Valley - Burglars trip

- А главное, его никто не увидит.

- У нас с тобой разные представления о том, что где главное, но в данном случае суть от этого не меняется.

Действительно. О чем я. Какая разница, убьют человека или нет. Да его в секунду на тот свет отправят, как только увидят. О чем Лорд вообще думал?

- Он думал о том, что этот человек потом ему расскажет, - по привычке ответил на мой незаданный вопрос Кес. - С одной стороны, такие попытки надо пресекать на корню…

- Ты все-таки предлагаешь его убить?

Лорд, скорее всего, просто хочет избавиться от Петтигрю нашими руками. Тоже мне. Перебьется. Сам пусть работает.

- Нет. Если Томми этого не желает, с нашей стороны получится нелюбезно. А если желает, то это его проблемы.

Логично на самом деле.

В итоге Петтигрю я поселил в каком-то полуразвалившемся заброшенном домике на окраине одного из мелких промышленных городков, которые считались нашей территорией и использовались время от времени для ночных прогулок моих родственников. Да и не только. Камины в таких домах, называвшихся просто выходами, составляли обособленную сеть, к которой как раз и был подключен Западный камин Тревеса. Предложить поселить в таком месте живого человека мог, наверное, только наш Лорд. Я еще понимаю, сам бы поселился. Хотя лично я бы и ему не посоветовал.

- Это твой дом? – испуганно спросил Петтигрю, попав туда впервые.

- Я тут почти не живу. На втором этаже есть гостевая спальня. Кажется.

К тому моменту я еще не успел посмотреть, во что превратился дом после преобразований Кеса. Но надеялся, что все в порядке.

Зря я согласился. Надо было просто отключить здесь камин. Хотя на это Кес бы не пошел. Территорию нельзя оставлять без присмотра. А то набегут какие-нибудь безродные одиночки, потом не избавимся.

Ладно, в конце концов, это не мое дело. Если что-то не сработает и мы лишимся этого соглядатая раньше времени, так от несчастных случаев еще никто не застрахован.

С тех пор прошло недели две, и в том доме я не появлялся. Но вопрос Белл заставил меня вспомнить о нем.

Может быть, она все-таки дура?

- Конечно, он доносит. Иначе зачем бы Повелитель его ко мне подселил?

- Ему нечего доносить, ты же там не бываешь, - мягко сказала Белл, в очередной раз поразив меня резкими перепадами настроения. – Тебе не следует так легкомысленно относиться к этому.

Да мне все равно.

Но теперь это не все равно Белл. Что удручает.

Хотя и забавно.

- Сев, он тоже не уверен в тебе. У него много вопросов.

- Я уже ответил ему на все эти вопросы.

- Но получить подтверждение со стороны ему будет полезно, ведь так?

Мне в голову не приходило, что они с Нарси могут задумать попросту подставить меня. Я до сих пор уверен, что основная идея не принадлежала Белл, хотя она и преподнесла мне все это как собственную выдумку.

- Таким образом, Повелитель поймет, что Дамблдора все равно убьют, и хоть немного успокоится.

- Белл, - окликнул я ее уже в дверях. – Он обязательно проверит, где вы были, о чем говорили и… о чем думали.

- Я знаю, Сев, не волнуйся.

- Нарцисса…

- Я научу ее, это несложно.

- Будьте аккуратнее.

- А он сильно изменился, правда?

Ну, ты тоже сильно изменилась, дорогая. Не тебе привередничать.

- Изменился.

- Раньше в нем не было этой… усталости.

- Не было.

- А ты совсем не изменился.

Да неужели?

- Я жду вас часам к одиннадцати.

Я согласился, чтобы сделать им приятное. Мне-то было все равно. Во всяком случае, тогда я так думал.

Просто так проигрывать я, конечно, не мог. За кого Кес меня принимает? Поэтому я научил играть в эти «не шахматы» всех желающих. Например, Руди. Они с Рабастаном вообще оказались на редкость азартными. Со скуки, наверное. Постепенно втянулись остальные, и дело пошло веселее.

Точно понимал, что происходит, сначала, кажется, только Эйв. Но он, как всегда, помалкивал, потому что с охранниками играл исключительно я, а жилось от этого неплохо нам всем.

- Ты очень нас выручил, Малфой, - объяснил мне как-то вечером Роквуд. – Лица, работающие на наше Министерство, не могут брать взятки.

- Я понимаю.

- Нет, не понимаешь. Эта информация доводится только до служащих. Но тебе я, так и быть, расскажу. Все должности, раздаваемые Министерством, зачарованы от коррупции. И здешние охранники не исключение. А ты так ловко обошел этот по сути непробиваемый кордон, что тебя тут на руках готовы носить. И мы, и они. Вот теперь понимаешь, верно?

Меня всегда немного раздражала его манера изъясняться. И сам он меня раздражал. Но ему самому знать этого, конечно, не стоило.

Среди наших проигрывать мне почти ежедневно небольшие суммы быстро стало считаться хорошим тоном. Это всячески поощрялось охранниками, и пренебрежение такой всеобщей идиллией для любого из заключенных могло закончиться плохо.

Пятьдесят процентов я потом проигрывал нашим сторожам, а пятьдесят - отдавал Крису. Если уж мне предстояло провести в этом кошмарном месте какое-то время, то не нужно упускать даже такие возможности. Других мне, скорее всего, никто не предложит.

Предоставленные сами себе события имеют тенденцию развиваться от плохого к худшему.

- Это я виноват в смерти Сириуса. Нельзя было устраивать такую чудовищную провокацию. Ты явно был не готов.

- Альбус, вам не об этом сейчас надо думать.

Он был чуть жив, даже сидеть не мог и лежал в своем кресле, закрыв глаза.

Если я хоть что-то понимаю в таких проклятьях, а я понимаю в них все, то мы еле успели. Я поил его наскоро приготовленной смесью нескольких зелий и одновременно пытался снять проклятье с его обожженной, почерневшей руки.

- Что вы делали этой рукой, Альбус?

- Ты не поверишь, - усмехнулся он.

- Мне уже страшно.

Он кивнул на стол.

- Это гриффиндорский меч так вас отделал?

- Нет. Кольцо.

Рядом с мечом лежал безвкусный перстень с треснувшим камнем.

- Вы схватили его рукой? Но зачем?

- Хуже, Северус. Я надел его на палец.

- Зачем вы его надели? Оно же было заколдовано, вы не могли не понимать этого. Зачем вы вообще его трогали?

Он поморщился.

- Я… сглупил. Это было так соблазнительно…

- Что было соблазнительно?

Он не ответил.

- Чудо, что вы вообще смогли вернуться! – я был ужасно на него зол. – На это кольцо наложено сильнейшее проклятие. Остаётся надеяться, что его удастся сдержать. Я зафиксировал его. Временно.

Альбус поднял почерневшую руку и начал разглядывать её как диковинку.