Рассказы - Тим Каррэн

Справедливости ради стоит отметить, что ему удалось отправить на тот свет одного из псов — он искусно выпотрошил беспородную тварь. Но затем человек трижды сразил его пулями, и чистая, прекрасная кровь хлынула потоком. В ослабленном состоянии псы набросились на него с неистовством, разрывая на части. Остатки сил быстро покинули его дрожащее тело.

Однако они не остановились.

Нет, они, как акулы на кормежке, захлебываясь кровавой жижей, кусали, рвали и расчленяли. За считанные минуты от могущественного существа остались лишь внутренности, кости, кровавое месиво и разбросанные органы. Даже его феноменальные способности к регенерации не смогли восстановить все части. Они трепетали в конвульсиях, но в конце концов затихли, когда душа Малыша покинула этот мир с черным воплем нечеловеческой ярости и ужаса.

Перевод: Грициан Андреев

Это подкралось незаметно — уж тут сомнений не было. Рико и остальные пережили бомбардировки, последовавшие за ними радиоактивные осадки и мучительную ежедневную борьбу за выживание. Чёрт, если учесть все обстоятельства, держались они неплохо.

А теперь ещё и это.

Первой слегла Шая.

Добрая, практичная, из тех, на ком земля держится, Шая, чьи сердце, душа и чувство справедливости были куда больше и сильнее любого многомегатонного оружия, поставившего общество на покрытые струпьями колени. Именно она нашла каждого из них — как утка-мать, собирающая вокруг себя утят, — накормила, дала кров и, что важнее всего, подарила им причину жить дальше, когда казалось, что смысла уже не осталось.

— Что ты об этом думаешь? — спросил Рико у Регины, их неофициального медика, в прошлом служившей в армейском медицинском корпусе.

Регина протёрла прохладной тряпкой покрытое бисеринками пота лицо Шаи.

— Без лаборатории — без анализов крови, посевов из зева, мазков из носа… Господи, это может быть что угодно. Я бы предположила какую-нибудь инфекцию. Скорее всего, вирусную.

Рико вздохнул. Подошёл к подвальному окну и выглянул между досками в ночной мир. Местные уже расходились: кричали и выли, точно звери. Предстояла ещё одна долгая ночь бессмысленного насилия и безумия, пока они будут пытаться истребить друг друга.

Регина продолжала стирать пот с гладкого смуглого лица Шаи. Та всегда была высокой, статной женщиной — крепкой, сильной и, когда требовалось, хитрой. Амазонкой с душой поэта. Теперь она словно усохла, будто внутренняя основа, удерживавшая её тело воедино, стремительно разрушалась.

— А ведь мы всегда были так осторожны, — сказал Рико.

На этом настаивала Шая. Она носила с собой счётчик Гейгера, чтобы проверять радиационный фон, заставляла всех надевать противогазы рядом с заражёнными, а на незнакомой территории — хотя бы защитные маски. Они мылись, купались, регулярно проходили дезактивацию. Но, несмотря на все меры, что-то всё равно случилось.

Кетч, сидевший на нескольких ящиках с армейскими сухпайками, сказал:

— Она заболела два дня назад… верно?

Регина кивнула.

— А за день до этого мы ходили на продовольственный склад на Двадцать третьей, так?

Теперь он завладел их вниманием и утвердительно кивнул.

— И что мы там нашли?

Рико, разумеется, понимал, к чему он клонит. Находка была знатная — почти нетронутый запас консервов и сухих продуктов. Там хватало добра, чтобы удвоить их припасы и протянуть ещё несколько месяцев. Склад нашли Санни и Джо Джек, лучшие из их добытчиков. На такие вещи у них был настоящий нюх. Вдвоём они могли отыскать почти что угодно — словно лозоходный прут, настроенный на припасы. Плохо было лишь то, что другая группа добралась туда раньше, а теперь там лежали её мертвецы.

— Помните трупы? — спросил Кетч. — Помните, как они выглядели?

Рико помнил. Их было шестеро, и умерли они несколько дней назад. Ничего особенного — город был полон трупов. Но эти отличались. Ничего подобного никто прежде не видел. Черепа у них были расколоты и зияли огромными расселинами, похожими на разинутые рты. Уже одно это было ужасно, хотя ещё могло объясняться нападением какого-нибудь странного хищника или падальщика. Но объяснить невозможно было другое: головы сделались мягкими и дряблыми, словно черепа под кожей состояли из податливой резины.

Рико и остальные стояли вокруг, переглядываясь и пытаясь понять, что произошло. Они даже предположить не могли, что способно вызвать подобное. Паразит? Какой-нибудь микроорганизм? Радиация? Ни одно объяснение не подходило.

Шая и Регина решили выяснить.

Оставить такое без внимания они не могли.

Надев хирургические перчатки и маски, они тщательно осмотрели головы погибших. Те были… жуткими. Именно это слово первым пришло Рико в голову. Взяв из сумки Регины деревянные шпатели, они раздвинули края ран, поразительно похожие на толстые студенистые губы. Шая ахнула. Не отвечая на посыпавшиеся вопросы, она вместе с Региной таким же образом осмотрела остальные головы.

— Что там? — спросил тогда Рико, чувствуя, как тревога запрыгала в животе, точно лягушка.

— Их мозги, — прошептала Регина. — У них нет мозгов… они исчезли.

Теперь, глядя на Шаю, Рико чувствовал, как мышцы напряглись и сжались, словно пружины матраса.

— Думаешь, у неё то же самое, что было у них?

Кетч пожал плечами.

— Возможно.

— Значит, мы все могли заразиться.

— Вполне возможно.

Регина вздохнула.

— Не рановато ли делать выводы? Возможно, у неё всего лишь инфекция. Только не начинайте паниковать. Пока не надо.

Она перевела взгляд с потного лица Шаи на Рико, потом на Кетча.

— Так что давайте до поры оставим свои догадки при себе, хорошо?

Это означало: не пугать Джо Джека и Санни дикими историями. Вести себя спокойно. Не бросаться сразу в омут с головой. Пока ещё нет.

Рико ценил здравый смысл Регины, потому что на самом деле они понятия не имели, что происходит. Проблема, как он понимал, заключалась не в нём, а в Кетче. Характер у того был колючий, особенно когда появлялось слишком много свободного времени. Внутри копилась энергия, и он обычно выплёскивал её на окружающих — причём далеко не лучшим образом. В выживании он был мастером, в драке — первоклассным бойцом, но командным игроком его назвать было трудно.

— Тебя это устраивает, Кетч? — спросила Регина, словно прочитав мысли Рико.

— Ты же меня знаешь, — сказал он. — Куда ветер подует, туда и я.

Ну да, конечно.

Таков, во всяком случае, был план. Но после того, что произошло дальше, он уже не имел никакого значения.

Переломный момент.

Так это назвала Регина. Что-то происходило — или вот-вот должно было произойти. Последние несколько дней она не сводила глаз с Шаи: ухаживала за ней, следила за симптомами и почти не спала. Около семи вечера