Навья - Ольга Богатикова
После этого покупатели действительно пошли к нам чередой.
На моей памяти это был третий случай продажи недвижимости. Я дважды наблюдала, как Антон Егорович продавал свои квартиры — сначала старую двушку, в которой он жил до знакомства со мной, потом просторную трешку в новостройке — перед переездом в частный дом. Эти сделки совершились быстро и без моего участия.
То, что происходило теперь, Антон Егорович назвал бы цирком с конями.
Так, на следующий день после посещения риэлторов к Суворину явилась молодая семейная пара — симпатичные парень и девушка, которые, по их же словам, поженились около полугода назад. Они долго восхищались планировкой дома, его ремонтом и расположением, а потом признались, что покупать его не будут, так как денег у них нет, и не предвидится. А дом они пришли посмотреть просто так, ради интереса.
Затем к нам явилось прекрасное трио: молодой мужчина и его родители, мрачная серьезная мать и веселый отец, явно принявший перед осмотром коттеджа на грудь. Они ощупали в комнатах каждый уголок, внимательно изучили кафель в ванной и в туалетах и даже поднялись на чердак. Далее выяснилось, что купить дом они тоже не могут, так как имеют лишь половину означенной суммы. Брать ипотеку эти люди не хотели, поэтому предложили Суворину забрать в счет оставшихся денег их старый автомобиль.
Двое следующих покупателей просили Филиппа сделать скидку, да такую, что у хозяина от удивления глаза полезли на лоб. Один некрасиво давил на жалость, рассказывая о своей многодетной семье, которая едва помещалась в старой трехкомнатной квартире. А второй раскритиковал цвет обоев, расположение электрических розеток и каждую дощечку ламината, затем обозвал дом халупой, а Суворина — барыгой, после чего потребовал немедленно снизить стоимость едва ли не в два раза.
— Зачем Антон Егорович купил этот дурацкий коттедж? — раздраженно вопрошал у меня Суворин, когда последний гость отправился восвояси. — Он ведь жил один! Ему что, было тесно в городской квартире?
— Нет, в квартире ему жилось нормально, — ответила я. — Но, во-первых, собственный дом был его давней мечтой, а во-вторых, его очень хотела Надежда Павловна.
— Кто? — удивился Филипп. — Какая еще Надежда Павловна?
— О! — я широко улыбнулась. — Это была потрясающая женщина. Неужели ты о ней не слышал?
— Не знаю. Может, и слышал, но не помню.
— Она была коллегой Антона Егоровича. Работала в отделе кадров на том же заводе, и в какой-то момент обратила на него внимание.
— Погоди. Дед был обычным слесарем. Как же он сумел очаровать кадровичку?
— Когда начался их роман, хозяин уже стал главным инженером. Мужчиной он был видным, да к тому же, вдовым. Чем не жених?
— Согласен… Кстати. В своем письме дед упоминал, что инженером его сделала ты. Как ты это провернула?
Я пожала плечами.
— Так же, как отправила тебя на конференцию. По правде сказать, Антона Егоровича его работа вполне устраивала. Он являлся простым человеком, звезд с неба не хватал, и строить блестящую карьеру вовсе не собирался. Однако с моим появлением его жизнь резко улучшилась, и требовалось как-то объяснить, откуда у него взялись деньги на новые часы, квартиры и машины. Сначала он всем рассказывал, будто получил наследство, а потом решил: надо занять высокую должность, тогда лишних вопросов ни у кого не возникнет.
— Неужели дед получил какое-то дополнительное образование? — удивился Суворин.
— Нет, что ты. Он взял меня с собой на завод, я укрылась пологом невидимости и нашептала начальнику его участка, что Антона Егоровича надо сделать бригадиром. Спустя полгода его таким же образом назначили мастером, а еще через год удачно ушел на пенсию главный инженер.
— Слушай, — Филипп нахмурился, — как же дед работал на такой серьезной должности? Он ведь ничего не смыслил в инженерных делах!
— Конечно, не смыслил, — согласилась я. — Ну и что? Знаешь, сколько на заводе было таких не смыслящих? За Антона Егоровича работали другие люди, а он только подписывал документы. Ну, и согласовывал выплату премий. В целом все было нормально.
— Ясно, — Суворин коротко вздохнул. — Так что там с Надеждой Павловной? Надо полагать, это была юная прелестница, которая решила выгодно выйти замуж?
— Не совсем. Надежда была моложе Антона Егоровича всего на два года. Да и прелестницей ее можно было назвать с большой натяжкой. Впрочем, это мое мнение, твоему деду она нравилась. Он любил женщин в теле, с высокими прическами и ярким макияжем… А по поводу замужества — да, она его очень хотела. Надежда Павловна находилась в разводе, да к тому же имела двух взрослых сыновей. С помощью Антона Егоровича она надеялась обеспечить их будущее.
— И что же, ей это удалось?
— Вполне. Наденька оказалась верткой, как ящерица, и мигом нашла к твоему деду подход. Как она восхищалась его талантами, как заливисто смеялась над его шутками! Антон Егорович был очарован. Говорил, что никогда не встречал такой умной ласковой бабы. Никто глазом моргнуть не успел, как она переехала в его квартиру.
— Тебе снова пришлось становиться невидимой?
— Нет, я жила открыто. Антон Егорович сказал Наденьке, что я его дальняя родственница, и помогаю ему по хозяйству. Она о его семье ничего не знала, поэтому во все поверила.
— И как Надежда к тебе отнеслась?
— Сначала нормально. Я не лезла в их отношения, да к тому же тянула на себе домашнюю работу. Но потом мое присутствие стало ее напрягать. Она принялась уговаривать твоего деда куда-нибудь меня отослать. Говорила, что я девушка взрослая, а значит, мне нужно найти нормальную работу и жить отдельно. Предлагала снять для меня какой-нибудь угол или даже купить крошечную квартирку-студию. Антон Егорович, как ты понимаешь, не согласился. Тогда Надежда Павловна поставила вопрос ребром: или она, или я.
— И дед выбрал тебя.
Я улыбнулась.
— Да, Наденьке пришлось уйти. Но, поверь, в накладе она не осталась. Денег Антон Егорович для нее не жалел, и за восемь лет, что они прожили вместе, эта женщина получила все, что хотела, и даже немного больше.
— Например?
— Например, золото. Надежда Павловна любила украшения, и он приобрел ей столько сережек, колец и браслетов, что хватило бы на ювелирный магазин. Также она каждый месяц получала круглую сумму на обновки и дважды в год летала отдыхать за