Бастард Императора. Том 34 - Андрей Юрьевич Орлов

Яна замерла, Аня посмотрела на меня поверх головы дочери, а Вадим поспешно прикрыл рот ладонью, чтобы не засмеяться. Судя по дрогнувшим плечам, последнее далось ему не без усилий.

Я тоже, честно говоря, опешил.

Аня первой справилась с удивлением. Жена протянула руку, погладила Вику по волосам и снова улыбнулась.

— Нет. Тётя Эйкхирия почти никакого отношения к этому малышу не имеет, кроме того, что они из одной расы. А Владимира с далёкой планеты привёз твой папа. Он там сражался, чтобы помочь другим, и не смог пройти мимо одинокого малыша. Поэтому теперь у тебя есть братик.

Слушая её, я мысленно усмехнулся.

В пересказе Ани всё выглядит значительно приличнее, чем в полном отчёте о моих приключениях…

Но не рассказывать же дочери, что отец, по сути, забрал реликвию целого народа, уничтожил их дерево, а затем ещё и выкрал младенца, которому предстояло стать правителем этого самого народа…

Интересно, как после такого объяснения Вика начала бы на меня смотреть? Поняла бы смысл всех слов и то, что за ними стоит? Или задала бы ещё один короткий вопрос, после которого мне самому пришлось бы долго разглядывать потолок?

Проверять на практике это совершенно не хочется…

Пусть сначала подрастёт, а потом расскажу всё. Тем более она действительно смышлёная, и однажды до подробностей всё равно докопается.

К этому моменту Вика уже перестала смотреть на меня. Дочь стояла возле дивана, задумчиво разглядывая Владимира, а затем вновь поднялась на носочки. Только теперь во взгляде не осталось прежней растерянности…

На Земле, да и не только здесь, хватает выражений о глазах и лицах.

Глаза по пять копеек, благоговейный взгляд, смотреть с замиранием сердца, восхищаться невиданным, сиять взглядом… Сейчас к Вике подходило всё сразу.

Она смотрела на брата так, словно перед ней только что появилось нечто совершенно невероятное.

Рот дочери приоткрылся, и она словно забыла, что нужно дышать. Вика медленно протянула руку, задержала пальцы возле маленькой ладони, а после осторожно взяла ладошку брата в свою.

Так аккуратно, будто боялась причинить ему боль даже прикосновением.

Владимир пошевелил пальцами и ухватился за её указательный. Дочь замерла.

Аня, заметив этот интерес, бережно положила Владимира на свободное место дивана рядом с собой. Вика немедленно забралась следом, встала возле брата на колени и наклонилась, стараясь ничего не пропустить.

Недавние слёзы, разговоры и даже наше присутствие для неё просто перестали существовать…

Я видел это по тому, как дочь осторожно устраивалась рядом, как удерживала маленькие пальцы и каждый раз замирала, стоило Владимиру издать какой-либо звук или пошевелиться.

Малыш приоткрыл рот и угукнул. Вика тут же придвинулась ближе и с восхищением посмотрела на него, а затем не выдержала и заговорила, начав почти шёпотом:

— Братик… Братик! У меня появился братик!

Вот после этих слов мы окончательно перестали быть ей нужны… Даже Аня.

Вика больше не оглядывалась, не проверяла, слушает ли её кто-нибудь, и не пыталась задать новый вопрос. Всё её внимание досталось Владимиру, который пока ещё не подозревал, насколько серьёзного человека получил в старшие сёстры…

Ох, чувствую, они будут как я с Эйр… Только наоборот.

Аня едва заметно улыбалась, но в её глазах снова появился влажный блеск. Судя по лицу, настолько тёплого принятия она не ожидала. Хотела отвлечь дочь, познакомить с новым членом семьи, а теперь сама не могла отвести от них взгляда.

Когда она наконец посмотрела на меня, её улыбка стала открытой и счастливой.

Я ответил такой же.

Ещё некоторое время просто стоял, наблюдая, а затем развернулся и вышел в коридор, оставив их знакомиться дальше.

Вика дома. У неё будет детство, рядом находятся родные, а угроза исчезнуть из собственной временной линии наконец осталась позади. Вот только я теперь, к счастью и к сожалению, император…

Часть обязанностей можно передать другим, но некоторые всё равно придётся выполнять самому. И как бы ни хотелось вернуться в гостиную, сесть рядом и продолжить слушать дочь, дела от этого никуда не денутся.

Да и дочери сейчас не до меня.

Я направился к кабинету, понемногу возвращаясь мыслями к происходящему за пределами дворца.

Интересно, Гриша уже понял, куда попал…? И нашёл ли ответ на все вопросы, которые ему там успели задать? Остаётся только надеяться, что эти идиоты, в своём желании сыграть «жертву» и сбиваясь в стаю, не учудят чего-то, что заставит парня сорваться.

Он хоть и спокойный, но если разозлить… Охохоюшки, что будет…

— Это делает вас угрозой для всего мира. Думаете, что это правильно — вот так распоряжаться такой силой самим…?

— Почему ваши империи присвоили наследие предков только себе? Разве все остальные не имеют права на это…?

Вопросы продолжали сыпаться, и Гриша ненадолго прикрыл глаза.

Он дал собравшимся закончить очередной обмен замечаниями, затем снова посмотрел на них.

— Хорошо. Мы поделимся с вами технологиями и передадим корабли. Только не вам как организации, а каждой империи отдельно. Сразу оговорюсь: на всех кораблей не хватит. Поэтому я хотел бы услышать, кому именно нам лучше отдать часть военного флота, чтобы в дальнейшем вы помогали нам сохранять мир?

За столом перестали разговаривать.

Мужчина, ещё мгновение назад обсуждавший что-то с соседом, резко повернулся к Грише. На противоположной стороне несколько правителей выпрямились, а один даже потянулся к микрофону, но вовремя остановил руку, решив сначала выслушать остальных.

Парень заметил эти движения.

Впервые за всё время ответ делегации заинтересовал их сильнее возможности задать следующий обвинительный вопрос.

Переговоры — хотя назвать происходящее переговорами сложно — идут уже около часа.

За это время Гриша успел составить план действий и заодно убедиться, насколько прав оказался брат…

Когда сам поднимаешься выше определённого уровня, короли, императоры, принцы и принцессы перестают казаться людьми, перед которыми следует заранее испытывать почтение.

Они становятся просто данностью и не более, если не вызывают уважение просто как люди или практики.

У них есть власть, войска и земли, с которыми нужно считаться. Но титул не делает их обладателей ни умнее, ни честнее, ни даже дальновиднее остальных.

Сейчас Гриша разглядывал правителей миллионов людей и чувствовал прежде всего раздражение…

Слишком много наглости и лицемерия собралось в одном месте.

С самого начала они задавали вопросы, в которых уже содержалось обвинение. Откуда взялись технологии? Почему столь мощную силу не использовали раньше? Куда исчезли отдельные правители и на каком основании чужие армии теперь выполняют приказы Российской империи?

Они старались сделать так, чтобы он сам оказался в невыгодном положении перед всем миром.

Чего-чего, а этого у них не отнять… Желания и попыток утопить других, чтобы процветать самим.

Гриша отвечал максимально близко к правде. Лгать парень не видел смысла, как не видел и возможности убедить всех присутствующих обычной речью принять Сергея как единого императора.

Каждый из сидевших за столом считал себя тем, с кем остальные