Георгий Савицкий - Атомный таран. Погибаю, но не сдаюсь!

В атаку на русские корабли вышли еще и два польских фрегата класса «Оливер Х. Перри»: «General Kazimierz Pulaski», бывший американский «Clark» FFG-11 и «General Tadeusz Kosciuszko», бывший «Wadsworth» FFG-9.

Три русских фрегата озарились пламенем стартовых ускорителей противокорабельных ракет Х-35 «Уран». Умные «Стрелы» понеслись навстречу польским фрегатам «Оливер Х. Перри» на скорости 300 метров в секунду. Они неслись на высоте всего пяти метров над поверхностью моря — незаметные для американских радаров. Только уже на подлете, буквально за секунду, одна из башен системы «Вулкан-Фаланкс» развернулась, и шестиствольная пушка в упор ударила по подлетающим ракетам. Несколько ракет из подлетающей реактивной «стаи» превратились в огненные кометы. Но остальные поразили свои цели.

Польский фрегат «Генерал Казимеж Пуласки» получил попадание прямо в башню носовой 127-миллиметровой артустановки «Ото Мелара». Взрыв фугасно-проникающей боеголовки весом 145 килограммов вызвал детонацию носового погреба артбоезапаса. Вся носовая часть флагмана польского Военно-морского флота скрылась во всеразрушающем огненном смерче. Второй «Уран» пролетел сквозь облако пламени и ударил «польско-американский» фрегат прямо в «лоб» надстройки и превратил ее в пылающий кратер.

Второму польскому фрегату тоже не повезло: на него в атаку вышли два малых ракетных корабля: «Пассат» и «Гейзер». Они полыхнули огнем противокорабельных ракет. Бой на Балтике продолжался…

А на берегах «одетой в камень» Невы сотни тысяч глаз напряженно вглядывались в полыхающие на горизонте зарницы. Судьба Северной Пальмиры решалась сейчас там, среди волн седой и суровой Балтики: во вспышках выстрелов, отблесках орудийного пламени, сиянии трассеров. Вое и визге ходовых турбин и дизелей, сжатых приказах, среди водяных фонтанов взрывов.

Штурм позиций мотострелковой бригады полковника Сергея Перча начался после полуночи. Как всегда, начался он с массированного авианалета. Польские тактические истребители F-16C «block 52» под прикрытием польских же МиГ-29 попытались нанести удар высокоточными ракетами и американскими бомбами со спутниковым наведением.

Но ничего у них не вышло.

Командир ПВО мотострелковой бригады майор Никита Семихватов провел очень толковую работу, объединив положенные по штату зенитные средства и только что прибывшие зенитные ракетно-пушечные комплексы «Панцирь-С1» в единую сеть. Зенитно-ракетный дивизион и зенитный ракетно-пушечный дивизион мотострелковой бригады по штату насчитывали несколько десятков ЗРК «Оса-АКМ» и ЗРПК «Тунгуска-М1». Кроме того, имелось еще и несколько «Шилок». Но вся эта довольно внушительная огневая мощь была не слишком эффективна, не имея возможности своевременно обнаруживать воздушные цели.

В этом им помог дивизион «Панцирей» капитана Игоря Мельникова.

«Панцири-С1» разместили на наиболее угрожаемых участках таким образом, чтобы они могли обнаруживать тактические истребители и прочую летающую хрень «младоевропейских союзников» НАТО в пассивном режиме, без включения локаторов. Новейшие ЗРПК «Панцирь-С1» использовались не для ведения огня, а всего лишь — для выдачи целеуказания «Тунгускам», «Шилкам» и «Осам». Для этого же применялась и пассивная станция радиотехнического обнаружения «Эгида». Она была создана на базе знаменитой украинской «Кольчуги», но была более эффективной. Она позволяла с большой точностью вести разведку радиоэлектронных средств самолетов, вертолетов и «беспилотников» «вероятного противника». Ведь в полете они сами излучают в различных спектрах электромагнитных волн, облучают воздушное пространство и земную поверхность бортовыми радарами, ведут радиопереговоры.

Все данные по воздушной обстановке приходили на командный пункт взвода управления и радиолокационной разведки командира ПВО мотострелковой бригады.

— Обнаружена воздушная цель, — доложил оператор «Эгиды». — Цель групповая, скоростная, низколетящая. Азимут… Высота… Удаление… Идет курсом на нас.

— Параметры воздушной цели подтверждаю, — доложил оператор наведения ЗРПК «Панцирь-С1». Сейчас работала только его электронно-оптическая и тепловизионная аппаратура обнаружения и наведения целей.

Все мобильные установки были связаны наземной проводной радиосетью. Связь в телефонном режиме позволяла избежать обнаружения и обеспечивала стойкость к искусственным и естественным помехам. В случае же передислокации разъемы кабелей просто вынимались из гнезд коммутаторов.

— Вас понял, параметры движения целей приняты, — доложил оператор зенитного ракетно-пушечного комплекса «Тунгуска-М1». В отличие от двух предыдущих звеньев цепи ПВО, ему как раз и предстояло уничтожить воздушных агрессоров.

— Вас понял. С приходом в зону поражения цели — уничтожить!

— Есть цель уничтожить!

— Цель разделилась, ставит помехи! Самолеты отстреливают ложные цели.

— Пуск произвел! Ракеты пошли! Произвожу слежение за целями для уничтожения их пушечным огнем.

Из счетверенных транспортно-пусковых контейнеров вырвались ракеты 9М311, спаренные двуствольные зенитные 30-миллиметровые автоматические пушки 2А38 ударили навстречу подлетающим ракетам потоками огня, словно боевыми лазерами, как в «Звездных войнах»!

— Matka bozka!

Головной F-16C «Файтинг Фэлкон» Sily Powietrzne Rzeczypospolitej Polskiej[23] разлетелся по ночному небосводу огненными брызгами. То же самое произошло и с остальными ударными тактическими истребителями. Зенитные управляемые ракеты установок «Оса-АКМ» «жалили» насмерть. Польские МиГ-29 тоже попали под огонь зенитных установок. Уйти удалось лишь трем самолетам из восьми, а остальные превратились в чадные погребальные костры на земле.

У двух F-16C «block 52» на пилонах подвески кроме американских бомб со спутниковым наведением JDAM находились еще и противорадиолокационные ракеты AGM-88C «Харм», и они могли теоретически атаковать зенитные радиолокаторы русских.

Но практика войн в Югославии и Южной Осетии показала, что даже не слишком сильная, но рассредоточенная и автономная сеть противовоздушной обороны имеет успех в борьбе с гораздо более превосходящей авиационной группировкой. Так что польские тактические истребители F-16C «block 52» и вовсе имели ничтожные шансы на противодействие новейшим русским комплексам, действующим в режиме «точечного включения» ФАР-локаторов или вообще с использованием только лишь пассивных электронно-оптических и тепловых систем наведения.

Так получилось и на этот раз.

Зенитные самоходки оперативно сменили огневые позиции, чтобы избежать повторного поражения. А к ним уже подъехали транспортно-заряжающие машины с боекомплектом.