Мой лифт — Моя крепость. 4 - Андрей Проходский

Среди имущества фургона нашлось несколько ремней, которыми раньше крепили перевозимые в нём товары. Я воспользовался ими, закрепив мешки на площадке и багажнике, после чего осторожно попробовал провести велосипед вдоль кузова. Груз держался достаточно надёжно, хотя центр тяжести заметно сместился.

Первая поездка оказалась далеко не такой простой, как хотелось.

— Тихо, родной, тихо, — пробормотал я, с усилием удерживая руль. — Мы с тобой не на гонках. Мне ещё тебя домой тащить.

Возле лифта обнаружился небольшой подъём, на котором тяжёлая машина категорически не желала двигаться вперёд. Пришлось осторожно воспользоваться сохранившимся электроприводом, помогая велосипеду преодолеть последние метры. Мотор негромко загудел, колёса послушно покатились, и вскоре мне удалось добраться до открытых створок.

Через порог грузового лифта пришлось проходить особенно осторожно. Я заранее выровнял переднее колесо, направил велосипед внутрь и только после этого сам протиснулся следом. В Комнате немедленно стало заметно теснее, но оставлять здесь мешки я не собирался.

Воспользовавшись доступом к Тихим этажам, я распахнул противоположные створки. Выкатил велосипед из лифта, перенёс оба мешка к выбранному месту и уложил их друг на друга. Велосипед откатил дальше и прислонил к стене.

Первая партия оказалась доставлена.

Правда, пока это были всего пятьдесят килограммов.

Я посмотрел на часы и мысленно прикинул оставшийся объём работы. Если не задерживаться, можно было успеть вывезти весь запас и ещё заняться электротранспортом.

Следующие несколько ходок прошли заметно быстрее. Я уже понимал, как удобнее закреплять мешки, насколько сильно можно поворачивать руль и на каких участках лучше воспользоваться помощью тех крох энергии, что ещё оставались в очередном нагруженном велосипеде.

Постепенно удалось выработать вполне удобный алгоритм действий. Подкатываю очередной велосипед к фургону, укладываю два мешка, закрепляю их ремнями и веду транспорт к лифту. Затем через Комнату перебираюсь на Тихие этажи, разгружаюсь и возвращаюсь за следующей партией.

Само собой, каждая поездка отнимала время, зато уже после нескольких ходок возле стены начал вырастать вполне внушительный штабель.

Правда, вместе с количеством добычи росла и усталость. Первоначальный восторг постепенно сменился привычным раздражением от тяжёлой физической работы. Однако бросать начатое даже не пришло в голову. Слишком уж большой соблазн представляли собой сотни килограммов продовольствия, практически бесплатно упавшие мне в руки.

В какой-то момент я даже начал подумывать, не стоит ли попробовать перевозить по три мешка за раз. Однако достаточно было вспомнить первую попытку, чтобы немедленно отказаться от этой идеи. Слишком уж неприятной выглядела перспектива опрокинуть тяжёлую конструкцию, а затем самостоятельно поднимать её вместе с рассыпавшимся рисом.

Поэтому продолжил работать в прежнем темпе.

С очередной партией я управился уже практически на автомате. Правда, к этому моменту настолько устал, что во время разгрузки на несколько секунд присел прямо на один из мешков, пытаясь восстановить дыхание.

— Блядь, — пробормотал я, рассматривая растущую кучу продуктов. — Вот кто бы мне раньше сказал, что буду добровольно перетаскивать восемьсот килограммов риса, я бы его психиатру сдал.

Особенно обидно было понимать, что ещё совсем недавно подобной работой занимались специально обученные люди, а я предпочитал вообще лишний раз не выходить из дома. Теперь же приходилось лично исполнять обязанности грузчика, кладовщика и водителя электрической тележки, причём совершенно бесплатно.

Впрочем, стоило посмотреть на добычу, как желание сдаться и отправиться отдыхать заметно уменьшалось.

Я проверил оставшееся время. Несмотря на многочисленные поездки, запас ещё сохранялся, хотя значительную часть доступных трёх часов уже удалось потратить. Пришлось немного ускориться, тем более что в «ГАЗели» оставалось совсем немного риса.

Последнюю поездку я встретил с настоящим облегчением.

Внутри фургона уже почти ничего не осталось. На полу валялось несколько повреждённых упаковок, из которых высыпалась крупа, а возле задних дверей лежали последние два целых мешка. Я осторожно вытащил их наружу и уложил на велосипед, в очередной раз закрепив груз ремнями.

Некоторое время даже раздумывал, не стоит ли собрать рассыпавшийся рис. Однако достаточно было посветить фонарём на грязный пол кузова, как желание немедленно пропало. Крупа перемешалась с пылью, мелким мусором и остатками упаковки, поэтому заниматься её сбором представлялось сомнительным удовольствием. Тем более сотни килограммов внешне нормального продукта уже находились в безопасности.

Я ещё раз осмотрел грузовое отделение, убедился, что ничего пригодного не осталось, после чего осторожно повёл последний нагруженный велосипед к лифту.

Добравшись до Тихих этажей, наконец разгрузил мешки и некоторое время стоял, опираясь на руль. Затем пересчитал упаковки, заодно проверяя, не пропустил ли чего-нибудь во время многочисленных перевозок.

Тридцать два мешка.

По двадцать пять килограммов.

Восемьсот килограммов риса.

Ну и, соответственно, шестнадцать электровелосипедов.

— Охуеть, — довольно пробормотал я, рассматривая получившийся штабель. — Вот это мы с тобой, Хомяк, сегодня разжились!

Спустя ещё некоторое время удалось разобраться и со стоянкой. Пришлось заново расставить аппараты вдоль свободного участка коридора, чтобы они не перекрывали проход и не мешали выходить из лифта.

Я осторожно присел на ближайший мешок риса и наконец позволил себе немного отдохнуть. За время работы одежда успела пропитаться потом, спина неприятно ныла, а повреждённое предплечье уже откровенно протестовало против любых попыток продолжить грузовые подвиги. Зато теперь можно было с полным основанием считать Случайный выход удачным и окупившимся.

Причём самым удивительным оказалось то, что для получения подобной добычи вообще не потребовалось ни с кем сражаться. Никаких монстров, вооружённых незнакомцев или очередных смертельно опасных приключений. Просто нашёл заброшенную парковку, немного поработал грузчиком и получил целый склад полезного имущества.

Проверив время, я обнаружил, что до завершения временной связи оставалось чуть больше двадцати минут. Теоретически ещё можно было успеть обследовать какую-нибудь часть парковки, однако перспектива снова лезть в неизвестность совершенно меня не привлекала. Особенно после нескольких часов тяжёлой работы, когда даже обычный подъём по лестнице мог превратиться в настоящее испытание.

Гораздо интереснее было подумать, каким образом распорядиться добычей.

С электротранспортом всё выглядело относительно понятно. Часть аппаратов можно будет попробовать восстановить, остальные — разобрать на полезные компоненты. Особенно заманчиво выглядела возможность получить целую партию аккумуляторов, которых в нынешних обстоятельствах постоянно всем не хватало.

А вот рис представлял совершенно другую категорию ценностей.

Почти тонна продовольствия — это не просто хороший запас еды. Подобное количество вполне можно было использовать для торговли. Особенно если Случайный выход когда-нибудь выведет меня поблизости от поселения выживших.

В конце концов, людям нужны продукты. А мне самому могли понадобиться инструменты, материалы и прочее имущество, которое не так-то просто раздобыть самостоятельно. Обычный обмен вполне позволял решить обе проблемы, причём без необходимости вступать в какие-нибудь сложные