Экзамен на отцовство. Семья для Лютика - Виктория Борисовна Волкова
— Нет, это не могло повлиять, — мотает головой Ирина Семеновна.
А у меня неожиданно все пазлы складываются воедино.
— Ты чего такой хмурый? — киваю Дараганову.
— Да, у Адама большие неприятности, — вздыхает тот. — Мы к нему сейчас заезжали… Ты же помнишь Нарейко?
— Помню, — подтверждаю под громогласный рев.
Мальвина права. Нашего сына ни на минуту оставить нельзя.
— Догоняйте, — устремляюсь вперед. — Димон у нас сегодня не в настроении… Строит всех. Директор!
— А мы ему подарки привезли, — бежит следом Милена.
— Да, всякие игрушки-погремушки, — ставит на пол огромный пакет Илья.
— Потом, — мотаю головой. Влетаю в спальню. Подхватываю сына на руки. — Тебя ни на минуту оставить нельзя, — выговариваю новорожденному младенцу.
— Он все время плачет и плачет, — сонно жалуется Мишутка. — Спать мне не дает…
— Да уже вставать пора, — подмигиваю ему. — Сейчас полдник будет. Аня вон уже встала. Поедите, и можно будет мультики посмотреть, — объясняю, укачивая Димона.
— С кем ты тут разговариваешь? — заглядывает Илья. — О, привет! А ты кто? — улыбается Мишутке.
— А где моя мама? — озирается тот по сторонам. — Я к ней хочу.
И начинает реветь. А следом, естественно, и Димка подхватывает. Ну дурдом!
— Давай я его подержу, а ты отведешь малыша к маме, — предлагает Милена.
— Руки? — выдыхаю требовательно.
— Помыла, ваша честь! — весело рапортует жена моего друга.
— Тогда держи, — передаю ей самую главную свою драгоценность и беру на руки Михаила. — Пойдем искать маму.
— Она здесь? — тихонечко шепчет Мишутка. — Никуда не ушла?
— Нет, ты чего? — слегка щекочу его под ребра.
— А я думал, она меня бросила, — всхлипывая, признается малыш. Обхватив обеими руками мою шею, кладет голову на плечо. — А этот дядя кто? — спрашивает требовательно.
Как прокурор!
— Мой друг Илья и его жена Милена, — отвечаю так же тихо.
— А я эту тетю где-то видел, — сообщает мне Мишутка и вроде успокаивается.
— Юр, Мальвину позови, — торможу в дверях. — Тут кое-кто по ней соскучился, — выдаю на автомате и, опомнившись, спрашиваю о главном. — Как вообще дела?
— Не поверишь. Нормально все. Наши девушки — спонсоры глобальной паники, — бухтит он. — Я чуть кони не двинул. А они… Ошиблись, бл… — машинально взмахивает он рукой.
— Ой, — прижимается ко мне Мишутка. Съеживается от страха.
— Ты почему так испугался? — чуть отстранившись, заглядываю в личико малыша.
— Я думал, меня дядя Юра ударит, — всхлипывает тот.
— Да ну? Почему? — обалдело таращится брат. — Я же… О господи, — брат удрученно всплескивает руками.
А до меня доходит.
— Тебя кто-то бил? — глажу по спинке.
— Бывший папа и дедушка, — рыдает малыш.
А у меня сил хватает только обнять ребенка покрепче.
— Я клянусь тебе, — сбиваюсь на шепот. — Никто тебя никогда не ударит. Ты понял? Я всегда буду тебя защищать.
— Да! Да! — утыкается мне носом в плечо Мишутка. — Хорошо, что мы с мамой тебя нашли, — выдает он, а я не могу сдержать улыбки.
— По-моему, это я вас нашел…
— Что тут происходит? — слышится сзади голос Мальвины.
— Да мы это… Чисто пацанские разговоры, — тушуюсь я. Ни за что на свете не хочу говорить Мальвине правду о ее бывшем и его семейке.
Бить ребенка? Суки. Вы мне за это ответите.
