Огонь. Эйвери и Ривер - Ребекка Яррос

Она запустила пальцы в мои волосы, толкнулась в бедра, простонала мое имя. В жизни не слышал ничего прекраснее.

Я вернулся к ее губам ради последнего, самого долгого упоительного поцелуя, в который вложил все, что мог. Да я чуть имя свое не забыл, отдав ей всего себя без остатка.

Затем, проявив невероятную выдержку, я отстранился. Она подняла на меня затуманенный, полный страсти взгляд, ее губы распухли от поцелуев.

Да я просто кремень.

– Ривер? – хрипло спросила она таким сексуальным голосом, что мне немедленно приспичило узнать, какого цвета ее трусики и как они будут смотреться на полу.

Вместо этого я поцеловал ее в лоб и убрал руки – пока не трахнул лучшую подругу в баре, в котором она работает. Эйвери заслуживает намного большего, да и я после столь долгого ожидания – тоже.

– Я хочу тебя, – проговорил я низким, словно чужим голосом.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но я прижал большой палец к ее пленительным губам.

– Не говори ничего. Я просто хочу, чтобы ты знала: у тебя есть выбор. Я – это выбор. Не важно, что ждет нас впереди – дружба или что-то больше, – я хочу, чтобы ты поехала со мной в Колорадо. На следующей неделе я отправляюсь туда на выходные и уже купил тебе билет. Всего один уик-энд, никаких долгосрочных обязательств, но я хочу, чтобы ты поехала и посмотрела, сможешь ли там жить. Со мной или без меня – это твой выбор.

Я провел пальцем по ее губе и наклонился, чтобы урвать еще один поцелуй.

– Боже, я так много лет этого ждал…

– Ривер…

– Не нужно, – мягко настаивал я. – Ничего не говори, просто подумай. Я подожду снаружи, пока ты закроешь бар. А завтра все обсудим, хорошо?

Она кивнула, и я медленно отодвинулся, стараясь не замечать, как быстро вздымается ее грудь, как ее рот все еще приоткрыт, будто она ждет, что я снова страстно прильну к ее губам.

Может, я только что все испортил. Может, она этого и не хотела, а я настоял и лишился лучших в своей жизни отношений – и все же у двери я обернулся и увидел, как она подносит пальцы к губам, и не смог сдержать улыбку.

А может, я только что принял лучшее в своей жизни решение.

Я сидела в кабинете доктора Стоуна и листала журнал, даже не замечая, что в нем написано. Все мои мысли были о Ривере.

Он меня поцеловал. Я зажмурилась и вспомнила его губы, касания языка, рук, сладкий вкус… Я провела кончиками пальцев по губам – и снова почувствовала его рядом.

Как все может в мгновение ока так измениться?

А вот так.

Лучший поцелуй в моей жизни: настолько сексуальный, что, если бы Ривер не остановился, не знаю, куда бы это нас привело.

На стол. На барную стойку. В его кровать.

Я ощутила, как кровь горячо приливает к лицу, открыла глаза и улыбнулась. Боже, как давно я не чувствовала себя такой счастливой! Мы словно два магнита, которые наконец-то легли нужными полюсами и им не осталось ничего иного, кроме как устремиться друг к другу.

– Чему это ты так радуешься? – проворчал с кушетки отец.

– Риверу, – честно ответила я. – Он вчера весь день писал мне с работы, но наши графики не совпали, так что встретиться не удалось.

Отец прищурился.

– Не слишком-то к нему привязывайся, Эйвери. Уедет и разобьет тебе сердце – и ты станешь еще стервознее. Хотя куда уж хуже… Берегись, – сказал он, показывая на меня пальцем.

Я постаралась успокоиться, однако мое тело уже практически встало в защитную стойку.

– Вообще-то на следующих выходных я думаю поехать с ним в Колорадо.

У отца отвисла челюсть, он был готов сжечь меня на месте взглядом.

– Никуда ты не поедешь!

– Поеду, – сказала я с уверенностью, которой еще утром не чувствовала.

Похоже, ты приняла решение.

– Пап, это всего лишь на выходные. Тетя Дон уже пообещала присмотреть за вами.

Когда я утром ей позвонила, она действительно была на седьмом небе от счастья.

– Не стоило доставлять ей такие неудобства.

– Пап, она живет в тридцати минутах от нас, к тому же на пенсии. Провести выходные с собственным братом – вряд ли такие уж неудобства.

Он заворчал.

– А что насчет Эделин?

– А что с ней? – Я закрыла журнал, перестав делать вид, что читаю.

– Ты надумала туда переехать? Вместе с ним? Ну конечно! Зачем еще тебя туда потянуло?

Нужно было молчать, пока не вернемся домой, или сказать перед самым приемом.

– Давай позже поговорим.

– Нет, док все равно, как обычно, опаздывает. Сейчас и поговорим. – Отец скрестил руки на груди. Ногти слишком длинные, но хотя бы я убедила его принять утром душ.

На долю мгновения меня захлестнуло картиной возможного будущего – где мне не нужно будет каждый день с ним ругаться, где я смогу жить для себя, смело шагнуть в независимую взрослую жизнь, о которой даже боялась мечтать. Будущего, в котором Ривер целует меня, а я наконец-то позволяю себе разобраться в своих истинных чувствах к лучшему другу.

– А что, если я и правда хочу переехать? – тихо спросила я. – Что, если я хочу, чтобы у меня была нормальная жизнь, пап?

– В которой ты не прикована к отцу-инвалиду? Это ты имеешь в виду?

– Ты не инвалид. К тому же Ривер сказал, что ты можешь поехать с нами…

– Хватит! – не выдержал он. – Не поеду я ни в какое Колорадо. И ты не поедешь. Твоя жизнь здесь, со мной. И пусть это не то, чего ты хочешь, знай: я тоже такой жизни не хотел. Увы, имеем, что имеем. Эйвери, мы всегда были вместе. Как я без тебя? А Эделин? Ты же знаешь, нам без тебя не справиться. Так что можешь поехать на выходные и помечтать немного, но ты и сама понимаешь, что вернешься, не бросишь семью.

Он исподлобья смотрел на меня, словно ждал, что я возражу.

Неужели он прав? Неужели мои желания вообще ничего не значат?

В кабинет постучали, избавляя меня от погружения в эти мрачные мысли.

– Мистер Клэр. – Доктор поприветствовал отца, сел за стол и просмотрел информацию на экране компьютера. – Ну что, как вы себя чувствовали в этом месяце? Вы набрали вес.

– Люблю хорошо поесть, – пошутил отец, пуская в ход свое обаяние, как он обычно делал на приемах в больнице. Конечно, ведь доктор мог дать то, что