Арабский кофе со сливками - Евгения Романенко

– Приходите завтра. Тогда будет всеизвестно точно.

– Отлично! Завтра придут мои родители. Куда им идти?

– Пусть спросят в регистратуре, – нетерпеливо заторопился Фархан. –Светлана, вам пора домой. Уже за полночь, а вам завтра в университет. У вас есть деньги на такси?

– Нет, – растерянно прошептала Света и покачала головой. – Я так спешила, что совершенно забыла об этом.

Мужчина нахмурился и задумчиво почесал бороду. Света с интересом наблюдала за Фаром, пытаясь понять, о чем он думает.

– К сожалению, я не могу вас подвести, – наконец-то вымолвил он и порылся в переднем кармане брюк, извлекая бумажник. – Но могу дать денег на такси.

– Что?! – ахнула Светка и отшатнулась. – Я на кого, по-вашему, похожа? На шлюху, которой денег дают на такси после удачного заказа?

– Я и не говорю, что вы шлюха, – спокойно отозвался Фархан. – Просто хочу, чтобы вы вызвали машину и спокойно добрались до дому.

– С чего вдруг такая забота? –подозрительно заметила девушка, забавно прищурившись.

– Ну, скажем, волнуюсь, чтобы мой брат без помех сдал работу. Без вас он этого не сделает, – с легкой усмешкой парировал Фархан, все еще протягивая хрустящую купюру. – Возьмите.

– Я верну! – твердо заявила Светка и ловко выцепила деньги из пальцев бородатого, не касаясь самой кожи.

– Обязательно! – ответил Фархан.

Света еще раз попрощалась. Резко развернувшись, она зашагала на выход. Светлана совершенно не видела обворожительной улыбки мужчины, так непривычно преобразившей вечно угрюмое лицо.

Фархан открыл своим ключом входную дверь и, едва переступив порог съемного жилища, замер в темной прихожей. Его самые худшие предположения подтвердились. Он, конечно, догадывался, что так оно и будет: стоит ему отсутствовать сутки, Али, по своему обыкновению, устроил из их скромной квартиры балаган.

Даже за плотно закрытыми дверями, мужчина прекрасно слышал заливистый хохот брата, женский смех и визг, стеклянный звон бутылок и стаканов – все это было настолько ему привычно, что больше не вызывало такой волны гнева, как в прошлом году. Фархан был так измотан прошедшими сутками, что у него даже не было сил пойти в комнату, где обосновался его младший братец со своими дружками-подружками, и потребовать, чтобы эта веселая компания наконец-то убралась восвояси.

За эти сутки столько всего произошло, что у мужчины хватило сил лишь на то, чтобы дотащиться до ванной комнаты и запереться там. Слава Аллаху, там никого не было. Белоснежная ванна была чистой и нетронутой, и даже унитаз работал исправно, а это было очень и очень странно, когда многочисленная студенческая братия отмечала очередную пятницу в его квартире.

Только вот сегодня была не пятница, а разгар рабочей недели. Хозяйка их жилища согласилась терпеть подобное лишь за солидное вознаграждение. Фархан был вынужден платить за квартиру едва не вдвое больше, иначе пожилая бабка грозилась выгнать братьев. Он слишком хорошо знал, как трудно снять жилье, особенно в разгаре учебного года. Да, пусть, Фархан особенно не считал деньги, высылаемые родителями, он был приучен распределять расходы и планировать траты.

Родители мечтали приучить к порядку и своего младшего отпрыска. Поэтому и отправили Али учиться в тот же город, что и Фархана. С той разницей, что младший сын пошел на архитектора, презрев медицину. Но пока что из этой затеи ничего не вышло путного. Али еще больше распоясался и вел себя как местные студенты. Фархана жутко раздражало, что младший брат никогда не слушался его, а ведь он на собственном опыте знал, как разрушительны подобные загулы в юности.

Фархан медленно разделся, замирая время от времени на месте, пытаясь побороть страшные картины задыхающегося ребенка. Ее младший брат. Он не мог себе представить того, что было бы, если бы он не успел к нему. Как бы он после этого посмотрел в глаза Светлане? Мужчине было до сих пор не по себе, вспоминая, ее зеленые глаза, наполненные слезами. Фархан как во сне оказывал помощь Кириллу, мысленно моля Аллаха помочь ему и спасти ЕЁ брата.

И он спас его! Дыхание нормализовалось. Вздохнув с облегчением, он стащил с головы накрахмаленную шапочку и рассеянно стер со лба пот. Фархан не узнавал самого себя. Он забросил статью, оставив ее на Лию, и каждые полчаса подходил к ребенку, осторожно слушая дыхание. Под конец ночи, однокурсница даже подшучивала над мужчиной, недоумевая, почему ее коллега так переживает за чужого ребенка.

Фархан снял последнюю деталь своей одежды, открыл воду и отрегулировал ее. Он очень любил горячий расслабляющий душ. Как раз то, что нужно. Горячие потоки воды били по коже, отогревая окоченевшие части тела. Странно, но завсе годы он так и не привык к промозглой сырости осенних дней и морозной зиме.

Лия ушла еще утром, как только Захаренко переступил порог ординаторской. Фархан же не смог заставить себя уйти домой. Завотделением назначил мужчину лечащим врачом Кирилла Орлова. Он продолжал весь день наблюдать за мальчиком.

Возвращаясь в очередной раз из палаты, где лежал Кирилл, Фархан столкнулся с супружеской парой. Они искали Захаренко и он любезно помог им его найти. То, что произошло потом, до глубины души обидело Фархана. Оказалось, что немолодая пара – родители Светланы и Кирилла. Орловы узнали, что он, Фархан был назначен лечащим врачом их младшего сына. Самое странное, что они были против этого. Мужчина горько вздохнул. Практически сразу после приезда он столкнулся с предвзятым отношением к иностранцам с востока, в частности, к мусульманам. Поначалу его это обижало, но потом, он стал равнодушен к общественному мнению.

Неожиданная неприязнь матери Светланы ранила его в самое сердце. Сейчас он представлял то, как она настраивает девушку против него. Мысль о том, что Светлана возненавидит его из-за предрассудков, казалась ему нестерпимой. И он очень хотел помочь ее брату, ведь он же обещал!

Его начальник оказался в ординаторской. Захаренко сидел за своим рабочим столом, делал пометки в одной из историй болезни и с аппетитом пил крепкий чай с бергамотом. Когда студент зашел в кабинет, Захаренко поднял на него глаза и приподнял брови, показывая ему, что внимательно слушает.

– Александр Федорович, я хотел у вас спросить, – начал Фархан. – Я же останусь лечащим врачом Кирилла Орлова?

– Фархан, – дружелюбно ответил Захаренко. – В этом отделении я – главный, и не хватало, чтобы родители пациентов указывали мне. Ты