Книга Паучихи - Рика Иволка

– Вы велели мне сопровождать вас везде. – Дэв скривил губы. – Госпожа.

– Я сказала – выйди!

– Похоже, – пробормотал Келтран, – вам все же стоит задуматься об усмирении…

Малврае обожгла жреца злым взглядом, и тот потупился.

– Не учите меня, как обращаться с рабом! – прорычала она, чувствуя, как в груди закипает злость и одновременно с этим – стыд. Проклятый дэв смеет дерзить ей при посторонних. Мелкий паук учит, как обходиться с рабом при самом рабе. Немыслимо! Их бы обоих высечь! – Стойте здесь, – велела она Келтрану, – я сейчас вернусь.

Малврае схватила Алактира за его золотой амулет и потянула в коридор. Когда они вышли из столовой, она заперла дверь и с силой толкнула дэва к стене, упираясь рукой ему в грудь.

– Когда я приказываю – ты слушаешься! Ты выполняешь все, что я скажу, если не хочешь быть прилюдно выпорот! Тебе ясно?!

Синие глаза недобро сощурились.

– Этот альв прав, я не обучен рабству. Что делать, когда один приказ противоречит другому?

– Госпожа! – рыкнула Мэл.

– Госпожа, – сквозь зубы прошептал дэв.

– Слушаться нового приказа, очевидно! Что здесь непонятного?!

– Слушаюсь. Остаюсь здесь. Госпожа.

С минуту они сверлили друг друга острыми взглядами. Мэл задавалась вопросом – почему и правда не высекла его при Келтране? Стоило высечь. До крови. До слез и мольбы о пощаде. Как же хотелось сделать ему больно! Малврае снова рыкнула, натыкаясь взглядом на солнечный амулет дэва, который почему-то все еще оставался на нем… И правда, почему? Птичке пора забыть о воле и о своем прошлом. У птички теперь другая жизнь. Мэл резко сдернула амулет с его шеи. Цепь лопнула, рассыпая звенья по полу, следом полетела и сама побрякушка.

– Нет! – вскрикнул дэв, но было поздно. Малврае с хрустом раздавила его драгоценность каблуком своего высокого сапога. Тонкий золотистый металл погнулся, солнечный камень выскочил из оправы и укатился прочь, пропадая в тени коридора. – Нет…

Алактир дернулся было за ним, но Мэл сильнее надавила рукой ему на грудь.

– Забудь. Ты больше не паладин. Ты – раб. Мой безвольный слуга. Ты больше никогда не ослушаешься меня. Иначе следующее, что я раздавлю…

Мысль, быстрая и колкая, как острие ритуального ножа, ковырнула разум. Матушка велела не спускать с Келтрана глаз!

Когда Малврае ворвалась в гостиную, комната была пуста. Сердце замерло на пороге удара. Она заметалась по гостиной, пока не заметила, наконец, открытую дверь террасы и тонкую фигуру жреца за шифоновой шторкой.

– Вы… здесь.

Келтран удивленно обернулся, когда Мэл поспешно вышла к нему.

– Да. Вы не против? Мне потребовалось немного свежего воздуха…

Малврае метнула быстрый взгляд в сторону ворот. Портной уже отбыл? Едва ли матушка выводила бы его через главный вход, но все же… Келтран поймал ее беспокойный взгляд и виновато потупился.

– Вы все-таки кого-то ждете… – прошептал он, печально вздыхая. – Извините. Мне стоило дождаться возвращения лакея… Ваша госпожа-мать права, я очень грубо обошелся с правилами приличия. Признаюсь, я поторопился намеренно… Но у меня есть оправдание. Я очень хотел увидеться с вами.

Малврае глубоко вздохнула, чтобы заставить себя успокоиться, и облокотилась на перила. Приятно холодные. Очень захотелось прижаться к ним горячим лбом, но Мэл сдержалась. Она едва не оплошала перед матерью из-за паршивца дэва… Остается надеяться, что Келтран не увидел ничего лишнего. Нет, не должен был.

