Грэм Макнилл - Фулгрим

Даже среди хаоса сражения, Юлий думал о поэзии и литературе, и он решил держать в узде свои мысли. Возможно Соломон был прав, и он тратил слишком много времени на воспоминания.

- Капитан! - закричал Ликаон.- Здесь!

Юлий обратил внимание на своего денщика, увидев, что тот нашел до этого скрытое отверстие норы, которое, казалось, вело через пористую массу коралла. Проход был широк, хотя он и был тесен для воина, одетого в броню Терминатора, и Юлий надеялся, что он приведёт к их цели.

- Пошли, Первая, - приказал Юлий, передвигаясь так быстро, как только позволяла его броня.

Подняв ботлтер на изготовку, Юлий вел своих людей по темной тропе сквозь коралл. Эхо битвы странно искажалось в проходе. Стены туннеля блестели сыростью, что давало Юлию повод подумать, что они ползли через внутренности какого-то громадного зверя.

Непрошеная мысль внезапно взволновала его. Были ли атоллы лаэр живыми? Кому-нибудь приходила в голову мысль проверить это?

Он выбросил эту мысль у себя из головы, ведь было уже слишком поздно что ни будь сделать с этим, и он ускорился, ориентируясь на звуки борьбы и свет огня.

Наконец, он увидел как участок темноты впереди перечеркнул трассирующий снаряд, и он понял, что они нашли выход. Он лишь надеялся, что это было тем местом, куда они должны были прибыть. Туннель сузился, и Юлию пришлось использовать массивную часть его брони и энергию силового кулака, чтобы прорваться сквозь пространство атолла.

Юлий появился на краю широкой долины из розового коралла с чудовищным дву-шпильным храмом, вершина которого пронзала облака. Край долины был окаймлён сотнями кричащих, зазубренных шпилей, изогнувшихся внутрь, из за чего долина напомнила зубастую рану в коралле.

Вокруг верхних границ храма и в центре долины скопились целые тучи летающих воинов Лаэр. Юлий увидел героическую фигуру примарха, пробивавшим себе путь вперёд широкими взмахами золотого меча, Огненного Клинка. Шлем Фулгрима с орлиными крыльями сиял в темноте, и Юлий ощутил огромную гордость при виде своего лорда.

Фулгрима окружали держащие Лаер в страхе Стражи Феникса с длинными алебардами с потрескивающими лезвиями, преодолевающие путь к храму в дальнем конце долины. Он мог различить возле примарха, высоко держащего большой штандарт Легиона Детей Императора массивную фигуру брата Тестиса. Орел на вершине шеста сверкал бело-золотым светом в лучах луны, а фиолетовая ткань знамени слегка колебалась как шелк на ветру.

Юлий сразу же увидел, что его примарх был окружен, и закричал:

- Воины Первой, к Фениксу!

ЛОРД ДЕТЕЙ ИМПЕРАТОРА атаковал противников могучими ударами своего меча и каждый ужасный удар забирал жизнь одного воина Лаэр. Никто не мог выстоять против него и выжить, поэтому, когда закралась предательская мысль, что эта борьба вовсе не шла согласно плану, это было подобно ночному визиту убийцы.

Его Стражи Феникса сражались как герои, которыми они и были, золотые лезвия, убивали всё, что смело войти в предел досягаемости их смертельных алебард, а храбрый Тестис отважно нёс высоко поднятый штандарт Легиона, разрубая длинным мечем на части любых подошедших к нему врагов. Все Лаэр вокруг них гибли, разрезанные смертельными ударами мечей или расстрелянные дисциплинированным, точно нацеленным огнем болтеров. Поперек поля битвы дрейфовал странный розовый мускус, цеплявшийся за их лодыжки, а его аромат был довольно неприятен. Рёв башен заглушал визг лаэр, и Фулгрим не мог вспомнить более неистового поля битвы.

Никогда прежде он не видел такого буйства цвета и звуков, и он не мог понять, для чего это было нужно. Возвышающийся храм, казалось, был центром всей этой какофонии. Разрывы в его «теле» были похожи на окна, они-то и были источником самого громкого крика, и из них в воздух сочилась большая часть розового мускуса. Сооружение перед ним было, возможно, около трёхста метров, и в отличие от своих воинов он видел, что ему было, по меньшей мере, триста лет.

Когда он расчленил мечом лаэр от головы до хвоста, в голову прокралась другая предательская мысль что, возможно, их специально заманили в эту адскую долину. Розовый коралл её стен и зубчатых шпилей, которые шли по горным хребтам на её вершине, напомнили ему о растениях, которые он видел на влажных болотах Двадцать Восемь Два, которые питались большими жужжащими насекомыми джунглей, заманивая их в свои покрытые листвой челюсти перед тем, как моментально захлопнуть пасть и переварить их.

Но воины, сопровождавшие его на Огненной птице, сражались рядом с ним, и хотя боролись они смело, погибали один за другим, и такие потери могли привести только к одному результату. Он осмотрел склоны долины в поисках любых признаков своих боевых братьев и рассек кулаком воздух, увидев Юлия Кеосорона и воинов Первой, сражавшихся и пробивающих себе путь к нему сквозь массу скользящих, визжащих воинов Лаэр.

Броня терминатора давала каждому воину силу и мощь танка, и хотя Фулгрим ненавидел этот неказистый на первый взгляд вид брони, его сердце ёкнуло, когда он увидел их теперь.

- Вижу могучую Первую! - крикнул Фулгрим. - Поспешите мои братья, поспешите!

Брат Тестис выступил вперед, держа знамя Легиона одной рукой, и расчищая своим мечем путь сквозь Лаэр. Фулгрим прыгнул, присоеденившись к нему и прикрывая с фланга своего преданного знаменосца, и Стражи Феникса, сплотились у знамени.

- Следуйте за Фениксом! – закричал Юлий Каезорон позади него, и Фулгрим от души засмеялся, наблюдая за тем, как воины Первой крушили лаэр. Апотекарий Фабий сказал, что лаэр были химически изменены, чтобы придвинуться к совершенству, но они были бледной тенью совершенства, воплощенного в его Легионе.

Ударив кулаком в череп воина лаэр, Фулгрим пробовал вообразить, каких высот он и его воины могли достичь, пойдя они подобным путём, и насколько горд будет его отец, когда увидит, какие чудеса они делают.

Шипящий лаэр воткнул своё оружие в его наплечник и отскочившее лезвие прорезало золотой шлем. Фулгрим вскрикнул, больше от удивления, нежели от боли, и ударил мечем в пасть лаэранцу.

Он заставил себя сконцентрироваться на битве, а не на красоте, возможной в будущем, видя, что все больше и больше его воинов продвигалось в долину через отверстия в коралле. Он, нахмурившись смотрел на их опоздание, поскольку его план призывал к подавляющей атаке, которая предоставила бы этому храму прекрасное действо. Что-то пошло не так, и многие из его воинов опоздали. Внезапная мысль очень обеспокоила его и настроение упало.

Поскольку все больше и больше Детей Императора прибывало в долину, Фулгрим и знамя Легиона углубились в разъяренные толпы лаэр, храм стал обманчиво близок. Вспыхнуло зелёное пламя выстрела и Фулгрим отскочил в сторону. Он почувствовал высокую температуру инопланетного оружия, но не обратил внимание на боль, когда она настигла его, и повернулся, чтобы встретить лицом угрозу. Страж Феникс уже убил нападавшего.