Ретро Бит 1-10 - Сева Сотх
— Привет, а почему я знаменитость?
Нужна ли мне сейчас компания? Скорее да, чем нет. Кто-то, с кем по окончанию экзамена смогу доехать до привычных мест, точно не помешает. Городской колледж расположен в приличном районе и я тут не ориентируюсь.
— А ты не знаешь, хоми? Вся школа шепчется о том, как ты крут и унизил Миллера, специально получая у него F весь первый семестр, а потом раз — и вача-вача, умник Колон знает математику круче учителя. Мы с амиго чуть не описались, когда нам рассказали. Так ты потом этого пендехо еще и в шахматы раскатал, и всех его матадито. Да ты авторитетный чоло у нас на районе! Слышь, хоми, а скажи правду. Ты на самом деле временную математичку трахнул? Ну, такую, блондинку с зачетными чичис. Говорят, что видели, как она тебя в подсобку у кабинета затягивает уже вся возбужденная.
— Нет, не было такого, — ответил честно, не понимая, откуда вообще имел шансы прорасти столь нелепый слух. Но, как минимум, настроение мнимая победа мне подняла и сил придала.
— Ага, понимаю, кабальеро не портит репутацию чикиты, — ухмыльнулся чикано, — а как ты заманил тех чоло, что прогнулись под тренера Бака, в душевую и раздал им всем чингасос, еще и кипятком ошпарил! Это за то, что они твою китаянку доставали? Она реально тебе на удачу ворожит? И еще те жуткие стихи для урока литературы. Тебе их как сам эль дьябло нашептал! Я слышал, что две чикиты шепчутся о том, как ты продал душу за талант, но их сплетни уже совсем сказки. Лучше расскажи, в какой ты банде. Про тебя давно говорили, что хочешь вступить. Как вы называетесь?
— Канальи, — устало пошутил я. Нелепые сплетни в пересказе парнишки звучали забавно.
— Орале! Сильное название, хоми. Сразу ясно, что с вами лучше не связываться. Молчун из прачечной тоже ваш? Его вчера с фингалом, как у тебя, видели. Прошел испытание, значит. Если что, я тоже готов! Хотя мне не обязательно — я собираюсь автомехаником стать и реальные деньги на латании убитых тачек поднимать. Затем и экзамен. Ты видел, какие тут задания сложные?
Говорил парень, и не пытаясь понизить голос, как хозяин положения, и на него начали оборачиваться. И на меня заодно. Взгляд симпатичной коротко стриженной блондиночки показался бы прямо многообещающим, если бы не несколько фактов. Во-первых, любая измена — плохая штука. Я не образец праведности, но раз уж выбрал себе девушку — метаться между несколькими стульями не собираюсь. Во-вторых — она же ребенок, ей максимум семнадцать, раз сюда пришла.
В дверях началось шевеление, местная работница открыла и начала запускать по одному, проверяя документы и указывая, кому куда сесть. Подслушал имя своего нового приятеля-сплетника: Рамон Санчес.
Рассадили нас с “хоми” принудительно в разные части аудитории, самой обычной, почти как в политехнической тюрьме. Вероятно, чтобы держать потенциально знакомых соискателей подальше друг от друга. Строгая мадам зачитала правила. Если упростить ее речь до понятной моему воспаленному болезнью сознанию — разрешено закрашивать кружочки в тестах простым карандашом, все остальное под категорическим запретом, включая банальные черновички. Шаг влево и или вправо — попытка побега, прыжок на месте — намерение улететь.
Любая попытка получить больше времени, например, фальстарт или “погодите, я еще не все решил” — немедленное удаление. За ходом тестирования следят прокторы. Почему-то без комплектных “гэмблов”.
Строго, но справедливо. Находился бы я в здравом уме — порадовался бы. В России я оказался чересчур стар для всего этого дерьма. Не угодил в поколение ЕГЭ и сдавал старые добрые экзамены, сначала в школе, затем в институте. Знаю, что к новой системе оказалось много нареканий, но уже то, что она одна для всех, на мой взгляд, их перекрывает. Вот сейчас на себе и проверю, если здоровье не подведет.
Итак, чтение и английский. Я вскрыл пухлый конверт, дожидавшийся меня на парте. Типичное задание — прочитать рандомный текст и ответить на вопросы о нём, выбирая из четырех. Два варианта обычно бредовые в духе “прилетят инопланетяне”, и еще пара похожих на правду. Единственная проблема, пожалуй, в том, что убористый текст плывет перед глазами из-за плохого самочувствия. И такая шарманка на два с лишним часа. Испытание на выносливость, а не компетентность. И я решал, решал, решал.
“Выберите подходящее по смыслу слово”, “Какую зарплату получал мистер Смит в приведенном отрывке?”, “Какой эпитет наилучшим образом подходит для описания тона текста?” и так далее, и тому подобное. Каждое задание само по себе элементарное. Но их полторы сотни и идут они одно за другим, а когда тебя ломает лихорадка — становится сложно.
Под конец секции чтения меня уже совсем колотило. В перерыве между экзаменами зашел в туалет и выпил на сухую пару таблеток аспирина, взятых с собой. Подросток-латиноамериканец, принимающий непонятные таблетки, принесенные в кармане — априори подозрителен.
И, наконец, математика. То же самое. Задания начинались с архипростых, в духе “семью восемь”, и закончились простыми, такими, как “выберите корень, подходящий для квадратного уравнения”. Но главная задача для меня в том, чтобы не захрапеть прямо на парте. Где же ты, моя уютная постелька? Я решил их все! Насчет последних десяти уверенности нет, так как время поджимало и я заштриховал кружочки больше интуитивно, отсекая абсурдные ответы, такие, как “полтора землекопа”. И так сойдёт! Тут привычный перфекционизм не пройдет. В отличии от российского ЕГЭ, на возможность поступить в ВУЗ количество набранных баллов не влияет и останется бессмысленным числом попугаев в недрах калифорнийской бюрократии. Уверенность в том, что набрал проходной результат на 99 %, а не сто потому, что вселенная злое место, полное подлянок. Вот перепутают мой тест с той блондиночкой — и всё, приплыли.
Я стоял на крыльце колледжа и удивлялся, что передо мной нет ни одного кружочка, чтобы закрасить.
— Ну как, эсе, всё решил? Я вот и с половиной не справился, — подошел Рамон. Какое-то неправильное имя, правильно же “Роман”. А он вообще реален? Не глюк больного воображения? Как-то чересчур кстати появился со сплетнями.