Рук и Бунтарка - Кейт Крю

— Поздравляю, — сказал он, насмешливо. — Ты собираешься стать бунтаркой. Видимо, впервые в жизни.

С улицы донесся чей-то крик, и, обернувшись, я заметила, как к нам приближается мужчина.

Садись на чертов мотоцикл, пока мне не пришлось либо насильно усаживать тебя, либо оставить с парнем, который идет к нам, либо убивать его, заставив тебя плакать. А потом я бы все равно уехал, оставив тебя рядом с трупом. Вряд ли тебе понравится такой расклад.

Я схватила шлем, убрала волосы и натянула его на голову. Я видела, как он улыбался, пока устраивался на мотоцикле.

— Правильный выбор, Бунтарка. Похоже, у тебя есть мозги. Что ты вообще делала с этим Эллиотом?

— Ты его знаешь? — спросила я, оттягивая визор шлема. Он сидел свободно, но я была благодарна, что он хотя бы предложил его.

— О да. В наших кругах он известен, и не по хорошим причинам. Даже не по веселым, а по плохим, — усмехнулся он. — Если сегодняшний вечер тебя не убедил, советую бросить его. К тому же он по уши в долгах, так что ты молодец, что охраняешь свою сумку. Хотя я на нее и не претендую.

Он откинулся на сиденье, а я посмотрела на узкий кусок обивки, предназначенный для меня.

— Это мое место? — спросила я, приподняв бровь.

— Да. Если я еще раз попрошу тебя сесть на этот гребаный мотоцикл, мы сократим количество вариантов, которые я тебе дал, до одного.

— Какого? — спросила я, тут же махнув рукой. — Нет, не отвечай. Ты вообще осознаешь, какой ты засранец?

Он наклонил голову, сузив глаза.

— Мы познакомились, когда я наставил на тебя пистолет. Ты ждала, что я окажусь милым и безобидным?

— Нет. Увы, не ждала.

А ведь это значит, что он совершенно не вписывается в тип людей, с которыми я общаюсь. Очевидно, Эллиот тоже был далеко не милым и невинным мальчиком.

Я оглянулась на парня, идущего по улице. Что лучше: сесть на мотоцикл с этим сумасшедшим, который выглядит так, будто может меня убить, но предлагает вытащить отсюда, или рискнуть и дождаться того, кто идет?

В жизни мне хотелось больше приключений. Сесть на мотоцикл с незнакомцем — разве это не одно из них?

— Как мне забраться? — спросила я, глядя на подножки.

Он ткнул в них пальцем, бросив взгляд через плечо, пока я ставила ногу и пыталась взобраться. Я тут же соскользнула и снова встала на землю.

— Держись за мои плечи, чтобы не падать, как гребаный олень, — крикнул он.

— Я не знала, можно ли тебя трогать! — огрызнулась я, бросив взгляд на дорогу. Мужчина был уже совсем близко.

— Господи, залезай. Ты собираешься прикасаться ко мне еще чертовски много раз, так что да, я предполагал, что без этого никак.

Я положила руки ему на плечи, снова попыталась забраться и перекинула ногу через сиденье.

— О! Это как на лошадь садиться, — заметила я, устраиваясь.

Он наклонил голову вперед, и я почувствовала, как он трясется.

— Ты что, смеешься надо мной?

— Просто мне еще ни одна девушка не говорила такого, когда сидела на мне сверху.

— Я не на тебе, — заявила я, выпрямляясь на своем маленьком сиденье.

Он завел мотоцикл, громкое урчание отдалось вибрацией в теле. Он ударил по чему-то, заставив мотоцикл подпрыгнуть на несколько дюймов вперед, из-за чего я вскрикнула и наклонилась вперед, вцепившись в него.

— Теперь на мне, — произнес он поверх шума. — Обхвати мою талию или держись за бак. Можешь держаться за меня, пока мы едем, но, если остановимся или я поверну, опирайся на бак. Если что, постучишь, и я остановлюсь, но не заставляй меня останавливаться, потому что ты боишься. Не души меня своими объятиями, а то заставлю тебя идти пешком. И если схватишься за что-нибудь ниже моего пояса, это твоя проблема, потому что у меня уже несколько месяцев не было девушки на заднем сиденье моего мотоцикла, и я гарантирую, что ты что-то почувствуешь.

— Ух, сколько правил. И я, кажется, права насчет того, что ты мудак.

Он повернулся и посмотрел на меня.

— Абсолютно права. Безопасность превыше всего, Бунтарка, — сказал он и захлопнул визор. — Теперь держись.

Не знаю, куда везу ее, но предполагал, что она сама вскоре скажет. Я направился обратно в город, свернул вправо — к богатому району, а не влево, где находился наш.

Она точно не с моей стороны города. По виду, по манерам — да и вообще, у Эллиота просто не было шансов встречаться с кем-то, кто не купается в деньгах. Уверен, он уже успел порыться в ее сумочке, и она даже не заметила.

Не прошло и пяти минут, как она постучала по моему плечу. Я только вздохнул, не скрывая раздражения. Все равно в шлеме она не услышит. Свернул на какую-то безлюдную улочку и заглушил мотор.

— Здесь тебя высадить?

Она сняла шлем, и темные волосы мягко рассыпались по ее плечам. Губы, выкрашенные в темно-красный, слегка размазались, и я подумал, что Эллиот, вероятно, уже пытался «проявить инициативу». Но зачем он привел ее на такую опасную улицу? Там не было ничего интересного, и не было причин приводить туда красивую женщину, чтобы она рисковала своей жизнью.

— Нет, но раз уж мы рядом, не против, если я загляну в небольшую пекарню за углом? Она работает допоздна, а я хочу печенье.

— Ты хочешь, чтобы я остановился и купил тебе печенье?

— Нет, я хочу, чтобы ты остановился, и я сама его купила.

— Думаешь я твой личный водитель? Мальчик на побегушках? Или ты всегда просишь грабителей отвезти тебя за печеньем?

— Парни, которых я обычно прошу меня подвезти, делают это без вопросов.

— Уверен, они готовы сделать для тебя много чего без вопросов. У меня тоже есть длинный список вещей, которые я бы сделал с тобой без вопросов, но остановиться ради чертового печенья туда не входит.

Ее брови сошлись на переносице, и она слезла с мотоцикла.

— Знаешь что, Рук? Мы уже здесь, так что я пойду за угол и куплю себе печенье. А ты можешь либо сидеть тут и ждать, как послушный грабитель, либо уехать, либо пойти со мной. У меня была очень дерьмовая ночь, и я хочу чертово печенье! — почти со слезами выкрикнула она.

Такого взрыва следовало ожидать, но после того, какой испуганной она была раньше, я точно не готовился к этому сейчас. Она уже скрылась за углом кирпичного