Жена-танкистка - Евгения Владимировна Потапова
— Папа, раз помощников у тебя уже двое, может, вообще всю крышу перекроем, чего ее чинить? Каждый год одно и то же, там починим, тут прохудилась, да и лаги в некоторых местах подгнили, рухнет крыша и всё, — сказал Юрка.
— Я даже и не знаю, — пожал плечами отец.
— Есть весь материал. Чего лежит гниет? — спросил сын у него.
— Да, черт с тобой, давай переделаем крышу.
— Ты как, Мишка, с нами? — спросил друга Юра.
— У меня сегодня выходной, так что я никуда не тороплюсь.
— Вот и отлично.
Чай допили, стали все убирать со стола. Снова кто-то постучал в дверь, во дворе залился лаем Шарик. Отец немного поворчал для приличия и пошел открывать.
— Ого, кто к нам приехал, ну проходи, коли не шутишь. Наташка в зале сидит, — сказал отец. — Сейчас она тебе чай организует.
В зал вместе с отцом вошел Игорь. Юра быстро глянул на Мишку, повел бровями.
— Паровоз идет, колеса стерлися, мы вас не ждали, а вы приперлися, — пропел Юрок и хохотнул. — Привет, Игорь, — он протянул ему руку.
Игорь поморщился, но руку подал. Мельком посмотрел на Мишу.
— Ты приехал помогать крышу перестилать или по жене соскучился? — поинтересовался Юрка.
— И то и другое, — кивнул мужчина.
— Тогда пей чай, переодевайся и дуй с нами во двор.
Братец с Мишкой встали и направились в коридор.
— Ты же сказал, что не приедешь? — удивилась Ната.
— Ты не рада меня видеть? — спросил ее Игорь.
— Я не ждала тебя, — ответила она.
— Я соскучился, решил тебе сделать сюрприз, — он попытался ее приобнять, но она ловко вынырнула из его рук.
— Ната, что у нас с тобой происходит? — спросил он ее.
— Я не знаю, — пожала она плечами. — Идем на кухню, я тебе чай налью, мама ватрушки испекла.
Наташа вышла из комнаты, и Игорю пришлось идти за ней. На кухне сидели мама и сноха и о чем-то перешептывались.
— Наташа, я говядину поставила вариться, ты про пену не забудь, — сказала мама.
Женщины вышли из кухни. Игорь сидел молча и смотрел, как Ната наливает ему чай и достает еду из холодильника.
— Наташа, ты ничего не хочешь мне сказать? — спросил он.
— Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать.
— Я не понимаю, что происходит.
— А что тут понимать, ты не любишь меня, и я, кажется, отвечаю тебе взаимностью. Предлагаю нам с тобой развестись. Ипотеку мы с тобой выплатили, так что финансовой кабалы у нас нет. Продадим квартиру, поделим пополам деньги и будем жить каждый своей жизнью, — спокойно ответила ему Наташа.
Почему-то ей очень легко дался этот разговор.
— У тебя кто-то появился? — спросил Игорь с тоской.
— Нет, я честна перед тобой, но чувств к тебе я больше не испытываю.
Мужчина отпил немного чая.
— Может, ты подумаешь, всё взвесишь? Может, начнем всё сначала? — он заглядывал ей в глаза, как нашкодивший щенок.
— Игорь, наверно, комп и рухнувший отпуск стали последней трещиной, которая всё и разрушила, — пожала она плечами.
— Ладно, некогда тут чаи распивать, пойду мужикам помогу, — он выпил залпом весь чай из кружки и встал решительно со своего места. — Где я могу переодеться?
— В моей комнате, — ответила ему Ната.
Игорь кивнул, ушел в коридор, забрал пакет с вещами и скрылся в спальне. Через пять минут вышел в старой одежде.
За день мужики отремонтировали сарай, поменяли не только крышу, но и убрали пару гнилых досок в стене. Вечером парились в бане. Вкусно ужинали и, конечно, выпивали местного папиного зелья. Пришли соседи — Мишины родители вместе с внучкой. Лизонька сразу оккупировала Наташу, залезла к ней на ручки и стала ей рассказывать всякие интересности из своей маленькой жизни.
Потом они ушли из-за стола в Наташину спальню. Они сели с девочкой рисовать, женщина рассказывала ей сказки и пела песенки.
— Ты такая хорошая, — сказала ей Лизонька. — Ты мне так нравишься, вот бы у меня была такая мама, как ты.
Лиза рассказала, что у них живет злой гусак, и он хуже собаки, и ее гоняет. Потом сообщила, что ей нравится один мальчик, но она ему, кажется, не нравится. Наташа с удовольствием слушала болтовню девочки. Специально для нее достала свои детские книжки про принцесс. Они с ней разглядывали картинки и обсуждали сюжеты сказок.
Вдруг из зала послышались крики и ругань. Наташа вскочила, велела Лизе сидеть в спальне, а сама побежала смотреть, что там происходит. Игорь сильно напился и тряс кулаком перед Мишиным носом.
— Ты думаешь, я ничего не знаю? Ты шашни с моей Наткой крутишь. Она моя жена, ты понял, только моя жена.
Юра попытался вытащить Игоря из-за стола, но тот его толкнул. Брат на автомате зарядил зятю в глаз. Началась потасовка. Драчунов смогли вытащить на улицу. Игорь орал, плевался, тряс кулаками, кидался то на Юру, то на Мишку. Они его бить не хотели, поэтому просто запихали в талый сугроб вниз головой. Немного его там повозили и вытащили. Игорь выплюнул грязный снег, вытер кровь рукавом.
— Поганая у тебя семейка, Наташка, — он плюнул под ноги. — Я думал, ты городской стала, а сама на том же уровне — баба деревенская, тебе бы только хвосты коровам крутить да с мужиками на сеновале обжиматься. Деревня и есть деревня. Как мне мать говорила, не женись на Лимите, ей только прописка нужна городская, а я-то тебя любил и до сих пор люблю.
Он пошел шатающейся походкой в сторону своей машины.
— Папа, он пьяный, не дай ему уехать, — попросила Ната отца. — Не дай бог, что на дороге случится.
— Хлопцы, давайте его в предбанник, пусть там проспится. Там пока тепло, не замерзнет ночью, — сказал отец.
Юрка с Мишей профессионально скрутили Игоря и отволокли в баню. Дверь подперли дрыном, чтобы гражданин никуда не сбежал.
Все вернулись в дом, продолжили пить чай и не только чай и разговаривать.
— Папа, а ты зачем бил дяденьку? — спросила Лиза Мишку.
— Ты же на улицу не выходила, — удивился он.
— Я в окно всё видела, — ответила девочка.
— Потому что он Наташу обидел, — сказал Михаил.
— Тогда надо было ему посильней ударить, — покачала головой Лизонька. — Нельзя девочек обижать.
— Моя хорошая, никого бить не надо. Дядя Игорь устал, напился сильно, вот и вел себя плохо. Завтра ему будет стыдно за то, что он тут кричал, — сказала ей Наташа.
Гости еще немного посидели, а потом засобирались домой. Сонную Лизоньку Миша взял на руки и понес к двери. Наташа пошла их провожать.
— Ты