Звёзды в темноте - Дарья Весна

Ещё вчера Эльвион казалось, что её долгая жизнь наконец-то изменится. Пусть и против воли. Нет, она сама согласилась выйти замуж за сына властителя Светозарного леса, чтобы положить конец древней вражде, которая тёмным проклятьем отравляла души и лесным эльфам и морским. Но Эльвион, как и все эльфы, желала бы быть с тем, кого искренне полюбит. И ей оставалось лишь уповать, что при встрече с лесным царевичем её сердце потянется к нему, как цветы утром к солнцу, как душа морского эльфа к заморским далям, как это бывает с каждым, кто безмерно, всепоглощающе счастлив.

И вот её провожатые — друзья и родичи, навсегда останутся в тесной горной долине, как и лесные эльфы, которые выехали встречать девушку по дороге в лесной край. А её, быть может, ожидает ещё более страшная судьба, чем тех, чьи сердца перестали биться пронзённые орочьими стрелами и кривыми ятаганами.

Сознание милосердно не хотело возвращаться к ней. Только слабое биение собственного сердца слышала эльфийка, бессильно лёжа на жёстком плече подземного тролля. А перед глазами царила мгла, ещё темнее той, что окружала её сейчас. Эльвион больше не пыталась вернуться к свету. Наверное, потому что ей некуда было возвращаться. Её собственный свет угасал. Тоска и горе способны убить даже бессмертного эльфа.

Сердитый на свою суровую судьбинушку и Главного орка тролль спустился в подземелье, открыл камеру смертников и спихнул мерзкую девчонку на каменную лавку, не потрудившись даже развязать мешок.

Но Эльвион этого не почувствовала, ведь эльфы могут уйти в последний чертог лишь по одному своему желанию.

Свартар услышал сердитое топанье тролля, как только тот открыл дверь на верхней площадке лестницы, ведущей в подземелье.

Дроу очнулся лишь утром и пожалел, что не подох на арене вместо неведомой твари, которую прикончил. Левая рука ничего не чувствовала, правый бок был ободран, а ощущения такие, словно потеряй он немного больше крови и уже бы не проснулся.

С тоской дроу подумал, что судьба и сегодня не подкинет ничего хорошего.

После провалившихся побегов он уже не был начеку каждую минуту в ожидании возможности, которая ему непременно подвернётся. Конечно, сам себе Свартар напоминал, что ещё рано сдаваться! Бой на арене немного развлёк его, дал на мгновение возможность вновь упиться той силой, что была частью его сути, его расы, его мировоззрения.

Но безумная мечта о безграничных льдах в краях вечной ночи уже не казалась настолько притягательной. Вместо нее всё чаще прокрадывались мысли о вечном покое.

Два побега за год — всё, что удалось урвать у судьбы. Когда-то он думал, что с его способностями это всего ничего. Но глубоки орочьи подземелья, решётки крепки, а по коридорам днём и ночью шныряет столько орков, что даже ловкому и незаметному мастеру маскировки, отлично видящему в темноте, мимо них не пробраться.

Единственный реальный шанс — когда орочье полчище собирается на трибуне у арены. Вот только сам дроу в такие моменты чаще всего главная часть представления. По крайней мере, был главной частью. Пока, наконец, не убил последнего монстра из зверинца. Теперь, по-видимому, он остался единственной, поскольку остальных пленников успели схарчить прожорливые твари.

Впрочем, жить он ещё хотел и, заслышав тяжёлые шаги, сполз с грубо вытесанной каменной лежанки. Что-то подсказывало Свартару: этому троллю лучше не попадаться под руку. Ну, хотя бы потому, что в первый побег дроу попытался прикончить оного и у него не получилось. Только шрам остался. Хорошо, что и голова тоже осталась, а то тролль уж шибко злобно грозился её откусить. Но Главному орку в тот момент возжелалось, чтобы голову откусили нерадивым охранникам, которые упустили ценного пленника. Вот так тролль тогда наелся, а потом махнул на дроу лапой — пусть живёт и даже ещё сбегает, жизнь сытнее станет.

Рассудив, что если получится надёжно припрятаться, чтобы впопыхах не нашли, то может ещё и пронести, Свартар прохромал в угловой закуток, который был бы невозможен в обычной темнице. Кому охота, чтобы заключенный притаился в нише и напал в недобрый момент? Но в криво вырытом орочьем подземелье закутки и углы — норма.

Как подсказывал опыт, тролль не отличается особенной тщательностью в поиске нужных заключенных. Иногда просто хватал первого попавшегося под руку вместо того, кого велели притащить. Или вообще забивал на розыск, а спорить с ним было бесполезно. Правда, орки не ленились прошерстить камеры самостоятельно, но если хорошо спрятаться им тоже всё надоедало и они по примеру тролля, хватали кого попало.

Перед вторым побегом Свартару удалось украсть небольшой нож, но когда подвернулась возможность бежать, забрать его из темницы не получилось. И сейчас он поторопился достать сомнительное оружие из тайника. Если кому-то взбрела в голову чудная мысль позабавиться с последним пленником, ему нужно то, чем можно защищаться.

Забившись в нишу, Свартар подобрался и, как мог, приготовился к битве.

Но на этот раз тёмные предчувствия его обманули. Тролль втоптался в темницу, сложил на лежанку какой-то свёрток, прорычал нечто непотребное, запер дверь и так же грузно утопал вверх по каменной лестнице.

От подобного поворота судьбы Свартар чуть не взвыл… от радости. То-то теперь будет оркам кого помучить вместо него. А если сказать точнее, эти уродцы опять поймали какого-то доходягу и обгрызли ему ноги по дороге. И этот негожий пленник теперь занял его, Свартара, законное место. Жаль, не на арене.

Убедившись, что тролль не вернётся, а орки куролесят там, где сейчас интереснее, Свартар медленно, с трудом, подошёл к лежанке.

Первым делом в глаза бросились ноги пленника — босые, изящные ступни, совсем не погрызенные и даже не поцарапанные. Вряд ли эти ноги сами прошли путь в орочьи пещеры. После ступней шли тонкие ножки в бархатистых штанах явно эльфийской работы и бледно-жёлтая туника. Кажется, на этот раз оркам попалась занятная добыча.

Где только эльфёнка изловили? Какой растяпа-эльф затащил собственного детёныша настолько далеко в горы? Неужели какой-то недоумок взял ребёнка поучиться стрелять злобных орков? Если бы это было близ Светозарного леса или Звёздного залива, или хотя бы Многолетних чащ, тогда понятно — орки время от времени совершают набеги на приграничные территории, а эльфы охотятся на них и учат свой молодняк на излишне самоуверенных захватчиках. Но вот здесь, где живут лишь люди и гномы, да орков кишмя кишит?

Неверящей рукой Свартар стянул с головы пленника мешок.

Длинные бледно-золотистые локоны рассыпались по холодному камню.

Свартар почувствовал себя так, словно его только что добили. Наверное,