Второй Шанс Старого Рокера 3 - Денис Стародубцев
Её глаза в этот момент загорелись от счастья, и она заметно выдохнула.
— Правда? — она вытянула шею.
— Правда, — я положил карточку обратно. — Молодец, Ань. Дизайн клёвый, ничего лишнего. Вот прямо то, что надо.
Она сделала вид, что ей всё равно, но получилось так себе, потому что уши у неё покраснели.
— Да ладно… — буркнула сестра. — Это всё новые технологии…
— В смысле? — спросил я.
— Ну, нейросети, — она пожала плечами, как будто объясняла совсем уж очевидное. — Я ей сказала, чего хочу, она накидала вариантов, а я уже доделала как надо. Там работы минут на сорок.
— Минут на сорок, — повторил я. — Нормально так.
— Угу.
Мда. В моё время за такой макет художник просил неделю и гонорар.
— Научишь меня как-нибудь? — спросил я.
Аня подняла на меня глаза и улыбнулась самой хитрой своей улыбкой.
— Нет уж! — сказала она.
— Это ещё почему? — удивился я.
— А то я без работы останусь! — усмехнулась девочка.
И мы искренне засмеялись. После чего расплатились, и вышли. Коробку я забрал себе. Она не особо тяжёлая была.
— Коля, — обратилась ко мне сестрёнка. — А может, это…
Она сделала неловкую паузу, и я так и не понял, что она от меня хотела.
— Что ты «это»? — спросил я, слегка нахмурив брови.
Она опустила свой взгляд на коробку, потом посмотрела на меня, и я понял:
— Ты что, коробку хочешь сама понести?
Она слегка дёрнулась от моей реакции.
— Ну да… — тихо промолвила сестра. — У тебя же это… сердце… Давай я понесу? Мне несложно!
Согласен, что, имея такое сердце и даже эфир, перегружать его реально не стоило. Но эта коробка и правда была не слишком тяжёлая. С другой стороны, сестрёнка явно хотела помочь… грех было рубить такой порыв.
— Если ты так хочешь, давай половину пути понесу я, а оставшуюся — ты, согласна?
Она мило улыбнулась в ответ:
— Согласна!
Второй адрес был через две остановки, и там оказалась не кондитерская, а какой-то кондитерский цех при маленьком магазинчике. Внутри было жарко и пахло жжёным сахаром. Вышла женщина в фартуке, с руками в муке, и вынесла два пакета.
— Ваши гитары, — сказала она. — Всё как заказывали. Поосторожнее, они хрупкие.
Аня заглянула внутрь, и я заглянул следом.
Леденцы были янтарные, прозрачные, на белых палочках. Корпус, гриф, даже колки какие-то намечены. Вообще красота.
— Ой-ой-ой, — сказала Аня. — Коль, они классные!
— Классные! — согласился я.
— Я боялась, что получится ерунда какая-нибудь. Там на картинке одно, а приедешь — и лопата на палочке, — усмехнулась сестра.
Женщина в фартуке хмыкнула:
— У нас лопаты только по заказу, — сказала она. — И чаще всего на Новый год.
Аня засмеялась. Мы вышли на улицу, солнце уже поднялось над домами. Я поставил коробку на бордюр и открыл её.
— Так, — сказал я. — Давай делиться.
— Зачем? — не поняла сестра.
— Я к Эрнесту зайду, — я отсчитал пачку, прикинул на глаз и добавил ещё немного. — Оставлю ему в магазине, пусть у кассы лежат. Туда люди которые ходят — это наша публика. Всё как планировали.
Я сунул карточки во внутренний карман, и мы разделились. Аня пошла в сторону дома.
«Аккорд» стоял там же, зажатый между продуктовым и ломбардом. Колокольчик над дверью звякнул.
Внутри ничего не изменилось. Акустика по правой стене, электрухи по левой, басы в углу, струны и медиаторы у кассы. На стенах всё те же: Хендрикс, Пейдж, Клэптон, Моррисон. Пахло лапшой быстрого приготовления, что, на мой взгляд, отпугивало клиентов. Эрнест сидел за стойкой и ел эту самую лапшу вилкой прямо из стакана. Надеюсь, не из того, из которого он пьёт растворимый кофе.
— О! — он поднял голову и чуть не выронил вилку, когда увидел меня. — Колька! Ты, что ли?
— Я, — сказал я. — Приятного аппетита, друг!
— Да какой там аппетит, — он отодвинул стакан. — Это у меня завтрак, обед и, похоже, ужин.
Я подошёл поближе. Он вылез из-за стойки, пожал мне руку обеими своими и хлопнул по плечу. Мозоли на пальцах никуда не делись, и хватка тоже.
— Пропал ведь совсем! — сказал он. — Сколько мы не виделись-то?
— Давненько, — согласился я.
— Вот именно, что давно! Зазнался? — усмехнулся мужик.
— Пока не с чего, — сказал я.
— Ну-ну, — он прищурился и вернулся за стойку. — Рассказывай тогда, как дела-то у вас? Играете где?
Я облокотился на стойку.
— Я, вообще-то, по этому делу и зашёл, — сказал я.
— Ну понятно, — обрадовался Эрнест. — А то я думаю, чего это он просто так заглянул, не бывает такого… Струны нужны? Или ещё что-то?
— Нет, — сказал я. — Пригласить тебя хочу.
Он моргнул:
— Куда?
— У нас сегодня выступление, — сказал я. — День района, городской парк, большая сцена.
Эрнест медленно положил вилку на стойку.
— Погоди-погоди, — сказал он. — Городской парк? Это где администрация всё устраивает?
— Оно самое, — кивнул я.
— Так это ж… — он потёр затылок. — Круто! Там народу много будет! Ну вы молодцы прям!
— Бывает, — спокойным голосом сказал я, как будто это что-то обычное.
— И вы там выступаете⁈ — он продолжал и дальше удивляться.
— Ну так… Одну песню играем, но я доволен, — сказал я.
Он посмотрел на меня так, будто я сказал, что лечу в космос, но только на один круг.
— Одна песня, — сказал он. — Слушай, да какая разница, одна или десять! Ты понимаешь вообще, что ты сейчас мне сказал? Я в твоём возрасте о таком даже не мечтал! Мы тогда на танцах в ДК играли, и то через знакомого пробивались.
— Вот и приходи, — сказал я. — Посмотришь, как твои инструменты звучат.
И тут он потух.
Прямо на глазах. Только что человек махал руками, а теперь сидел, глядя на свою лапшу, и ковырял вилкой стойку.
— Не получится, Коль… — сказал он.
— Почему? — я нахмурил брови.
— Так магазин же, — он развёл