Хозяйка северных земель - Натали Эмбер

Совсем недавно я видела в нём только пациента. Раненого, упрямого, слишком гордого. А сейчас передо мной снова стоит наследник конунга. Наследник, который вел викингов за собой.

В памяти вдруг всплывает наша первая встреча. Высокий широкоплечий мужчина в меховой накидке поднимает меч. Воины подхватывают его боевой клич. На берегу наступает паника. Я вспоминаю, что слышала его голос.

А потом случилось страшное…

Моргаю несколько раз, отгоняя тяжёлые воспоминания.

– Ты уже придумал, какими будут новые корабли? – осторожно спрашиваю Эрика.

Он переводит на меня взгляд. Затем наклоняется и поднимает с земли длинную щепу. Проводит ей по земле, рисуя длинную линию. Потом разводит ладони в стороны.

– Широкие? – догадываюсь я.

Он кивает. Рисует на земле остов будущего корабля. Кладёт ладонь на бревно, которое лежит рядом на подпорках, и несколько раз стучит по нему кулаком.

– Крепкие? – продолжаю угадывать.

Он улыбается уголком губ. Потом ладонью изображает парус, который будто ловит ветер. Его рука резко уходит вперёд.

– Они будут быстрее? – я смотрю на него, поражённая.

Я смотрю на рисунок на земле и пытаюсь представить себе драккар, гордо разрезающий волны.

– Ты уже всё продумал, – тихо говорю я.

Он пожимает плечами, будто в этом нет ничего особенного. Но я замечаю, как меняется его взгляд. В нём снова появляется интерес. Та самая искра, которую я боялась больше никогда не увидеть.

Холодный ветер с фьорда приносит с собой запах смолы и свежеспиленных деревьев. Мы отходим чуть дальше от стройки. Здесь уже не так шумно. Стук топоров доносится глухо, словно издалека.

Я плотнее кутаюсь в медвежью шкуру и на мгновение просто смотрю на море. Серые волны тяжело перекатываются у скал. Где-то вдали кричит чайка. Небо низкое, тяжёлое, как перед грозой.

Эрик останавливается рядом со мной. Его взгляд скользит по воде, потом невольно возвращается к стройке. Туда, где рабы перетаскивают очередное бревно.

– Я рада, – тихо говорю, поворачиваясь к нему.

Он поднимает голову.

– Рада, что ты больше не споришь с отцом.

Эрик смотрит на меня так внимательно, что мне становится немного не по себе. Серые глаза изучают моё лицо, будто он пытается понять что-то очень важное.

Я хочу разрушить неловкое молчание. Сказать, что он поступил мудро, что так будет лучше для него, для его раны. Но не успеваю. Эрик медленно шевелит губами.

Я машинально читаю по ним:

– Благодаря тебе.

Слова доходят до меня не сразу.

– Мне? – удивлённо переспрашиваю его.

Эрик едва заметно кивает. Его взгляд серьёзен, как никогда.

Чувствую, как щеки начинают предательски гореть.

– Я ничего особенного не сказала, – запинаюсь и отвожу взгляд к морю.

Даже мне самой ясно, что это звучит неубедительно. Ведь я прекрасно помню, как кричала на него утром. Как пыталась остановить, как спорила. И всё же он послушал меня.

Несколько мгновений мы стоим рядом молча.

В памяти снова всплывает совет ярлов. Хмурые лица и неожиданное предложение Ульвара.

«Мы пойдём по реке под покровом тумана…»

От этой мысли внутри снова поднимается тревога. Доверять свою судьбу туману – плохая затея.

Я невольно представляю узкую реку. Драккары, идущие один за другим и стрелы, летящие с берега.

Тихо выдыхаю, кутаясь в медвежью шкуру. Поход всё равно состоится. Как бы я ни пыталась убедить викингов в обратном. Слишком много ярости накопилось в этих людях после пожара. Слишком сильным оказалось желание отомстить.

Я смотрю на широкую спину Эрика и вдруг понимаю, что именно это сейчас для меня важнее всего. Он наконец смирился с тем, что останется здесь. Со мной.

Неделю спустя

Всю неделю в поселении готовились к походу. Викинги точили мечи, чинили щиты, таскали бочки с провизией. Но сегодня на улице странное затишье. Снаряжение готово, драккары ожидают своего часа.

Я иду между длинных домов. Слышу, как двое воинов возле кузницы спорят, проверяя остроту клинков. Один держит меч на вытянутой руке и внимательно осматривает лезвие.

– Этот лучше держит удар, – говорит он, проводя пальцем вдоль кромки.

– Проверим в бою, – усмехается второй.

Я отвожу взгляд. После пожара у викингов почти не осталось других тем. Они говорят только о мести и предстоящем походе.

Выхожу за забор поселения, туда, где продолжается стройка. Плотники и рабы трудятся над новыми кораблями. Где-то стучит молоток, кто-то громко ругается, перетаскивая тяжёлые брёвна. Но мой взгляд сразу находит его.

Эрик стоит чуть поодаль, сложив руки на груди. Он внимательно наблюдает, как рабы подгоняют доски к борту будущего драккара. Заметив что-то неладное, он подходит ближе. Делает короткий жест.

– Нет, не так, – говорит один из плотников, – Поднимай выше.

Рабы торопливо поправляют доску. Эрик одобрительно кивает.

Я невольно улыбаюсь, глядя на него.

За эту неделю многое изменилось. Сначала люди относились к нему осторожно. Смотрели украдкой, будто не знали, что делать с воином, который больше не может говорить.

Но Эрик не пытался доказывать что-то словами. Он упорно трудился. Рисовал чертежи, показывал, как можно усилить киль. Он научился руководить с помощью жестов. И постепенно всё стало как раньше.

– Ярл Эрик! – зовёт его плотник, держа в руках железную скобу. – Такая пойдёт?

Эрик берёт скобу, крутит её в руках. Потом показывает жестом – чуть шире.

– Понял, – кивает плотник. – Чтобы мачта держалась крепче.

Эрик возвращает скобу и коротко хлопает его по плечу. Я подхожу ближе.

– Строительство идёт полным ходом, – тихо говорю, останавливаясь рядом с Эриком.

Когда он поворачивается, на губах мелькает знакомая тень улыбки. Мне нравится видеть его таким увлечённым. Если нашёл своё место, значит, всё не так плохо, как мне казалось.

Я смотрю на фьорд. Вода сегодня спокойная, небольшие волны едва касаются берега. Во мне не угасает надежда, что викинги поменяют свои планы. Но где-то глубоко внутри я знаю правду: рано или поздно они всё равно отправятся мстить.

Стою рядом с Эриком ещё несколько минут, наблюдая за работой плотников. Драккар постепенно обретает форму. Уже видны плавные линии корпуса.

Эрик наклоняется, проводит пальцами по шву. Потом выпрямляется и жестами объясняет что-то плотнику.

– Ещё плотнее? – догадывается тот.

Эрик кивает. Плотник снова берётся за молоток.

Я уже собираюсь что-то сказать, когда за спиной раздаётся знакомый голос.

– Этот день, наконец, настал!

Оборачиваюсь и