Увядающий ирис бытия - Настя О

Тео…

Ты и сейчас продолжаешь следить за мной, интересно? Вчерашняя новость воспринимается уже не так остро, как при первом знакомстве, но это не отменяет всех последствий, которые она за собой повлечет. Почему — то мне вспоминается вскользь произнесенное «не повторяй чужих ошибок», когда Джонс приходил к адвокатам. Что он имел в виду? Ведь, если подумать, Тео только и занимается тем, что спасает меня от гибели, так что же, выходит, Кельвин советовал ему больше этого не делать?

— Что-то случилось? — волнуется Хани, видя, как я начинаю усиленно тереть виски.

— Слишком много непонятной и толком не связанной информации.

— Как там, кстати, наш непонятный некро-менто-телепорт? — любопытствует подруга с хитрой улыбкой. — Удачно до дома доставил?

— Более чем, — выдох получается вымученным.

— А продолжение? Продолжение было? — Хани смешно выкатывает глаза, не забывая при этом следить за дорогой.

— Ну, как тебе сказать, — уголки рта, несмотря на тяжелые воспоминания, от непосредственности подруги начинают подрагивать. — Все равно того, чего ты так сильно желаешь, не произошло.

— Слушай, я начинаю сомневаться в его мужском здоровье, — Хани хмурит брови, но серьезный тон срывается на смешок.

— К здоровью претензий никаких, — в тон ей произношу я. — А вот к тараканам в голове — сколько хочешь.

— Это еще хуже, подруга, — с видом знатока морщится Хани. — Когда у мужчины тараканы, они имеют свойство воздушно-капельным путем передаваться на большие расстояния.

— Заразные тараканы? — притворно пугаюсь я. — Надо продезинфицировать.

— Тебе мужчину не жалко, дорогая? — восхищается радикальностью мер воин. — Такой экземпляр! Ему еще детей производить — да и так, объективно говоря, красавчик! — закусив губу, мечтательно признает подруга.

— Мне кажется, тебя немного штормит в отсутствие Осириса, — лукаво улыбнувшись, поворачиваю голову в сторону Хани, не отрываясь от сидения. — А ведь только неделя прошла!

— И Новый год я тоже буду встречать без него, — грустно отзывается подруга.

— Приходи ко мне, — предлагаю в кои-то веки отметить праздник вместе.

— Не — е–е — т, — загадочно улыбается Хани, — что-то мне подсказывает, что тебе будет не до этого.

— Думаешь? — я грустно усмехаюсь. — Не знаю, Хан.

— А что мистер некромант? — опять возвращается к теме подруга.

— Я его прогнала.

Хани знает: когда я неохотно отвечаю на вопросы, подробностей не будет. Поначалу не понимала и обижалась, потом привыкла. Между нами установился негласный свод правил, когда к другому со своим неуемным любопытством лучше не лезть.

Сейчас именно такой случай. Когда я сама должна разобраться с тем, что творится в душе. Однако спустя несколько мгновений я чувствую на коленях ее бодрое потряхивание:

— Не дрейфь. Прорвемся!

Мы подъезжаем к зданию спорткомплекса спустя двадцать минут. Находящаяся на окраине города система нескольких высоток, соединенная подземными туннелями и герметичными стеклянными переходами, поражает воображение. Благодаря Хани я знаю, что это своего рода база для магов, открывших в себе дар воина.

— Закачаешься, какие тут экземпляры иногда попадаются! — со знанием дела сообщает подруга, указывая дорогу к входу.

— Зачем тебе другие, когда есть добрый и красивый Осирис? — искренне удивляюсь я.

— Милая, если я на диете, это не значит, что я не могу ознакомиться с меню! — отзывается Хани, и я издаю сдавленный смешок:

— Воистину!

— Кстати, серьезно советую присмотреться, — подмигивает воин, — может, удастся после тренировки забыть о своем недоделанного некроманта.

— Я не уверена, что хочу о нем забывать, — улыбаюсь я, тронутая заботой.

— Ну, тогда, может, уже прекратите играть в кошки-мышки и хоть немного друг друга узнаете? — любопытствует Хани.

— Что ты имеешь в виду?

— Рен, ты же можешь видеть ауры. Взгляни на него и сделай выводы, что за человек перед тобой. Великая сила может быть подарена как добром, так и злом. Увидишь ауру — узнаешь, как дальше себя вести!

— И где ты была, такая умная, вчера, когда я его прогоняла? — задумчиво произношу я, вызывая шумный вздох Хани:

— А вот если бы предавались с ним любви, сейчас бы не страдала! — уверенно заявляет она.

— Мне иногда кажется, что он меня не хочет. Как будто толкает в объятия Доминика.

— Так-так-так, — прищуривается Хани, — а вот с этого места поподробнее! Ты положила глаз на гипотетического парня Сури? — изумление в ее глазах смешивается с восхищением. — Я поражена! Ты далеко пойдешь, Рен! — продолжает глумиться она.

— Хани, хватит нести чушь, — осаживаю ее как можно мягче. — Ты просто не видела момента, когда проснулся Доминик. Он жался ко мне, как маленький.

— И грудь, наверное, тоже, как маленький, просил? — иронично выгибает бровь Хани.

Я только фыркаю в ответ, не желая продолжать разговор, и воин ведет меня туда, где сегодня предстоит тренировка.

Перед входом она внезапно останавливается и задумчиво проговаривает:

— На самом деле, моя дорогая, никто — ни твой некромант, ни этот ваш Доминик — не в силах приказать твоему сердцу. Я как будто спала до того момента, как повстречала Осириса. А теперь я и живу, и дышу полной грудью. Посмотри вокруг себя и ответь сама себе на вопрос: кто заставляет твое сердце биться чаще?

Хорошие слова. Я непременно над ними поразмышляю.

Необходимый зал находится на тринадцатом этаже. Хани указывает на раздевалку, куда я и направляюсь, чтобы сбросить вещи и переодеться. Мой рабочий комбинезон — универсальная одежда, но силовые тренировки могут привести его в негодность. Я достаю из шкафчика в женском отделении мини-костюм единого размера и быстро переодеваюсь. Трикотаж плотно облегает фигуру, цвет я не могу различить, но это что-то светлое и, возможно, с плавным переходом нескольких оттенков друг в друга. Пожимаю плечами, выбирать не приходится, натягиваю удобные спортивные ботинки и выхожу в спортзал.

Хани обнаруживается рядом с одной из площадок со снаряжением, она лежит на матах и качает пресс с завидным постоянством. Смотрю на нее с улыбкой: сама-то я особой мускулатурой похвастаться не могу. Но, поскольку хождение за Грань отнимает достаточно сил, на лишние килограммы не жалуюсь. Единственной проблемой является нормальный сон, который после возвращения души необходим как воздух.

Заметив, что я прибыла на оздоровительные процедуры, Хани поднимается с матов и приближается ко мне:

— С нами сегодня позанимается тренер.

И что-то ехидное сквозит в ее интонациях, что я мигом собираюсь и подозрительно спрашиваю:

— Какой такой тренер?

— Никто еще не жаловался, — раздается позади знакомый голос.

От неожиданности я подпрыгиваю, поворачиваясь и успевая перехватить лукавый взгляд Хани.

Уму непостижимо. Как он вообще мог здесь оказаться?

Тем временем, высокий мужчина в свободном спортивном костюме приближается к нам с Хани и сходу бросает:

— Ходящая, на маты — медитация