Мой светлый ангел - Ольга Богатикова
Словом, жизнь моя в поместье Кротовых была интересна и легка. Вместе с Полиной мы читали книги (она — любовные стихи и романы, а я — жизнеописания и путешествия. Иного в барской библиотеке не водилось), обсуждали ее кавалеров, болтали о пустяках…
За десять лет, что я провела здесь, Полинька стала мне ближе, чем родные братья и сестры. С последними я общалась не часто — несколько раз в месяц, когда удавалось выбраться в гости, и каждую неделю через дядьку Вавилу передавала им вкусности или несколько локтей полотна на одежду — тетка Дорофея и Лукерья Ивановна никогда мне в этом не отказывали.
Теперь же я смотрела на влюбленную Полиньку и думала — как быть? Поговорить о Навроцком было необходимо, но точно не сегодня. Или лучше не говорить ничего, а просто дождаться, когда он уедет? Не вечно же младший Шишкин будет решать свои дела!
«Главное удержать Полину от глупостей, о которых она может пожалеть, — думала я, лежа в своей кровати. — С чертом нужно ухо держать востро! А уж как он уберется отсюда, я найду слова, чтобы успокоить мою барышню. Вдруг обойдется, и особых несчастий он нам не принесет?»
Глава 3
Усадьба Кротовых. 1826 год
Утром в людской только и было разговоров, что о неприятности, случившейся ночью с молодым барином.
— Машка, — пристала ко мне Марфуша, едва я села за общий стол, чтобы позавтракать. — Ты слышала, Владимир Александрович-то усадьбу от пожара спасли!
— Что? — изумилась я. — Какого пожара?!
— Самого настоящего, — продолжала девушка. — У них в комнатах свечник с горящими свечами упал, да прямо на ковер. Быть бы пожару, да барин успели огонь потушить и руку себе обожгли. Настюшка ему примочки от ожогов готовила.
— Вот дура девка, — почти восхищенно протянул Федор, который прислушивался к нашему разговору. — Марусь, тебе что ни расскажи, все переврешь по-своему.
— Что это я вру? — вскинулась Марфуша. — Не ты ли сам барину примочки ночью носил?
— Ну, носил, — согласился Федор. — Только никакого пожара не было, а свечник если и упал, то Владимиру Александровичу на руку — ожог-то у него знатный, с волдырями. Да на щеке чуть-чуть, видать, воском задело. Он когда меня позвал, чтоб я мазь какую принес, да тряпок руку перевязать, ковер у него был в порядке, и гарью не воняло. А это что значит? То, что ты, Маруська, про пожар врешь.
— Подумаешь! — фыркнула Марфуша.
— Это свечи виноваты, что барин обожглись, — вставила Ненила. — Прогорают они страсть, как быстро, и воск с них прямо ручьем льется.
— Ага, на руку ему воском накапало, — кивнул Федор. — Еще одна дура. Из чего свечи-то эти? Из смолы что ли?
— Федь, а сам-то барин сказал, чем обжегся? — тихо спросила я.
— Не, не сказали, — ответил лакей, зачерпывая ложкой кашу. — Я, спросил, конечно: где ж вы, барин, так-то? Волдыри-то огроменные. А он мне: не твое дело, ступай мазь принеси.
Я кивнула и тоже принялась за еду, как вдруг Лукерья Ивановна, которая всегда столовалась вместе с челядью, швырнула на стол ложку и громко заорала:
— Митька, собачий сын, это ты во всем виноват!
Все обомлели. Особенно Митька, то есть Митрий Степанович — наш управляющий. Он, к слову, тоже частенько в людской завтракал и обедал. А ключница продолжала:
— Что, спелся-таки с купцом Игнатовым? У него, прохиндея, свечи гнилые по дешевке покупаешь, да? На водку себе экономишь? Усадьбу барину спалить решил, скотина?
— Да ты что, Ивановна? — отмер Митрий Степанович. — Головой о притолоку ударилась, что ли? Какой Игнатов, какое гнилье?
— Я тебе покажу Ивановну! Песий сын!
Лукерья Ивановна вскочила с лавки и двинулась к нему. Вид у нее был решительный и, судя по этому виду, намеревалась она управляющего, как минимум, задушить. Тот, конечно, испугался. Еще бы, наша ключница, бывало, упрямую корову голыми руками за рога в хлев заводила — настоящая русская баба, кровь с молоком. А ведь не девочка давно — троих внуков имеет.
Мы сидели, вытаращив глаза. Ни разу такого не было, чтоб Лукерья Ивановна ни с того, ни с сего скандалы устраивала. Браниться она, конечно, бранилась, но прежде всегда разбиралась, что к чему, и вспышек ярости за ней не замечалось. А тут как с цепи сорвалась. И из-за чего — из-за свечек? Которые в том, что Навроцкий, обжегся, и не виноваты вовсе.
Я вскочила вслед за ключницей и осторожно придержала ее за локоть.
— Лукерья Ивановна, что же вы? Ни в чем Митрий Степанович не виноват! Свечи у нас хорошие, пожара никакого не было. Сердиться причины нет.
Откровенно говоря, в тот момент я сильно рисковала получить от взбешенной старухи по шее за компанию с управляющим — чтоб не лезла под горячую руку. Но Лукерья Ивановна вдруг остановилась и как-то сдулась. Ее голова и плечи опустились, ярость прошла, а вместе с ней и жажда крови.
— Голова болит, — пробормотала женщина. — Спала плохо. С самого ранья все раздражает.
— Тебя, значит, раздражает, а мы страдать должны? — вспылил осмелевший Митрий Степанович. — Шла бы ты, Ивановна, к себе. Полежишь чуток, глядишь, отпустит голова твоя. А то ты уж на людей кидаешься.
— Не сердись, Митька, — устало сказала ключница. — Ты знаешь, я тебя люблю.
— Ну да, — хмыкнул управляющий. — Лицо мне бить ты тоже решила от великой любви?
Лукерья Ивановна махнула рукой и удалилась.
Дворня проводила ее удивленными взглядами.
— Это чего сейчас было, ась? — прошептала Степанида.
Я покачала головой. Вот они, неприятности. Начались.
* * *
После завтрака я отправилась в сад за цветами. Пробегая через зимнюю оранжерею, про себя отметила, что земля в кадушках с иноземными кустами — гордостью покойной барыни, Полинькиной маменьки — совсем сухая и на обратном пути ее непременно надо полить.
— Маша, бросай цветы, барышня тебя видеть желают, — крикнул из окошка Степка, еще один наш лакей, когда я срезала розы.
— А где она? — крикнула ему в ответ.
— В гостиной с молодым барином. Велели, чтоб ты тот час же пришла.
В груди неприятно кольнуло. Неужели благородный бес на меня нажаловался?
Собственно, почему бы и нет? Он легко мог сказать Полине или Павлу Петровичу, что нерасторопная служанка его обожгла. И наказания потребовать мог.
Ох… То, что он сам мне шею свернуть не сумел, не значит, что мне не свернут ее по его приказу.
Полночи я
Ознакомительная версия. Доступно 10 из 50 стр.