Чадо из Майнкрафта - KWIL

На седьмой день на стенах появились стервятники.

Они прилетели с востока — огромные, лысые, с красными головами и клювами, способными разрывать самую жёсткую плоть. Они уселись на зубцы стен, на башни, на раздатчики со стрелами. Они смотрели вниз, на внутренний двор, где метались обезумевшие люди, и ждали. Чего? Может быть, пока люди умрут. Может быть, пока откроются ворота. Может быть, пока вернётся Синий Великан. Кто знает, о чём думают стервятники?

Эрланд попытался их прогнать. Он взобрался на стену, размахивая посохом, и закричал. Стервятники даже не пошевелились. Они просто сидели и смотрели на него своими чёрными, блестящими глазами. Ждали.

На восьмой день скончался первый житель.

Это был старый Грегор — восьмидесятилетний ветеран, который пережил три войны, два голода и одну чуму. Он умер тихо, во сне, и никто не заметил его смерти до утра. Когда его нашли, он лежал на своей циновке с открытыми глазами, и на его лице застыло выражение странного, почти блаженного спокойствия. Как будто он наконец-то выбрался из этого кошмара. Как будто он был рад уйти.

Его похоронили во дворе — просто вырыли яму в углу, у южной стены, и закопали. Обряда не было. Молитв не читали. Никто не плакал. Все были слишком измучены для слёз.

На девятый день Хродгар собрал совет.

— Мы должны выбраться, — сказал он. — Должны. Если мы останемся здесь ещё на неделю, мы все умрём. От запаха. От болезней. От голода. Припасы, которые оставил Великан, кончаются. Воды почти нет — колодец заражён. Стены, которые он построил, стали нашей могилой.

— И что ты предлагаешь? — спросила Мирра. — Ворота закрыты. Стены слишком высоки. Мы не можем выйти.

— Мы разберём стену, — ответил Хродгар. — Я кузнец. У меня есть инструменты. Мы будем долбить камень, пока не пробьём проход. День, два, три — сколько потребуется.

Эрланд покачал головой.

— Это не поможет, — сказал он. — Посмотри на эти стены. Они сложены не из обычного камня. Они сложены из блоков, которые невозможно разбить без его инструментов. Ты можешь бить по ним молотом целый день и не оставишь даже царапины.

— Тогда что? — Хродгар ударил кулаком по столу. — Что нам делать?! Сидеть и ждать смерти?!

Эрланд не ответил. Он не знал, что делать. Он просто смотрел на стену — ту самую стену, которую Синий Великан построил, чтобы защитить их от монстров, — и думал о том, как странно устроен этот мир. Ты строишь защиту, и она становится твоей тюрьмой. Ты просишь спасения, и оно становится твоим проклятием. Ты надеешься на чудо, и чудо приходит — и оно хуже любой беды.

На десятый день умерли ещё двое. Ребёнок и старуха. Их похоронили рядом с Грегором.

На одиннадцатый день стервятники спустились со стен и начали клевать трупы на равнине. Их крики — хриплые, гортанные, торжествующие — разносились над крепостью с утра до ночи. Мухи перебрались через стену. Теперь они были повсюду — в бараке, в колодце, в еде. Люди ели, пили и дышали мухами.

На двенадцатый день Мирра, стоя на стене, увидела вдалеке огни. Много огней. Они двигались с востока, со стороны леса. Сперва она подумала, что это возвращается Великан. Но огней было слишком много. Это была армия. Или то, что от неё осталось. Или…

— Кто-то идёт, — сказала она, и её голос дрогнул. — Кто-то идёт сюда.

Жители, услышав это, замерли. Никто не знал, радоваться или бояться. Потому что тот, кто шёл к ним, мог быть кем угодно. Спасителем. Или новым врагом. Или самим Синим Великаном, который наконец-то вспомнил о своей первой базе.

Но пока огни были далеко. А запах был близко. И стервятники всё так же сидели на стенах, ожидая своей очереди.

Жека стоял на вершине своей новой башни — той самой, что возвышалась над Эренвальдом на семьдесят блоков, — и довольно оглядывал окрестности. Город преображался с каждым днём. Старые дома были снесены, улицы перепланированы, стены укреплены. Генератор булыжника работал без остановки, и големы таскали блоки туда-сюда, как муравьи. Новый дворец уже обретал форму — монструозное сооружение из обсидиана, железа и камня, с тронным залом, подземными хранилищами и портальной комнатой.

Изабель и Винсент сидели на ступенях дворца, привязанные поводками к железной ограде. Жека иногда поглядывал на них и думал, что они отлично вписываются в интерьер. Особенно девчонка. У неё были длинные волосы, серые глаза и гордая осанка, которая не ломалась даже под гнётом обстоятельств. Жека это уважал. Хороший дизайн персонажа. Разработчики явно постарались.

Но чего-то не хватало.

Он спустился во двор, прошёлся вдоль рядов големов, проверил сундуки. Железа — навалом. Камня — горы. Еды — полные склады. Механизмы работали как часы. Город был защищён, укреплён и автоматизирован. Но внутри было пусто. Слишком пусто. Слишком тихо. Улицы, рассчитанные на тысячи NPC, стояли безлюдными. Дома, которые он построил для жителей, зияли пустыми окнами. Торговые ряды, где он планировал устроить обмен с местными, молчали.

Жителей не хватало. Тех самых NPC, которые делают базу живой. Которые дают квесты, торгуют, создают атмосферу. У него тут был целый мегаполис, а исключая тех, кто не успел сбежать — всего двое, и те на поводке. Это было неправильно. Это было не по-настоящему. Какой смысл в огромном замке, если в нём никто не живёт?

— Надо перевести сюда тех, из первой деревни, — пробормотал Жека. — Они всё равно там сидят без дела. А тут работы полно. Будут фермы возделывать, торговать, может, размножаться начнут. Заодно и город оживёт.

Он кивнул сам себе и начал собираться в дорогу. Путь предстоял неблизкий — дня три пешком через лес и равнину. Но у Жеки теперь были ресурсы. И големы. И две недели непрерывного строительства, которые он мог использовать для чего угодно.

— Значит так, — сказал он, обращаясь к Изабель и Винсенту. — Вы остаётесь здесь. Охраняете базу. Големы за вами присмотрят. А я — в командировку. Вернусь с пополнением.

Он отвязал поводки от ограды и закрепил их на специальном столбике, который вбил