Мой лифт — Моя крепость. 4 - Андрей Проходский

— Экран есть, — согласился Эндрю. — Но это не значит, что старая программа подойдёт. Раньше он выдавал посылки по коду. А ты хочешь целый торговый система. Это уже работа с электроникой и программами. Я могу помочь с подключением, проверить двигатели и замки. А вот программировать подобное я не умею.

Я уже собирался возмутиться несправедливостью происходящего, поскольку в моём представлении человек, способный разбираться с электрическими моторами и всякими хитрыми устройствами, просто обязан был уметь ещё и программировать, но вовремя осёкся.

В конце концов, подобное требование выглядело бы откровенно глупо.

Сам-то я, например, прекрасно умел пользоваться компьютером, однако это совершенно не означало, что мог самостоятельно разработать программу управления сложным механизмом.

Хотя…

На этом месте в памяти неожиданно всплыло одно весьма любопытное обстоятельство.

Марина.

Я даже невольно улыбнулся, вспомнив старую подругу.

Когда-то она занималась различными программными штуками, причём часть её наработок до сих пор хранилась на моём ноутбуке. В своё время я совершенно не представлял, зачем мне может понадобиться всё это добро, но удалять файлы не стал. То ли из лени, то ли потому, что внутренний Хомяк категорически возражал против уничтожения чего-либо, занимающего место исключительно в памяти компьютера.

И вот теперь выяснялось, что подобная привычка вполне способна оказаться полезной.

Я даже примерно представлял, где именно должны находиться нужные программы. Правда, за прошедшее время успел основательно забыть, что там к чему, но сами файлы наверняка никуда не делись.

«Спасибо, Марина», — мысленно поблагодарил я старую знакомую, продолжая улыбаться.

На следующее утро я проснулся с неприятным ощущением, что вчерашняя разгрузка риса и возня с почтоматом всё-таки не прошли бесследно. Особенно сильно ныли ноги и спина, хотя повреждённое предплечье тоже периодически напоминало о себе. Впрочем, после нескольких дней такой работы удивляться было глупо. Куда удивительнее, что я вообще продолжал добровольно заниматься грузоперевозками, имея возможность спокойно лежать в собственной Комнате и никого не трогать.

Идея устроить выходной выглядела чрезвычайно заманчиво. Можно было наконец выспаться, поиграть на ноутбуке, посмотреть что-нибудь из сохранённой коллекции фильмов и вообще вспомнить, ради чего порядочные Хикикомори получают свой замечательный класс. Тем более с продовольствием теперь всё было более чем прилично, а переделку почтомата я благополучно спихнул на Эндрю.

К сожалению, у моего внутреннего Хомяка имелось совсем другое мнение относительно правильного использования свободного времени. Стоило подумать о расставленных наверху силках, как желание поваляться немедленно вступило в конфликт с возможностью разжиться дополнительными трофеями.

А ведь ловушки уже достаточно давно оставались без присмотра. За последние дни я успел заняться столькими делами, что до очередной проверки руки попросту не доходили.

— Ладно, — пробормотал я, окончательно выбираясь из кровати. — Отдых отменяется. Будем развивать охотничьи навыки.

После завтрака и привычных утренних процедур собрал необходимое снаряжение, прихватил системную отвёртку и нож для разделки добычи. Из оружия взял помпу и револьвер, хотя очень надеялся, что воспользоваться ими не придётся. Сегодня вообще хотелось обойтись без непосредственного общения с живыми обитателями верхних этажей. В идеале меня должны были ожидать уже готовые к употреблению тушки, аккуратно разложенные по силкам.

Правда, прекрасно понимая, насколько сильно такие ожидания расходятся с действительностью, я всё-таки потратил несколько минут на изучение картинки с камер. Возле лифтовых площадок ничего подозрительного не наблюдалось, поэтому можно было отправляться.

Первую ловушку я установил недалеко от выхода, у повреждённого дверного проёма.

И, судя по результату, затея сработала.

Ещё не добравшись до нужного места, я заметил у стены тёмную тушку, частично скрытую обломками штукатурки. Подойдя ближе, осторожно выглянул из-за выступа и обнаружил первого на сегодня крылатика.

— Опа! А вот и наш клиент, — довольно произнёс я, осматривая добычу. — Ну что, как обслуживание? Всё понравилось?

Разумеется, отвечать мне никто не собирался.

Небольшая тварь неподвижно висела в силке. Одно крыло было неестественно вывернуто, а голова бессильно свесилась набок. Похоже, погибла она уже давно, хотя признаков серьёзного разложения пока не наблюдалось.

Я приблизился, несколько раз коснулся пленника отвёрткой и только после этого окончательно убедился, что тот мёртв. Сам механизм выглядел исправным, так что оставалось снять улов и подготовить снасть к повторному использованию.

Вот только сначала требовалось заняться самым неприятным.

Уложив крылатика на относительно чистый участок пола, я достал нож и принялся за разделку. Худое туловище, длинные конечности и кожистые крылья постоянно мешали добраться до грудной клетки. Пришлось повозиться, прежде чем удалось вскрыть её и разобраться в расположении внутренних органов.

Впрочем, сомнений относительно того, какая именно часть сего организма меня интересует, почти не возникало. Стоило сосредоточиться, как знакомое ощущение от гоблинской метки напомнило о себе. У мутировавшей кошки оно указывало на печень, а сейчас совершенно отчётливо чувствовалось: требуется сердце.

Ну сердце так сердце. Главное, чтобы не пришлось жрать всю эту зубастую гадость целиком.

Извлечённый орган оказался совсем небольшим, размером примерно с крупный орех. Я немного повертел его, мысленно прикидывая, сколько таких сердечек понадобится для заполнения хотя бы одной секции, после чего отправил трофей в рот.

Проглотить удалось довольно быстро, хотя удовольствия процедура не доставила. На языке остался металлический привкус, а желудок несколько секунд явно сомневался, стоит ли принимать угощение или выблевать его нахер. Пришлось запить всё водой и немного посидеть, дожидаясь, пока организм смирится с произошедшим надругательством.

— М-да, Андрюха, — пробормотал я, убирая бутылку. — А ведь когда-то ты даже печёнку не любил.

Теперь же приходилось жрать сырые потроха каких-то крылатых уродов. И хуже всего было то, что я понемногу начинал к этому привыкать.

Однако философствовать над останками особого смысла не имело. Поэтому я отрезал несколько подходящих кусков мяса, один из которых оставил для новой приманки.

Затем подготовил освободившийся механизм к повторному срабатыванию и отправился дальше.

Следующая ловушка оказалась пустой.

Самое обидное — угощение исчезло, а петля даже не затянулась. Кто именно сумел поживиться за мой счёт и благополучно убраться восвояси, я понятия не имел.

— Э, нет, ребята, — недовольно проворчал я, осматривая крепление. — У меня тут вообще-то не благотворительная столовая.

Пришлось немного изменить расположение мяса, чтобы очередному халявщику было сложнее добраться до него, не задев механизм. Гарантий это, разумеется, не давало, но хотя бы повышало шансы пополнить мою коллекцию сердечек.

Третий силок порадовал куда больше.

Ещё на подходе я услышал слабое шуршание, сопровождавшееся неприятным попискиванием. Осторожно выглянув из-за выступа стены, обнаружил небольшого крылатика, который каким-то образом умудрился остаться живым.

Правда,