Мой светлый ангел - Ольга Богатикова
Прибыль, которую мог принести такой санаторий, тоже была весьма сомнительной. По крайней мере, так казалось мне, человеку с экономическим образованием. Ну, правда, вся соль только в самой старинной усадьбе, отстроенной с нуля. Чтобы отбить затраченные деньги (весьма и весьма немалые!) санаторию понадобится несколько десятилетий. И то при условии, что он будет пользоваться успехом у отдыхающих. Впрочем, само строительство «Светлого» и его детальный отчет в СМИ оказались удачным пиар-ходом и на все летние заезды путевки были раскуплены влет.
Каково же было мое удивление, когда оказалось, что среди счастливчиков, которые первыми опробуют ультасовременное лечение в российской глубинке, окажусь и я. Месяц назад моя мама — жертва телевизионной заманухи — с радостной улыбкой на лице вручила мне путевку.
Вообще, в санатории я езжу каждый год на протяжении многих лет. Причина этому называется пояснично-крестцовый радикулит. Тот самый, при котором ни сесть, ни встать. Да-да, мне двадцать шесть лет, а у меня проблемы со спиной, причем еще со школы. Помнится, когда меня в первый раз «прострелило», мой отец едко прокомментировал: «Молодежь сейчас — гнилье». Впрочем, с ним у меня всегда были сложные отношения.
За десять лет я успела побывать в самых разных санаториях страны. Учитывая то, что работа у меня сидячая, без специализированного санаторного лечения мне пришлось бы совсем худо, поэтому каждый год приходится брать отпуск и ехать куда-нибудь на Кавказ или к морю. Правда, на поездку приходится копить весь год.
В этот раз с финансами оказалось туго: я наконец-то купила в ипотеку квартиру и съехала от родителей. Так что мамин подарок оказался весьма кстати.
В целом в «Светлом» мне понравилось. Лечение на уровне, персонал вежливый, номер уютный с телевизором и бесплатным wi-fi. А вот развлекательная программа, как и в любом санатории, подкачала. Впрочем, как и компания курортников.
Кто у нас ездит отдыхать в подобные заведения? Правильно — пенсионеры. Или же люди, которым необходима реабилитация после серьезного лечения. То есть те, кому нужны тишина и покой. И если на Кавказе можно было съездить на экскурсию, в Анапе поваляться на пляже или заглянуть в бар, то в «Светлом» скука была смертная. По вечерам здесь, конечно, устраивали дискотеки и творческие вечера местных самодеятельных коллективов, но развлечением это оказалось сомнительным еще и потому, что контингент на них собирался из разряда 60+.
Молодежи с санатории было мало. Собственно я, Инга трое рясских парней лет девятнадцати и супружеская пара с двумя детьми.
С Ингой мы сошлись сразу. Да и куда бы мы делись? Рясские ребята из своих номеров выходили только чтобы поесть и принять процедуры (еще бы, wi-fi же бесплатный!), а молодое семейство проводило время либо в бассейне, либо на детской площадке.
Мы с Ингой представляли классическую пару «одна умная, вторая красивая», где умная это я. Впрочем, страшилкой я себя не считаю. Волосы у меня темные и густые, фигура стройная, черты лица правильные. Младший брат говорит, что моя красота тихая и домашняя, как я сама. И добавляет: «Была бы ты чуть агрессивнее, давно вышла замуж». На это я обычно отвечаю, что дело здесь не во внешности и характере, а в образе жизни.
Инга же моя полная противоположность. Яркая, гламурная, шумная, чуть бесцеремонная и легкомысленная. Такие девушки обычно нравятся мужчинам и меняют их, как перчатки. Инга мужчин коллекционировала и с большим удовольствием рассказывала мне о своей коллекции. Некоторые экземпляры даже демонстрировала: за полторы недели, что мы здесь отдыхаем, навестить ее приезжали уже трое молодых людей, а еще двое бесконечно названивали, чтобы справиться о здоровье. При этом Инга утверждала, что все они исключительно друзья, с которыми у нее нет ничего серьезного. Я смеялась и советовала подружке построить гарем, а курортные бабушки поджимали губы и называли ее вертихвосткой.
Основным нашим развлечением были или прогулки по парку, или беседы в зимнем саду. Словом, действительно болото, сонное и скучное.
А потому известие о явлении народу живого олигарха вызвало в отдыхающих массах ажиотаж. Бабушки и дедушки рассуждали на тему как разбогатеть, чтобы по карману было построить собственный санаторий, Инга придумывала, как будет очаровывать богача, мне же хотелось пожаловаться на скуку и предложить открыть в парке прокат велосипедов, а на озере — лодочную станцию, раз уж хозяину «Светлого» хочется выслушать жалобы и предложения.
* * *
На обед сегодня были борщ и картошечка с куриной отбивной. Инга вяло ковыряла в тарелке вилкой и нетерпеливо поглядывала на двери столовой. Я же смаковала каждую ложку, каждый кусочек и обменивалась насмешливыми улыбками с нашей соседкой по столу — Глафирой Сергеевной из пятнадцатого номера.
— Инга, деточка, ты кого-то ждешь? — улыбаясь, спросила Глафира Сергеевна.
— Принца она ждет, — ответила за подругу я.
— Это ты зря, принцы предпочитают принцесс, — заметила соседка и отхлебнула чаю.
— Да ну вас, — отмахнулась Инга. — У меня, может, выпал уникальный шанс пополнить коллекцию. Или даже выйти замуж.
— А почему у тебя? — удивилась курортная бабушка. — Почему не у Маши?
— У Маши есть жених, — ответила Инга и снова посмотрела на дверь.
— Правда, Машенька? — обрадовалась Глафира Сергеевна.
— Нет, конечно, — снова улыбнулась я, принимая у официанта креманку с мороженым. — У меня не жених, а друг. Мы просто общаемся и ничего особенного не планируем.
— Ага, моя сестра тоже просто общалась, — кивнула Глафира Сергеевна. — Так старой девой и живет.
Я хотела ответить, что остаться девой мне не грозит по физиологическим причинам, как вдруг Инга восхищенно выдохнула:
— О. Мой. Бог!
Я подняла глаза и застыла. Мужчина, появившийся на пороге столовой, не был ни лыс, ни стар, совсем наоборот — молод и красив. Уверена, раньше я никогда его не встречала, но эти светлые волнистые волосы, волевой подбородок и пронзительные серые глаза мне отчего-то были знакомы. Очень знакомы. «Владимир Навроцкий, — всплыло в моей памяти. — Его зовут Владимир Навроцкий».
Мужчина улыбнулся курортникам, и вдруг его взгляд встретился с моим. Серые глаза изумленно расширились, а тонкие чувственные губы неуловимо прошептали:
— Маша…
Я почувствовала, как зашевелились волосы на моей голове. А потом волной накрыли воспоминания…
Глава 2
Усадьба Кротовых. 1826 год
— На, Машка, неси, — тетка Дорофея, наша кухарка вручила мне большой поднос с чайником и чашками. — Да осторожнее смотри! Это ж праздничный сервиз, фафор тут тонюсенький. Не разбей!
— А
Ознакомительная версия. Доступно 10 из 50 стр.