Дым, зеркала и проступки - Энола М. Дуглас
Они сели за столик у окна. Снаружи продолжалось йольфростское веселье Четырёх Фракций: смех и далёкая музыка перемежались вспышками праздничных фейерверков, расцвечивавших зимний воздух.
Кассия заказала чайник пряного чёрного чая и кусок лёгкого, как воздух, ангельского бисквита, пропитанного апельсиновым ликёром и прослоенного кремом с натуральной ванилью. Для таких обстоятельств десерт казался почти неприлично роскошным, но после всего, что случилось за этот вечер, зачем отказывать себе в утешении?
А демон заказал лишь горячую воду с ломтиком лимона.
Ни чая. Ни десерта.
Когда заказ принесли, она спросила:
— Вы не пьёте чай? Кофе?
— Кофеин действует на меня самым странным образом.
Кассия поднесла чашку ко рту, вдыхая тёплый пряный аромат.
— Страннее, чем демон, который в таком заведении заказывает простую горячую воду?
Уголок его рта приподнялся, но замечание он пропустил мимо ушей. Вместо этого Аркенот задумчиво посмотрел на неё.
— Вы знаете, какое значение Йольфрост имеет для демонов-ноктюрнов, мисс Аура?
Она выгнула бровь.
— Что-то связанное с самой длинной ночью в году?
Он отпил горячей воды с лимоном и лишь затем ответил:
— Наши предки считали это время самым благоприятным для зачатия потомства. Ночь достигает наибольшей продолжительности, а значительная часть нашей силы подвластна тьме, поэтому издревле считается: ребёнок, зачатый в ночь Йольфроста, с наибольшей вероятностью унаследует великую силу.
Кассия замерла, держа вилку над бисквитом.
— Звучит… крайне традиционно. И честолюбиво.
— Традиции и честолюбие — столпы демонского общества, — сказал он. — А моя мать, будучи глубоко предана этим обычаям, поставила себе целью меня женить. Последние пять лет она устраивает бал Йольфроста — событие, которое, к моему величайшему несчастью, существует лишь затем, чтобы водить передо мной вереницу подходящих дочерей в надежде, что я наконец выберу Избранную. — Он медленно выдохнул и поставил чашку. — С тех пор этот бал превратился в проклятие моей жизни.
Пять лет подходящих дочерей. Неудивительно, что он звучал утомлённо. Кассия нахмурилась. И всё же даты не вполне сходились.
— Я каждый год читаю в газетах о бале Йольфроста, который устраивает Варил Дельфина, — сказала она, — но разве он проходит не за две недели до праздника? Как это вписывается в традицию?
— Что ж. — Губы Аркенота дрогнули. — За эти две недели моя мать успеет спланировать свадьбу десятилетия и провести её. А затем, в саму ночь Йольфроста… — Он склонил голову и улыбнулся. — Уверен, вы понимаете.
По шее Кассии пополз жар, прежде чем она успела его остановить. За этот вечер она приготовилась ко многому — к отказу, противостоянию и даже аресту, — но в список определённо не входил демон, который непринуждённо описывает составленное матерью расписание зачатия. Она скрыла смущение, намеренно отправив в рот кусочек бисквита и медленно его пережёвывая, словно десерт требовал всего её внимания.
— И вы рассказываете мне всё это, потому что…? — спросила она, когда снова обрела власть над голосом.
Он подался вперёд; свет заиграл в тусклом золоте глаз.
— Потому что мне нужен щит на материнском балу Йольфроста, а вам — спаситель для приюта. Предлагаю обмен: станьте моей очаровательно неудобной Избранной на один вечер, а я помогу вам сорвать план Алдеррата по захвату приюта.
Кассия едва не подавилась. Ставя чашку на блюдце, она громко звякнула фарфором — руки слегка дрожали. Под столом Кассия расправила ладони на коленях.
— Фиктивная помолвка? Вы хотите, чтобы я притворилась вашей Избранной?
— Считайте это политическим театром, — сказал он.
Она сглотнула и заставила себя вдохнуть.
— Посмотрим, правильно ли я поняла сценарий, — медленно произнесла Кассия. — Мне предстоит сыграть ослепительную таинственную незнакомку, которая каким-то образом похитила сердце печально известного своей неприступностью наследника Варилов. Такова моя роль?
— Вы на удивление лаконично уловили суть.
— Ужасная задумка! Хлипкая и вся в сюжетных дырах. Вас сразу раскусят.
Он улыбнулся поверх чашки.
— Вы уверены?
Кассия едва не уставилась на него с открытым ртом.
— Кажется, в вашей маленькой постановке вы упускаете весьма существенную ошибку в подборе актрисы. — Она наклонилась вперёд и прошептала: — Я не из рода класса «Эшелон».
— Безродная, — согласился он. — Да, я знаю.
— К тому же я наполовину человек. И моя магия отнюдь не сияет престижем предков.
— И всё же она меня заинтересовала, — возразил он, опустив взгляд на её руки, словно всё ещё видел там остатки силы. — Их магия может сиять родословной, накапливавшей престиж столетиями. Но ваша… — Аркенот задумчиво склонил голову. — Звучит. Я нахожу её куда притягательнее.
На несколько мгновений он оставил эти слова висеть в воздухе.
— Продолжить? Вы упрямы, в ваших глазах при любом вызове появляется, откровенно говоря, пугающий блеск, и вам совершенно нет дела до правил моего мира. Словом, вы — самая неправдоподобная невеста демона, какую только можно представить. Никто не сумел бы выдумать настолько неподходящую Избранную. Следовательно, вы должны быть настоящей.
Кассия так и застыла с открытым ртом. Фальшивая Избранная. В его устах обычное слово почему-то звучало весомее, будто связывало крепче. Она не знала, лучше от этого или хуже.
Мысль была настолько нелепой, что по кругу вернулась к правдоподобию. Но погодите… Этот демон с внимательным взглядом и властью над тенями предлагал не благотворительность. Он предлагал сделку, а Кассия знала: в мире Эшелонов сделки всегда выгодны тому, кто составляет договор.
— Вы просите меня доверить вам то, чем я невероятно дорожу, — сказала она, стиснув чашку пальцами. — Как именно вы спасёте «Звёздный свет»?
— Я кое-что знаю о законах о собственности и договорных спорах.
Её взгляд прошёлся по его безупречно скроенному пальто, рукам и непринуждённости мужчины, которому никогда в жизни не приходилось ни за что бороться. Он слыл праздным, если не вовсе бесполезным, — богатый демон без видимого занятия и цели, кроме уклонения от обязанностей. И всё же говорил как человек, который действительно занимался подобной работой.
— Неужели, — ровно произнесла она.
Он встретил её взгляд.
— Не могу ответить, пока не изучу детали. Пусть Алдеррат крепко держит в руках городскую недвижимость, но у каждого договора есть цепь, а в каждой цепи — слабое звено.
Кассия прищурилась.
— Всё равно обещанием это почти не назовёшь.
— Я не стану оскорблять вас обещаниями, если ещё не придумал, как их исполнить. Но я не заключаю сделок, условия которых не способен выполнить. Это единственная гарантия, которую вы получите.
Худший из возможных ответов — предложение без содержания, рассчитанное на