Вадим Денисов - Спасатель
Просеку прошёл быстро. Вообще все расстояния мне теперь кажутся плёвыми, сказывается узнавание местности. Моя теперь местность. Хорошее это ощущение, хозяйское, его и зверь, и человек почувствует, только меру, Федя, знай, не зазнавайся. Как я заметил ещё днём, возвращаясь назад, на просеку всё-таки есть возможность проезда. Траектория хитрая, в виде знака, похожего на цифру "5", где верхняя перекладина — грунтовая дорога. С трассы ничего не видно, въезд надёжно скрыт кустами.
На дороге никого.
Никакого движения не наблюдается, похоже, не очень-то любят здешние люди вечерами дефилировать по магистрали, где ездят стреляющие машины охотников за дошираком. Тем не менее, я немного постоял на "своей" стороне, послушал. Перешнуровал ботинки, подтянул всё на себе, да и полез по уже знакомому маршруту.
Погода поставленной задаче наблюдения и изучения способствует, небо чистое, ветер, если и есть, то на высоте, внизу — тишь. Звёзды уже начинают поочерёдно проявляться в тёмнеющей синеве, голоса птиц стихают. В ясную погоду вечерние панорамы на короткое время становятся особо контрастными, но не пошло сочными, а такими… пряными — оранжевый закатный оттенок придает местности романтический, открыточный вид. Отличное время для рекламной фотосессии. В мирное время. Здесь и сейчас для меня время не мирное, тревожное.
На этот раз я решил особо тщательно осмотреть площадку — на предмет былых посещений и склоны — на предмет удобства подъёма; вполне вероятно, что на вершине сидеть придётся долго. Да ещё в темноте, так что сюрпризы мне не нужны. Ни в виде злонамеренного лазутчика, ни в виде дикого зверя. Кто его знает, может, тут и барсы есть. Как выяснилось, доступный для восхождения склон всего один, по нему и поднимался. Очень хорошо, не придётся крутить головой и в темноте вниз заглядывать по всем сторонам. Следов праздного пребывания людей я не обнаружил, никто не разжигал на вершине костёр, не вытоптал тропинок или площадок отдыха. Не развит туризм в этом мире, не развит.
Но люди тут всё-таки бывали, и забирались они на гору со специальным интересом.
С обратной стороны самой крайней к восточному склону сосны висела длинная медная проволока в тёмно-синей оболочке. Нижний конец её был заботливо обмотан вокруг дерева, чтобы не болтался под ветром, верхний закреплён на самой вершине дерева. Не поленился кто-то, вскарабкался по почти голому стволу — непростое это занятие, скажу вам. Я смогу подняться по такому дереву, но нужен специальный ремень, да и обувку желательно бы другую, лучше с триконями. А вот "в обхват", по-обезьяньи, как это делают юркие таёжные мальчишки, не по силам, вес уже не тот… Смелые ребята тут работали, даже безбашенные. Сама сосна — метров пятнадцать ввысь, так она ещё и над обрывом нависает. Жутковато. Но выбор мне понятен, ствол годный для подъёма.
Назначение подвешенной проволоки сомнений не вызывало — здесь кто-то проводил сеансы радиосвязи, что вполне здраво — на этой горке самое удобное для подобной задачи место в округе. Хорошая находка. От жадности я сперва захотел сдёрнуть столь полезный предмет, но передумал. Воспользуюсь случаем, послушаю ночью эфир. Сейчас стоя на вершине "светиться" не стоит, уж слишком буду заметен, особенно при перемещениях.
Выбрав ровное и гладкое место в самом центре поляны-вершины, я положил на землю основную куртку, вытащенную из "сала", а потом и сам рюкзачок. Сел — нормально. А если лечь? Ой, как же хорошо… рюкзачок под голову… Вот так меня ниоткуда не видно. Ну так и полежим с наслаждением, послушаем, посмотрим в небеса, вдруг всё-таки пролетит надо мной долгожданный летательный аппарат. Или хотя бы НЛО захудалое.
Кстати, насчёт "послушаем"!
Я вытащил радиоприёмник "соньку", прикрутил к ней свою проволочку, растянул её в сторону. Если кто не знает, для "ловли" ближних FM-станций с любимой музычкой, найденную проволочку, если уж вы её колхозным образом прикрутили к штатной антенне, лучше тянуть параллельно земле, а не забрасывать, подпрыгивая Тарзаном, на ветку. После чего побродить с одним концом, отыскивая сильный сигнал. Ну, воткнул я "соньку", попробовал-поманеврировал — один тихий шелест в эфире, нет поблизости FM-ок. Поэтому, попробуем ночью и на средних волнах. Там разные чудеса случаются.
Сигналы диапазона средних волн распространяются в дневное и ночное время поверхностной волной, ночью — ещё и волной ионосферной. Эти волны, будучи отражены, возвращаются к Земле на удалении от передающей станции в 80 — 1600 километров. В реале дальность может превышать и несколько тысяч километров из-за многократных отражений от земли и ионосферы. На средних проявляются и нелинейные свойства ионосферы. В 1924 году, когда начала работу первая мощная радиостанция в городе Горьком, ныне Нижнем Новгороде, то оказалось, что передачи этой станции прослушиваются даже тогда, когда радиоприемник настроен на рабочую частоту другой средневолновой станции, причем частота горьковской станции не попадала в полосу пропускания радиоприемника! В этом случае сигнал менее мощной средневолновой станции являлся промодулированным сигналом горьковской.
Так что, ночью есть шансы, буду пробовать "пробивать" эфир. Сначала полюбуюсь ночными окрестностями своих владений, а потом тактично воспользуюсь столь любезно предоставленным мне "оборудованием".
Наметив такой стройный план, я успокоился, снова прилёг и незаметно уснул. Вырубился в прохладе, как в анабиоз рухнул…
Проснувшись паническим рывком, я сразу же окунулся в озноб липкого страха.
Нормальный ты конспиратор, Потапов! Замочил на боевом посту! Тебе знамя от Избы доверили, "паспорт" дали, а ты… Сердце бешено колотилось, и даже звенящая ночная тишина не могла унять эти гулкие удары в груди. Как же это я? Вот так и "просвистели" чапаевскую дивизию! А если бы кто-нибудь влез, пока ты щёки мял? Понемногу успокаиваясь, я сел. Фу ты… Вот уж, действительно, пронесло…
В темноте южной ночи я стоял на вершине одинокой горы, возвышающейся над долиной, по которой змеилась таинственная грунтовая дорога, а надо мной в прозрачном небе медленно кружили звёзды. Там, где скатилось за ломаный горизонт солнце, еле угадывались вершины темных гор. Тёмные земли и звёздная высь. Простор и препоны, звёзды и тернии, восторг и страх.
В числе тех, кто, будь такая возможность, мог бы считать мои эмоции и мысли в этот момент, наверняка нашлись бы постигшие и прочувствовавшие — из числа Стоявших на Вершинах. Снисходительно улыбнувшись, они подумали бы: "Вот и ещё один по-настоящему очарован Вселенной, мы-то давно прикоснулись к вечному".
Но они ошибутся.