Крылья страсти - Ли Винтер

В этот момент что-то вспыхнуло между нами — как электрический разряд. Искра. «Ничего себе… Сон со спецэффектами», — успела подумать я, прежде чем он продолжил.

Он осыпал поцелуями мою ногу, не отрываясь, ласково поглаживая кожу рукой, которая медленно поднималась всё выше, обжигая своим теплом. Толпа мурашек пронеслась по телу. Я таяла от этих нехитрых, но точных ласк.

— Чего желает моя госпожа? — прошептал он, специально выделяя последнее слово, как будто пробуя его вкус на языке.

— А что ты умеешь? — не отводя взгляда, спросила я, чувствуя, как внутри нарастает жажда чего-то более безумного.

— Многое, мое госпожа, нужно только приказать.

И его рука, рука двигалась всё выше. К моим панталонам… О черт! Становилось всё горячее с каждой минутой. Я, так же смотря на него в упор, не отводя взгляд, придвинулась к нему, поставила вторую ногу на плечо, коснувшись пальчиками, а рукой взяла его за подбородок. Откуда у меня столько мужества было, непонятно. Но мне тоже хотелось с ним поиграть.

— Вылижи меня, или ты только и умеешь, что острить?

— Как прикажете, моя госпожа.

Он усмехнулся, и, не теряя ни секунды, подхватил меня за бёдра, легко опустил на кровать. Мгновение — и мой халат распахнулся. Он провёл ладонью по животу, замер.

— Как вы себя чувствуете?

— Даже во сне ты слишком болтлив для дракона. А я-то слышала, что ваши умения восхищают…

Он щёлкнул пальцами, и ткань на моих панталонах послушно разошлась. Он сорвал их и швырнул куда-то в сторону. Его ладони снова легли на мои бёдра. Он медленно провёл пальцами к моей влажной щели и дразняще прошёлся по ней, собирая соки, размазывая их по чувствительной коже.

— Ммм, — пробормотала я, чувствуя, как сила желания заполняет меня.

— Слишком непокорен для раба… Придётся тебя воспитывать, — прошептала я, не узнавая свой голос.

— Жду не дождусь, моя госпожа, — прошипел он, опускаясь вниз.

Он опустился между моих ног, встретился со мной взглядом… и не отрывая его, коснулся языком моих губ. Осторожно, едва-едва, затем с нажимом — сначала кончиком, потом всей шириной языка. Он обвёл своим языком мои складочки, как бы пробуя их на вкус, затем замедлил… и внезапно захватил мой клитор губами, чередуя поцелуи с нежным сосанием.

Я тихо застонала, бессильно. Моё тело извивалось, предавая меня с каждой секундой. Он знал, как действовать — точно, уверенно, с мастерством настоящего соблазнителя. Его рука поднялась к моей груди, пальцы сжали сосок, он был твёрдым, чувствительным. Он ласкал его, иногда переключаясь на другую грудь, продолжая исследовать меня языком.

— Боже… — прошептала я, теряя контроль. Слова разлетались, мысли исчезали, в голове был туман.

И когда он ввёл в меня палец… а затем второй, и согнул их, двигаясь в нужном ритме, я поняла — он играет на моём теле, как на тонко настроенном инструменте. Его движения — дразнящие, точные, уносящие меня всё дальше. Я запустила пальцы в его мокрые волосы, вцепилась, не желая отпускать.

Он продолжал — медленно, дразняще, с жаром, будто хотел, чтобы я не просто кончила, а растворилась. Я больше не сдерживалась. Моё тело выгнулось, и с протяжным стоном я отпустила себя в бездну наслаждения. Мир разлетелся на миллионы светящихся осколков

Темнота в комнате, и слышно было только наше дыхание. Его пальцы, скользящие по моей коже, оставляли невидимые ожоги — каждый прикосновение было одновременно обещанием и наказанием.

— Ты дрожишь, — прошептал он, губы в сантиметр от моего уха. — Боишься или хочешь продолжения?

Я впилась ногтями в его плечи. Его смех, глубокий и угрожающий, казался, он уже знал ответ.

— Так... приказ или мольба? Моя госпожа... — Его голос звучал как мед, стекающий по горячей коже — сладкий и обжигающий одновременно.

Его ладонь скользнула между моих бёдер, пальцы нашли ту самую точку — и замерли. Выжидающе. Мучительно. Я не понимала, что делает этот мужчина... нет, дракон. Я ведь только что пережила ослепительный оргазм, но моё тело предательски реагировало на его ласки, будто никогда не знало насыщения. Во мне пробудилась какая-то животная жадность — я хотела ещё, я жаждала большего, я...

Я выгнулась в немом призыве, но он отстранился ровно на дюйм — достаточно, чтобы лишить контакта, но оставить в поле досягаемости.

— Слова, госпожа. Я жажду слышать твой голос.

Воздух вырвался из моих лёгких рывком, когда его зубы впились в нежную кожу внутренней стороны бедра. Боль и наслаждение сплелись воедино.

— Или... — его язык обрисовал след укуса. — Ты предпочитаешь молчание?"

Я схватила его за волосы, заставив поднять взгляд. Его глаза пылали — в них читался вызов и... ожидание.

— Довольно игр, — мой голос звучал хрипло.

Его улыбка растянулась медленно, как лезвие, вынимаемое из ножен.

— Как прикажешь.

В следующее мгновение он поднял меня с лёгкостью, как будто я ничего не весила. Мир качнулся, и я оказалась под ним, прижатая к матрасу всем жаром его тела. Мои запястья оказались захвачены и прижаты к подушке. Грубо, но не больно — просто… властно. Я задохнулась от ощущения.

— Тогда позволь показать… — его губы коснулись моей ключицы, оставляя за собой огненную дорожку. — Что значит настоящее непослушание

Он раздвинул мои ноги коленом, легко, будто раскрывал лепестки. Моё дыхание сбилось, грудь приподнялась навстречу воздуху, которому не хватало жара. Я попыталась отвернуть лицо, теряя контроль, но он цокнул языком и прошептал:

Визерион дер Шарон.

С утра всё шло по плану. Позавтракал в покоях — блинчики сегодня были божественны, а кофе пахло так, будто его варили в кузнице Вулкана. Я люблю утреннюю тишину: ни души, только я, мысли и хруст подгоревшей карамели на блинчике. Ночь провёл за изучением докладов о поставках руды, так что раздражение клокотало во мне, словно дракон, которого разбудили во время зимней спячки..

На совещании министры, как всегда, старались не разочаровать. — Мародеры активизировались на южной границе, ваше сиятельство, — начал чиновник по налогам, нервно перебирая пергаменты. — Отправьте патрули. Разве для этого нужно созывать совет? — рявкнул я, сам не понимая, почему сегодня меня всё бесит. Возможно, из-за того, что слуги забыли положить в кофе корицу. — Есть вопросы, которые действительно требуют моего решения? — пристально посмотрел на них, давая понять, что следующий глупец, заговоривший о поломанных заборах, отправится чистить драконьи стойла.

Министры замерли, словно мыши