Письмо счастья - Анна Орлова

– Не знаю, – смутилась Энн. – Я не запомнила.

– Ну, – я почесала бровь, – высокий такой, темненький, кареглазый, с квадратной челюстью. Лет ему под сорок, пожалуй. Довольно симпатичный. Да, и он простуженный.

Энн радостно закивала.

– Он самый, мисс! А… что теперь будет?

– Ничего страшного, разберемся! – пообещала я. Еще бы самой в это верить. – Беги уже.

Набросив халат и наскоро поплескав в лицо холодной водой, я спустилась вниз.

Инспектор мерил шагами гостиную. От камина к окну, потом пять шагов мимо дивана и десять вдоль книжных шкафов. Что это он мечется, как тигр в клетке?

– Доброе утро, – вежливо сказала я, прикрывая ладонью зевок. – Какими судьбами?

Рэддок резко обернулся. Выглядел он, надо сказать, паршиво: покрасневшие глаза ввалились, нос распух, на лбу испарина.

– Мисс Корбетт, – констатировал кисло. – Насилу вас разыскал. Вот, ознакомьтесь.

И подсунул мне грозную бумажку, озаглавленную «ордер на арест». Надо же, подсуетился инспектор, судью чуть свет растолкал. Пришлось изучать, прихлебывая кофе, который принесла расторопная Энн. Перечитывала дважды: по утрам я плохо соображаю.

Полицейский цедил свой кофе, пристально за мной наблюдая. Неужто переживал, что я спрячусь от него под диваном?

И, главное, смотрел с такой злостью, будто я ему в чашку плюнула. Странно, с чего бы? По утрам я, конечно, не эталон обаяния, и все же…

– Я не законник, но вроде бы все оформлено как следует, – признала я неохотно и отложила злосчастный ордер. – И все-таки, инспектор, с чего бы такая честь? Вчера мы вроде бы мирно расстались.

– Вчера, – повторил он с нажимом и закашлялся. – Тьфу, проклятие! Вот, узнаете?

Он небрежно вытащил из кармана конверт с несколькими фото. Расправил веером и предъявил мне. О, черт! Мне хватило одного взгляда, чтобы узнать себя – улыбающуюся, счастливую – в объятиях красивого брюнета.

Какие забавные тогда носили шляпы! И эти платья с пышными кружевами на груди – впрочем, мне-то как раз такой фасон был к лицу.

Попросить у Энн коньяку, что ли? Пусть думает, что я алкоголичка, раз пью до полудня, да еще и столь крепкие, мужские, напитки.

– Конечно, – я словно со стороны услышала свой голос. – Это я.

– А мужчина? – инспектор швырнул снимки на стол и ткнул пальцем в сияющего улыбкой брюнета. – Это – кто?

Хороший вопрос. Очень хороший.

– Стивен Фримен, – процедила я, начиная кое-что понимать. – Мой бывший жених. А что?

На самом деле не сложить два и два могла лишь форменная идиотка. Но раз уж я начала вчера ею притворяться (и с небывалым успехом!), надо продолжать.

Инспектор так и впился в меня глазами, от усилий закашлявшись еще сильнее. Бедняга, может, ему тоже стоит выпить?

– Это, – полицейский хлопнул ладонью по столу с такой силой, что звякнули блюдца, – пропавший Стивен Берч, его опознала прислуга. Фото найдены среди его вещей. Вот вам и мотив для убийства. Месть.

Я передернула плечами.

– Да вы издеваетесь, инспектор! Это же было семь лет назад.

Рэддок откинулся в кресле, хмуро глядя на меня.

– Он бросил вас практически у алтаря. Такое не забывается.

Я поднялась и взяла с каминной полки сигарету с зажигалкой, выгадывая минутку-другую на раздумья.

А, черт с ним! Придумать складную историю я впопыхах не смогу, да и зачем? Правда некрасива, зато безобидна.

– Между нами говоря, инспектор, – выдохнув клуб дыма, произнесла я доверительно, – я рада, что его укокошили. Но не настолько, чтобы марать руки. Кстати, вчера речь шла только об исчезновении.

– Вчера – да. А сегодня утром рыбаки выловили тело в заливе, – любезно проинформировал инспектор. – Застрелен в упор из револьвера небольшого калибра. За вами ведь зарегистрирован револьвер?

У-у-у, как все запущено!

– Зарегистрирован, – призналась я со вздохом. – Я так понимаю, вы хотите его забрать?

Полицейский кивнул.

– Для экспертизы, вы же понимаете.

– Понимаю, – я со злостью раздавила окурок в пепельнице. – Оружие в офисе, в сейфе. Кстати, кристалл с записью там же. Заберем по дороге или вы сами?

Все же выбила меня из колеи эта история.

Инспектор принял официальный вид, несколько подпорченный сдавленным кашлем.

– Где вы были в среду вечером и в четверг утром?

– А, это тогда его убили? – сообразила я. – Тут и думать нечего, вечером в среду я уехала к Чапманам и оставалась у них до утра пятницы. Кроме меня там было еще с десяток гостей, так что есть кому подтвердить мое алиби.

Рэддок насторожился, даже кашлять перестал.

– Во сколько?!

– Была у них в девять, – сообщила я, немного подумав. – Как раз начинались новости по радио. Значит, из дома выехала часом раньше.

– Жаль, – буркнул инспектор и, насупившись, полез за носовым платком.

– Порчу вам картину? – усмехнулась я, присаживаясь напротив, и опять прикурила. Нервы-то не железные!

Он держал паузу, пристально, не мигая, глядя на меня. На столе перед ним остывал забытый кофе.

– Бросьте, – я поморщилась и помахала рукой, разгоняя табачный дым. – Вы прекрасно понимаете, что это глупо, иначе не стали бы со мной так разговаривать. Очень уж вы по-дружески настроены для беседы с подозреваемой. Вы ведь не верите, что это я его убила?

– Вы правы, – признал Рэддок, помолчав. – Слишком явно все указывает на вас. И мотив у вас, между нами, слабенький. Хотя всякое бывает, конечно… У этого Берча-Фримена как раз на восемь были приглашены гости, но им никто не открыл. Так что я склонен полагать, что убили его все-таки вечером в среду. Увы, вы вполне могли успеть его прикончить и по дороге избавиться от трупа.

– И что дальше? – я прямо встретила взгляд инспектора. – Зачем я через два дня заявилась в квартиру? Чтобы вы меня там засекли?

Он вдруг поднялся и отошел к окну, за которым по-прежнему уныло моросил дождь.

– Прокурор считает, что вы хотели избавиться от улик. Искали письма, фото, вытирали пол и все такое. В среду-четверг вы этого сделать не могли, потому что обеспечивали себе алиби.

М-да, ситуация выглядела все хуже и хуже.

– Постойте, но ведь был же звонок! Зачем кто-то сообщил, что я в квартире?

– Бдительные соседи, – парировал Рэддок, хрустнув пальцами, и прислонился спиной к книжному шкафу. – А я вас даже не обыскал!

И такая горечь прозвучала в его голосе, что меня осенило:

– Вам досталось за это от начальства!

Он передернул плечами и заметил сдержанно:

– Окружной прокурор был не в восторге. Кстати, прокурор Блэк очень не любит вашего кузена.

Я утомленно прикрыла глаза. Встревать – так по уши. Сволочь Блэк будет топить Дэнни любыми средствами, ну и меня заодно. И