— Пойдем. У нас гости, — шепчу, обнимая Мальвину. — Как там Лида? — спрашиваю торопливо.
— Ой, Яша, я такая идиотка, — утыкается мне носом в ключицу жена. Так и стою посреди холла. Держу свое семейство в руках и не собираюсь их отпускать.
— Что такое? — шепчу на ушко.
— Я перепутала метеоризм с тонусом, — краснея, признается Мальвина. — Семеновна так смеялась.
— Все обошлось? — подвожу итог.
— Да. А Юра ругался, — тихо сообщает она. — Назвал нас дурами…
— В лоб ему дам, — обещаю шутливо и предлагаю. — Если все неприятности позади, приглашаю всех к столу.
— На полдник? — подняв голову, хитренько интересуется Мишутка.
— Типа того, — киваю я.
Глава 53
Разрезаю рибай на тонкие ломти. Поливаю каждый соусом. Разливаю вино по бокалам.
— С новым годом, пацаны! С новым счастьем! — обвожу собравшуюся за столом чисто мужскую компанию.
Чокаемся, за едой болтаем о пустяках. Сплетничаем.
— Так что там у Адама? — отодвинув тарелку в сторону, спрашиваю Илью.
Напротив сидят, развалившись, братья, рядом Илька и Азот. Тоже на расслабоне, с бокалами вина в руках.
Прислушиваюсь к голосам, доносящимся с кухни. Девушки наши о чем-то переговариваются, хихикают. Хлопают дверцей холодильника и, видимо, набрав вкусняшек, уходят на половину к Лиде.
Это все она. Кто виноват? Невестка!
Ей, видите ли, теперь стыдно людям в глаза смотреть. Сначала напугала до смерти, а потом заперлась с подружками.
И у брата вид нахохлившийся. Скорее всего, успели поцапаться. Юра у нас порывистый. Эмоции сдержать не может.
Ладно, пусть сами разбираются. Вот только моя Мальвина с детьми тоже там, у Лиды. А мне бы хотелось с ней за столом сидеть. Обнять. Рядом пусть малышня носится, Димка в переноске сопит.
Кайф же!
— У Нарейко? — уточняет Илья, будто у нас с ним есть еще один знакомый Адам. — У него, прикинь, трагедия. Брат погиб. Костик. На двенадцать лет его младше. На байке разбился в ДТП…
— Мои соболезнования, — крякаю глухо. Ну что тут скажешь? Беда бедовская. Я даже представить не могу, как это — потерять одного из моих оболтусов. Вон, сидят с серьезными мордами, башками качают. Раздолбаи. Но я их люблю.
— Вроде как жена заказала. Она подала на развод, встал вопрос дележки. Обычная история. Только у дамочки ресурса овердохера, — подает голос Андрей Зотов. Крутит в руках вилку и добавляет лениво. — Сейчас идет следствие.
— Да ну? А ей зачем? — удивляется Илья. — Костик был женат на ком-то из семьи Сарматовых. Они люди солидные. Обеспеченные. Нафиг мараться? У женщины этой и так все в шоколаде.
— Не на ком-то из семьи, а на младшей сестре Джо. Алене Сарматовой. Она сбежала, Иля, — вздыхает Азот. — Значит, рыльце в пушку. Понимаешь?
— Кхмм… Как сбежала? — отставляет в сторону бокал Дараганов. — За границу?
— Нет. Где-то в России зашхерилась… Недвижимости у братьев много. Все не проверишь. С обыском сунулись по месту прописки, поднялся вой…
— Подожди, Сарматовы вроде в Агдальске живут. А ты, я смотрю, в теме? — приподнимаю бровь.
— Женщину эту объявили в международный розыск, — спокойно и бесстрастно сообщает Андрей. — Вот нашего ведомства тоже коснулось. Сейчас все на ушах стоят. Сестра олигарха замочила мужа.
— Ладно, это их разборки, и нас они не касаются, — тянусь к бутылке с итальянским вином. Снова разливаю по бокалам и, откашлявшись, заявляю. — Пацаны, прошу помощи… Мне кроме как к вам обратиться не к кому.
— Это