыто оказалось прямо за коленом, и нога подломилась. Я плюхнулась в прохладную воду задом наперед, с целым фонтаном брызг.

— Ах ты негодяй! — взвизгнула я.

Пират уже несся через все поле, довольный, как черт. Судя по громкому хохоту Бракса, он был не единственным.

Как истинный джентльмен, Бракс протянул мне руку.

— Давай, помогу.

— Сама справлюсь. — Я злобно глянула на него и выбралась наружу. Некрасиво, с рывками и плеском, но выбралась. Промокшая от подмышек до колен, я сказала: — Видишь? Все отлично.

Его взгляд скользнул по мне сверху вниз, отмечая мокрую одежду. Желтая футболка наверняка стала прозрачной, и он видел, как сквозь спортивный топ торчат соски, окоченевшие от холода, но я держала подбородок высоко и не собиралась это проверять. Не вижу — значит, не стыдно.

Он резко отвернулся, на скулах дернулся мускул.

— Ты всегда слишком гордая, чтобы принять помощь.

Его слова взбесили меня. Я вовсе не слишком гордая. Я просто ненавижу, когда мне что-то навязывают.

— Да? Ну тогда мне бы не помешала помощь… высохнуть.

— Что? — Его глаза округлились, когда я на него бросилась.

Хотя именно этого я и добивалась, удивление все равно пронзило меня, когда я врезалась в него. Бракс никогда не отличался медлительностью, и я почти была уверена, что он увернется. Но он поймал меня автоматически, обхватив руками за талию. Я прижалась мокрым торсом к его широкой груди и жесткому животу, выжимая на него всю воду, как будто он — мое личное полотенце.

— Господи, чертовка. Ты меня убить решила? — пробормотал он мне в лоб.

— Просто принимаю твою помощь, вот и все, — сладко протянула я.

Я хотела только вывести его из себя, не больше, но просчиталась: стоять, укутанной всем этим горячим телом, оказалось слишком приятно. Из меня вырвался смущающий вздох, и я сомкнула губы, чтобы не выдать себя снова.

— Замерзла? — буркнул он. Ответа не понадобилось — мои соски, уткнувшиеся в его ребра, говорили сами за себя. Он просто крепко провел ладонями вверх и вниз по моей спине, разогревая меня.

И тут всплыла память — последний раз мы держались так пятнадцать лет назад, в тот день, когда он едва не погиб. Тогда меня трясло от адреналина, и я прижалась ухом к его груди, слушая, как стук его сердца приводит меня в чувство. Его руки обвивали меня так крепко, будто он боялся, что я исчезну, если отпустит.

Но он отпустил.

Это я тоже помнила.

— Мне уже лучше. — Я отстранилась и усмехнулась, делая вид, что мысли не запутались в прошлом. — Спасибо за помощь.

Он потер грудь, словно что-то там мешало. Может, мы столкнулись чуть сильнее, чем я думала.

— Я поймаю Пирата, а ты переоденься. В таком виде кататься нельзя. В мокрых джинсах бедра натрешь.

— Я не поеду.

— Правда? Сегодня ведь должен быть у Пирата первый урок под седлом?

— Да. Только не со мной. С Джеймс. — Я надеялась, что он не услышит, как это