Борис Карлов - Остров Голубой Звезды

— Дело нешуточное. Бедняге может не хватить сил, ведь его только что прооперировали.

— Ну так давайте поскорее разыщем динамик! — с готовностью согласился адмирал. — Четыре минуты — и мы на орбите Колобка. Ещё через полчаса будем дома!

Они прошли в статор, Прибамбас повернул выключатель, и над круглой тумбой вспыхнуло объёмное изображение острова. Адмирал покрутил ручку настройки, и отражение поверхности острова приблизилось столь стремительно, что Знайке и Клюковке показалось, будто они откуда-то свалились и падают на землю без парашюта. Они покачнулись и ухватили друг друга за руки. Когда изображение приблизилось настолько, что на его поверхности стали различимы коротышки, адмирал замедлил и остановил «падение».

Картина была следующая: бывшие пленники всё ещё толпились неподалёку от входа на фабрику, пассажиры «Стрекозы» не спеша брели в сторону лагеря, а неподалёку от них прямо через заросли робко двигались дикари-голодранцы.

После радостных, но бестолковых переговоров с экспедицией академика Ярило челнок, пилотируемый самим адмиралом Прибамбасом, на борту которого находились Знайка и Огонёк, вылетел из кратера и спланировал на отвесное побережье, к самому входу на стоянку. Следом за ним туда потянулись все освободившиеся пленники.

На стоянке в гроте собрались почти все коротышки: бывшие пленники и пленницы, трудоголики и голодранцы, избежавшие пленения путешественники и адмирал Прибамбас. Инженер Курносик, всё ещё в бессознательном состоянии, находился на борту «Волчка» под неусыпным наблюдением доктора Пилюлькина.

Знайка попросил внимания, и все замолчали. Тишина в гроте нарушалась лишь курсирующим туда-сюда катером, в котором Перчик и Кренделёк перевозили на «Стрекозу» снятое оттуда ранее оборудование. Винтик и Шпунтик, а также вызвавшиеся помогать им инженеры Клёпка и Буравчик в срочном порядке приступили к ремонту судна. Буравчик то и дело садился на свой вездеход и мчался на фабрику за какими-нибудь срочно понадобившимися материалами или инструментами. Короче говоря, работа кипела.

Только что Знайка закончил радостные, но довольно бестолковые радиопереговоры с академиком Ярило, Фуксией и Селёдочкой. Прибамбас отключил защиту, и остров наконец-то явился во всём своём великолепии членам спасательной экспедиции, а также огромному числу следящих за ходом событий телезрителей.

Знайка залез на ящик и представил собравшимся адмирала Прибамбаса. Затем он коротко рассказал о главной трудности и попросил всех помочь в розысках главного динамика.

— А что это такое? На что он похож? — поинтересовался кто-то из присутствующих.

— Понимаете, это такая плоская кругленькая пластинка из металла, — начал объяснять Знайка, и тут ему уже не в первый раз показалось, что эту пластинку он совершенно точно где-то видел, но когда и где?.. Справившись с секундным замешательством, он закончил: — Она блестящая, величиной приблизительно с ладонь.

— В квадратной пластмассовой коробочке, — уточнил адмирал Прибамбас.

Знайка посмотрел на него растерянно, он вот-вот был готов вспомнить… Но тут с места поднялась Огонёк и повернулась к сидящим со скучающим видом пиратам Носу и Костылю.

— Это вас называют Костылём? — требовательно обратилась она к Костылю.

— Ну а хоть бы и так?.. — нехотя покосился тот. — Я вас не знаю, поищите себе другого кавалера.

Пираты довольно осклабились.

— Никакой вы не кавалер! — вспыхнула малышка, на мгновение растерявшись от такой наглости. — Вы отпетый негодяй и ничтожество. И вам ещё придётся ответить за причинённое коротышкам зло — вам и всей вашей трусливой шайке!

Все повернулись к пиратам, и те как-то сразу сникли.

— Ладно, ладно, проваливай, — огрызнулся Костыль. — Нечего здесь без толку болтать.

Знайка нахмурился и хотел вмешаться, но Клюковка на этот раз не растерялась и перешла к делу.

— Они вот с этим, — указала она на Носа, который немедленно состроил ей рожу и отвернулся, — они вот с этим знают, где находится динамик! Я это сама из трубы слышала, и Буравчик тоже может подтвердить!

Стало тихо. Все ждали,.

— Очень нужен мне ваш динамик, тьфу! — сдался-таки Костыль, мысленно рассудив, что полное запирательство не принесёт ему ни малейшей выгоды. — Нужен он мне, как грязь под ногтями… Правда, я видел его в одном месте, не скрою. Но только там его уже нет. Спросите лучше вон у этих… — Он презрительно кивнул в сторону Незнайки и Пачкули Пёстренького.

Все обратили взоры к этим двум героям, и Незнайка поднялся с места. До этого он нарочно выжидал, помалкивая и не высовываясь. Но теперь, оказавшись в центре внимания, он неожиданно смутился и вместо того, чтобы громко произнести заготовленную эффектную фразу: «Да я знаю, где находится главный динамик!» — вместо этого он стал молча смотреть себе под ноги.

— Ну, что ты молчишь? — окликнул его Знайка, а Прибамбас нетерпеливо заёрзал. — Говори, если знаешь что-нибудь. Ты говорить можешь?

— Могу, — угрюмо подтвердил Незнайка. — Только вы сперва пообещайте, что оставите нам «Бобика» и «Трезора», — прибавил он секунду спустя, подняв глаза.

— Ладно, ладно, — нетерпеливо согласился Знайка. — Обещаем, обещаем, говори быстрее.

Незнайка снова поднял глаза и произнёс:

— Вы на нём сидите.

— Что?! — закричали Знайка и Прибамбас, подскочив разом, как с горячей плиты, с покрытого брезентом ящика, на котором все это время сидели.

Под сдёрнутым в одно мгновение брезентом оказался металлический контейнер — тот самый, который путешественники нашли в заброшенной деревне в первый день своего пребывания на острове. Прибамбас нетерпеливо откинул крышку и торжествующе извлёк из контейнера небольшую пластмассовую коробочку. Он приоткрыл её, жадно впился глазами в её содержимое и снова быстро захлопнул, как бы опасаясь, что драгоценная пластинка вдруг опять упорхнёт куда-нибудь у него из-под носа.

— Она! — провозгласил Прибамбас, задыхаясь от радости. — Она!.. Она!..

Под всеобщие аплодисменты он поднял коробочку над головой, потом прижал к сердцу, потом снова поднял над головой, потом снова прижал…

Знайка наконец-то вспомнил, где он уже видел динамик. Ведь не далее как сегодняшним утром Винтик показывал ему содержимое найденного контейнера.

Коробочку он даже повертел в руках, но бросил обратно, не обратив на неё внимания. «Какое непростительное безразличие!..» — подумал Знайка, искренне огорчившись собственному промаху.