Не по договору. Книга первая - Надежда Ковалёва

— Тебе все равно.

— Абсолютно.

— Поэтому ты четыре года наблюдаешь, кто кладет на нее руки?

— Я не наблюдаю.

— Конечно.

Дин коротко выдохнул.

— Ты предложил ее для фиктивных отношений со своим братом. Если она твоя девушка, это странно даже по твоим стандартам.

— Она не моя девушка.

— Сэм.

— Никогда не была.

Дин нахмурился. Он перебрал в голове десятки эпизодов: Сэм подвозит ее, Лиза забирает у него телефон, они спорят как супруги, Сэм целует ее в висок на дне рождения ресторана, Лиза засыпает у него на плече после закрытия.

— Хорошо, — сказал Дин наконец. — Допустим.

— Как великодушно.

— Но она к тебе привязана.

На этот раз Сэм не улыбнулся. Что-то промелькнуло в его лице — удивление, а потом понимание, которое Дину не понравилось.

— Очень, — ответил он.

Вот. Это имело смысл.

— Значит, тем более.

— Тем более что?

Дин посмотрел на папку Aster.

— Тем более она безопасный вариант.

Сэм чуть подался вперед.

— Объясни.

— Если она влюблена в тебя, она не станет ждать от меня продолжения. Не решит, что это настоящие отношения. Не будет проблем после окончания сделки.

Сэм молчал так долго, что Дин поднял глаза. На лице брата было выражение человека, которому только что бесплатно подарили билет на лучшее шоу сезона.

— Что?

— Ничего.

— Говори.

— Нет. Мне впервые в жизни интересно посмотреть, как ты сам дойдешь до края обрыва.

— Какого обрыва?

— Именно.

Дин потер переносицу.

— Я предложу ей нормальный контракт. Отдельный гонорар. Все условия через юриста. Если откажется — вопрос закрыт.

— Она откажется.

— Тогда зачем ты ее предложил?

Сэм пожал плечами.

— Потому что иногда человеку надо предложить плохую идею, чтобы он понял, насколько сильно хочет сказать «да».

— Ты говоришь о ней или обо мне?

Сэм встал.

— До встречи вечером.

— Я не говорил, что приеду.

— Приедешь. В восемь у нас дегустация нового меню. Лиза будет.

Он направился к двери.

— Сэм.

Тот обернулся.

— Не говори ей ничего до того, как я сам объясню.

— Конечно.

— И прекрати улыбаться.

— Не могу. Морально устойчивый коллектив.

Дверь закрылась. Дин посмотрел на город за стеклом. Лиза. Это действительно было удобно. Она умела держаться среди людей, не терялась, не была впечатлена его фамилией. Знала Сэма, а значит, понимала, насколько хаотичной бывает их семья. Ей можно было доверять.

И главное — ее чувства были направлены не на него. Никакого риска. Дин потянулся к телефону и написал Норе два слова:

«Есть кандидат». Он еще не знал, что только что совершил самую дорогостоящую ошибку в своей жизни.

СЭМ

Четыре года назад Сэм взял Лизу на работу потому, что она соврала плохо.

Она пришла за двадцать минут до открытия, промокшая под октябрьским дождем, в слишком хорошем пальто для девушки, которая уверяла, что ей срочно нужна любая работа. Волосы были собраны кое-как, под глазами залегли тени, а в руках она держала распечатанное резюме, где опыта в ресторанах не было вообще.

— Поднос когда-нибудь держала? — спросил Сэм.

— Да.

— Не уронила?

— Не уронила.

— Уже лучше половины кандидатов.

Она не улыбнулась. Только крепче сжала лист.

Сэм тогда еще управлял рестораном сам, одновременно закрывал кассу, спорил с поставщиками и иногда мыл бокалы, когда бармен опаздывал. Ему действительно нужна была официантка. Но дело было не только в этом. Лиза выглядела как человек, который ждет допроса.

— Почему ушла с прошлого места? — спросил он.

Она едва заметно напряглась.

Сэм увидел и тут же пожал плечами.

— Ладно. Не мое дело. Придешь завтра к десяти. Первую неделю не убивай гостей и не спорь с шефом. Потом можно.

Она моргнула.

— И все?

— А что еще?

— Вы не спросите, почему я здесь?

— Когда захочешь, расскажешь.

Через три недели он понял две вещи. Лиза быстро училась. И она была совершенно не той, за кого себя выдавала.

Девушка без опыта знала, как правильно поставить бокалы на официальном ужине, без ошибки произносила названия французских вин и однажды исправила пункт в договоре аренды, который Сэм перечитывал два часа.

— Ты точно раньше не управляла рестораном? — спросил он.

— Точно.

— Ограбила банк?

— Пока нет.

— Хорошо. Если соберешься, скажи заранее. Мне нужно алиби.

В тот день она впервые засмеялась по-настоящему.

Правду Сэм узнал еще через месяц.

Черный автомобиль стоял через дорогу почти час. Лиза увидела его, выходя после смены, и остановилась так резко, что Сэм врезался ей в плечо.

— Что?

Она побледнела.

— Ничего.

Сэм посмотрел на машину. Мужчина в темном пальто вышел с пассажирского сиденья.

Лиза отступила внутрь ресторана.

Сэм не стал спрашивать. Просто закрыл дверь перед тем, как незнакомец успел подойти, и перевернул табличку на CLOSED.

— Хочешь, чтобы я вызвал полицию?

— Нет.

— Хочешь, чтобы я его впустил?

— Нет.

— Тогда не впущу.

Она смотрела на него несколько секунд, словно никак не могла поверить, что это может быть настолько просто.

Позже они сидели на кухне. Сэм поставил перед ней тарелку пасты, потому что она весь день ничего не ела. Лиза долго крутила вилку, а потом сказала:

— Мой отец — Александр Воронцов.

Сэм знал это имя. Его знали все, кто хоть раз открывал деловые новости. Vorontsov Capital, отели, недвижимость, фонды, банки. Человек, который мог купить этот ресторан вместе с домом и не заметить расхода в квартальном отчете.

— Понятно, — сказал Сэм.

Лиза посмотрела на него почти сердито.

— И это все?

— Ты хочешь, чтобы я впечатлился?

— Обычно люди впечатляются.

— Я сегодня видел, как ты уронила соус себе в карман. Сложно сохранить благоговение.

Она фыркнула и тут же закрыла лицо ладонями.

Потом рассказала. Не все. Достаточно.

Отец выбирал ей университет, работу, друзей. После смерти матери его забота стала похожа на замок, только очень дорогой. Последней каплей была должность в семейной группе, которую он оформил за нее, и помолвка, о которой заговорили как о деловой договоренности раньше, чем Лиза успела понять, что происходит.

Она ушла. Взяла фамилию матери — Морозова. Отказалась от денег, квартиры и доступа к счетам.

— Я хочу хотя бы однажды понять, что могу жить без того, чтобы кто-то покупал мне правильную жизнь, — сказала она.

Сэм не стал объяснять, что работать официанткой тяжело. Она и так это знала.

Он спросил только:

— Ты хочешь, чтобы отец знал, где ты?

— Нет.

— Тогда от меня не узнает.

Так Лиза стала его сотрудницей. Потом другом. Потом человеком, которому он звонил, когда шеф увольнялся за два часа до банкета и когда ему самому было плохо, но он