Игорь Федорцов - Сталкер-югенд

− Очень даже наоборот. Лицезрю плоды твоего вранья.

Краем глаза Влад видел ладонь (лапу! лапу!) с длинными когтистыми пальцами и ступню, похожую на птичью.

− Не пойму о чем вы?

− Ну, мне-то зачем? Дверь…. Ведь это ты её открыл.

Есть ли смысл отпираться и врать? И что вранье изменит? Не изменит. Чистосердечное признание сродни признанию поражения, а потому….

− Уверены?

− На все сто.

− Откуда сведенья? — тянул Влад время.

− У каждого свои маленькие секреты. Люди отвыкли смотреть под ноги, − Некто склонился к уху парня. − Наверное, потому что им незачем смотреть вверх.

− Вы следили за мной? — не поверил Влад. Конечно, он рисковал, якшаясь с подозрительными типами на барахолке, но, то, что за ним приглядывают и предположить не мог.

− Иначе как бы ты заполучил настоящий дешифратор. Пришлось позволить унести его из пределов волшебной страны Оз.

«Весельчак», − не оценил шутки Влад.

− Вы не очень похожи на волшебника?

− На Великого и Ужасного? — гость не торопился с «засветом».

«Как сказать», − Влад представил истинный облик непрошенного собеседника. Смесь бульдога с носорогом не актуальна.

− Вы с ним не однофамильцы? — не искренне насмешлив сталкер. − Как ваше имя?

− В чем фишка, начинать любой диалог с обмена имен? — выказал недоумение обладатель когтистой лапы и продекламировал с чувством. − Что в имени тебе моем?

− У нас так заведено.

Здорово получилось дистанцироваться от урода. Мы и они. Я и ты.

− Аааа…. У вас, − когтистая лапа легла бывшему кэпу на плечо. Не надавила, не сжала, не впилась, просто легла. По дружески.

− Да, у нас, − стоило усилий не смотреть на ужасающие когти.

− А обманывать?

− Не приветствуется, − поник Влад, понимая, на чем его подловили.

− Однако все врут. Трусы изображают храбрецов. Храбрецы былинных героев. Влюбленных тошнит от их вечной любви. Согласен, вечность звучит как приговор. Факт захочется чего-нибудь новенького. Невлюбленные доказывают, им любовь без надобности. Солдаты козыряют воинской честью, а на поверку, без зазрения совести, мародерствуют и насилуют. Радетели за всеобщее благо более радеют разделить оное между собой. Все поголовно ориентированы на Великую Цель, которая не за горами. Великая Цель оправдывает средства её достижения и принесения любых жертв. Великая Награда за великие деяния затеняет поля покойников. Врут в малом получить большое, врут в большом огрести большущее. Почему тебе быть исключением?

− А попадаются? Исключения?

− Говорят да. Но не встречал. Впрочем не осуждаю ни тех кого можно понять, ни тех кого нельзя понять вовсе.

− Из которых я? — любопытничал Влад. Ложь похожа на луковицу. Сколько слоев снимут? Как глубоко капнут? И до чего не докопаются?

− Вторые редкие экземпляры.

− Значит из первых?

− Да. Из тех, кто готов прыгнуть выше головы и прыгают…. Через головы других. Ты неплохо справлялся. Помогать пришлось всего два раза. В горящем ангаре ты был готов отступить, правда?

− Мы могли погибнуть.

− И что с того? Для чего еще нужны соратники? Кто-то должен быть принесен на алтарь Успеха. А единомышленники? Под рукой с кого стребовать жертвенности и самоотречения.

− Это низко! — возмутился Влад, ничем не прикрытым потребительством собеседника.

− Заблуждаешься, — лапа похлопала по плечу. — Но гордись. Ты обрел статус настоящего предводителя. Ты тот, кто провел через огонь!

− Подумаешь, − взбрыкнул Влад, но яд славы сладкий яд и с каждой ложкой становится только слаще.

− Второй раз ты сплоховал, когда увязался за женщиной.

Расчетливый удар по самолюбию достиг цели.

− У меня нет женщины… девушки…, − стушевался и пошел в отказ Влад.

− Действительно? Но прояви ты настойчивость, получил бы её легко.

− Да, вы….

− Ну-ну-ну. Я клоню к тому, нельзя отвлекаться и размениваться на мелочевку.

Влад лишь сопел в ответ. Чили… Барабан, рейд в заброшенные уровни. Все ради нее. Доказать ей и другим… Судят о человеке по делам его, его уму, его способностью справляться с неординарной ситуацией.

− Пойми, надо выбирать чего хочешь больше, − учительствовал некто. — А когда, выберешь… остальное приложиться, − и подчеркнул, − победителю.

− Раз так, зачем подстроили со спиртом и банкой? − обвинил Влад. Лучшая оборона нападение, так советуют в дельных и прочитанных на сто рядов толстых и толстенных книгах. — За фрукты спасибо, а пойло зачем?

− Но ведь угадал. Лишним не оказалось. А зачем… Ты терял контроль.

− Ничего я не терял…

«в отличие от других» так и просилось в продолжение. Но это означало вновь коснуться больной для Влада темы. Поэтому он постарался быть кратким. И убедительным.

−… Мы бы выдержали.

− Сомневаюсь.

− Вам-то что?

− Проверял одну избитую сентенцию. Те, кто хотят тебя сожрать опасны, но предсказуемы. Те, кто хочет тебя понять, прежде чем сожрать, опасны вдвойне. Тем, кто сумеет тебя познать не обязательно охотиться. Сам придешь к ним.

− Проверили?

− Отчасти. Не тот ракурс.

− Что еще хотите проверить?

− Ничего. Лучше скажи-ка, на кого из своих поставишь? Только честно. Честно себе и честно мне.

− Лонко и Юшенг, − выбрал Влад. Честно. Он мог бы загадать Феликса и Чили, но не желал им удачи. По личным мотивам.

− Потому что переспали? — выказал недоумение выбором Влада гость. − Но Ромео и Джульетта трагедия, а не героический эпос. Не забыл?

− Вы спросили.

− А вы?

− Не понял?

− Ты и бело-красно-синяя.

Он и Чили? Влад желал подобного и мог бы расписать свои действия пошагово. Но такое возможно если остальные растворятся в небытие. Чтобы только он и она.

− Могло получиться, − не допустил сомнений Влад.

− Огорчу тебя. Шансов у вас конечно больше, чем у некоторых, но меньше, чем тебе видеться.

− Больше, чем у кого?

− Ведущие нас к счастью, не ведают дороги, − уклончиво ответ.

− Вы о Джоке? — «перевел стрелки» Влад, хотя понял о ком в действительности говорят.

− О всех, кто ведет в светлое или какое иное будущее. Ни какой разницы о тебе, твоем приятеле, о ком-то еще.

− Джок справится.

− Здесь наши мнения полярно расхожи. Одно, несомненно, будет занятно.

− Они смогут. Докажут. И вернутся… С Рапторами. С Марком, − убедителен Влад. — Мы отрабатывали! В Armpit. Знаете через что мы прошли? По сравнению с этим, − он махнул рукой. Жест обозначил заброшенные уровни Термитника. — Там ад!

«Ад» прозвучало особенно пафосно. Воочию представляются все девять кругов и их обитателей.