– Если бы ваш приход доставил серьезные неудобства, матриарх выпроводила бы вас сразу.

– Что ж, тогда я спокоен.

Они помолчали, слушая свист подгорного ветра, задувающего в пещеры, и разглядывая магические фонари неспящей Юдоли. Потом жрец вдруг спросил:

– Вы бы хотели, чтобы я стал вашим?

Вопрос был неожиданно прямым и обескураживающим. Как ответить? Правду? Полуправду? Уклончиво?

– Это будут решать матриархи, – сказала Мэл, выбрав сдержанность.

Келтран порывисто обернулся к ней, сжав пальцами кованые перила, словно бы тем самым удерживая себя от чего-то необдуманного.

– Это так. Но мне важно, что думаете вы. Я не хочу быть… нежеланным.

Мэл растерянно смотрела на жреца, не зная, что сказать. Откровенно говоря, она еще ни разу не задумывалась о гареме мужей… Слишком много нового. Первый раб, первое сватовство, матушкины великие планы… Нужно держать лицо.

– Я вас понял. – Релинар мягко улыбнулся, по-своему истолковав ее молчание. – Не будем торопиться. Быть может… нам стоит видеться чаще. Чтобы я стал для вас… чтобы я мог понравиться вам…

– М-м… Возможно… да… – О Богиня, все ли мужчины такие? С ними никогда не знаешь, что сказать.

Келтран спрятал руки за спиной.

– Что ж. Благодарю вас за вечер, госпожа Малврае. Если позволите, я откланяюсь.

– Не останетесь на ужин?

– Не стану так обременять вас.

– Леди Бризанна будет в гневе.

– Кажется, она уже в гневе. Гневом больше, гневом меньше…

Мэл неожиданно для себя улыбнулась.

– А вы смелы…

Релинар изящно поклонился, паучьи глаза лукаво сощурились:

– Я буду еще смелее… если вам это нравится.

Матушка сидела в кресле, закинув ногу на ногу. Она нетерпеливо покусывала кончик указательного пальца, глядя перед собой и о чем-то размышляя. Мэл стояла перед ней, сама не своя от тревоги. Все ли она сделала правильно? Чем сейчас недовольна ее госпожа-мать? Своей наследницей или чем-то иным?

– Значит, отказался от ужина… занятно, – наконец пробормотала леди Бризанна. – Что ж, ладно. Мы что-нибудь с этим сделаем.

Малврае облизнула пересохшие губы, не до конца понимая, что именно хочет сделать матриарх. Один вопрос бился в ее голове летучей мышкой, пойманной в силок, но Мэл сдерживалась, как могла.

Я все сделала правильно, матушка? Глупый детский вопрос!

– Скажи мне, – негромко заговорила матриарх, – все прошло хорошо? Как ты оценишь?

– Хм… Келтран был явно увлечен мной. Не заметила, чтобы ему хотелось исследовать дом. И он не задавал никаких подозрительных вопросов.

Леди Бризанна сощурилась.

– Он не отлучался от тебя? Не пропадал из виду?

Холодок лизнул ладони. Мэл нервно сжала пальцы, машинально бросив взгляд себе за спину – в ту сторону, где весь вечер маячил ее раб. К счастью, дэва с ними не было. Единственного свидетеля того, что разок она все же отвлеклась от гостя, поддавшись приступу злости.

– Дитя?

– Нет, госпожа, – встрепенулась Мэл.

Говорить не обязательно. Ничего дурного не произошло. Было, впрочем, очень даже неплохо… Пожалуй, предложение Келтрана о том, чтобы видеться чаще, стоит рассмотреть детальнее. Малврае улыбнулась своим мыслям, матушка тоже улыбнулась – вероятно, своим.

– Что ж. Все случится скоро. Твоя сестра отправится к наземнику, мы получим железное войско… Готовься, дитя. И готовь своего дэва. Белокрылый глашатай Пастыря станет