Копай глубже! - Маргит Ауэр

– Ой, – выдохнул Бенни.

По правде говоря, ему не очень-то хотелось знакомиться с этим дедом. Но Шоки смотрел на него с надеждой, а Генриетта ободряюще кивнула – и Бенни согласился.

– Ладно, сходим. Только напишу родителям записку, чтобы они знали, где я. Но запомни: студень я есть не буду!

Сегодня мисс Корнфилд не давала пощады ученикам.

Сначала ребята писали контрольную по математике, затем на уроке естествознания учительница заставила класс чертить подробную схему очистки воды с отстойниками, резервуаром для отвода метана и всем прочим.

Господин Вондрашек был мрачнее тучи. Стоя за прилавком в столовой, он громко ворчал.

– Как же мне надоели эти проклятые ямы! – возмущался завхоз, когда Шоки покупал у него какао. – Видеть их не могу! Ещё и дежурить по ночам приходится. Что только не взбредёт в голову этому директору!

Повеселиться удалось лишь на физкультуре благодаря пингвину Юрию. Когда учительница фрау Бергман отвернулась, Юрий взобрался на батут и начал кувыркаться, пища от восторга.

– Я летаю! Смотри, Йо, я могу лета-а-а-а-а-ть! – вопил он.

Госпожа Бергман, которая, разумеется, ничего не знала о магических животных, очень удивилась, обнаружив в углу большого плюшевого пингвина.

– Дети, я же вам говорила: не приносите игрушки на урок! – строго прикрикнула она.

Ребята захихикали. И только учительница отвернулась, как Юрий снова принялся скакать на батуте. А потом он подпрыгнул так высоко, что ударился головой о потолок.

– Ай! – жалобно заверещал пингвин, и ребята бросились его жалеть.

После школы Шоки и Бенни отправились к дедушке. Генриетта высунула голову из рюкзака и подставила мордочку свежему ветру. Ездить с Бенни на велосипеде она любила не меньше, чем играть в прятки.

По пути черепаха с интересом разглядывала указатели.

– Сейчас будет какой-то «картёжный посёлок», – озадаченно произнесла она.

– «Коттеджный», а не «картёжный», – усмехнулся Бенни.

Дедушка Шоки жил в посёлке на окраине города. Ребята бросили велосипеды у забора и направились к дому. Чем ближе они подходили к двери, тем больше замедляли шаг. Бенни заметил, что приятель даже побледнел. Немного постояв на пороге, он глубоко вздохнул и открыл дверь.

– Привет, дедушка! – громко произнёс Шоки, зайдя в коридор. – Со мной пришёл мой друг, его зовут Бенни.

Бенни неуверенно прошёл в дом. Внутри было темновато и пахло квашеной капустой. В прихожей стояли резиновые сапоги, а на стене висел жёлтый дождевик. «Как старому ковбою, дедушке Теодору, наверно, непогода нипочём!» – подумал мальчик.

Дверь в кухню была открыта. Бенни выглянул из-за плеча Шоки. За столом к ним спиной сидел пожилой человек и читал газету. Так вот какой он – известный актёр!

– Здравствуйте, – робко поздоровался Бенни.

Дедушка обернулся.

«Да, в молодости это был настоящий ковбой!» – пронеслось у Бенни в голове.

Дедушка Теодор оказался поджарым, загорелым и темноволосым. Лицо было покрыто сеткой мелких морщин, но голубые глаза пронзительно сияли.

Единственное, что не вписывалось в ковбойский образ, – спортивный костюм.

Встретившись с дедушкиным взглядом, Бенни нервно сглотнул, всерьёз опасаясь, не достанет ли тот револьвер.

«Сейчас он из Шоки отбивную сделает», – испугался мальчик.

Но всё было спокойно.

– Здравствуй, Бенни. Проходи, – дружелюбно ответил дедушка. – Что вы будете есть? – Он поднялся из-за стола и открыл холодильник. – Солянку я доел, есть говяжья тушёнка, селёдка в рассоле…

– Неплохо, неплохо, – послышался довольный голос из портфеля. – От селёдки я бы не отказалась!

– Тихо! – шикнул на Генриетту Бенни.

– Могу пожарить вам печёнку с рисом и соевым соусом, – продолжал дедушка.

Мальчики дружно замотали головами.

– Нет, спасибо, – вежливо ответил Шоки.

– Спроси, не найдётся ли у него огурчика, – сказала Генриетта.

– Даже не думай! – ответил Бенни черепахе слишком громко.

Шоки, решив, что друг обращается к дедушке, в ужасе уставился на одноклассника. А дедушка Теодор обернулся и смерил Бенни холодным взглядом:

– Ты что это «тыкать» мне вздумал, а? Я, знаешь ли, не терплю панибратства!

Бенни покраснел до ушей и смущённо опустил глаза. Он начал понимать своего одноклассника. Жить с таким суровым дедом явно несладко.

Дедушка Теодор захлопнул дверцу холодильника и спросил внука:

– Ну как, тебе уже дали роль Робин Гуда?

– Э-э-э… нет, до неё ещё не дошли, – промямлил Шоки.

– И чего ждёт эта ваша учительница? – возмутился дедушка. – Ну ладно, позже мы повторим текст. Не хватало ещё, чтобы мой внук остался без главной роли! А у тебя что за роль, юноша? – обратился он к Бенни.

– Я осветитель, – сказал тот.

– А я буду его помощницей! – снова вмешалась в разговор Генриетта. Бенни тряхнул рюкзак, и черепаха спряталась, обиженно крикнув: «Эй! Полегче!»

– Осветитель, значит, – кивнул дедушка Теодор. – Ну что ж, тоже неплохо. Но должен вам сказать, что работа на сцене куда тяжелее.

Шоки виновато посмотрел на друга, уже предчувствуя, что сейчас будет.

– Когда я снимался в кино, – начал дедушка, – я вкалывал двадцать четыре часа в сутки! Я знал сценарий наизусть, от а до я! Я жил своей ролью, не выходя из неё ни днём ни ночью! – Он с укором посмотрел на ребят. – Ни днём ни ночью! – повторил он и вдруг крикнул, хотя мальчики стояли рядом: – А вы чем занимаетесь по ночам?

«Ну всё, сейчас начнётся», – съёжившись, подумал Бенни.

– Дрыхнете спокойно в своих постелях и в ус не дуете! – продолжал бушевать дед.

– И вовсе нет! – подала голос Генриетта, и Бенни хлопнул по рюкзаку.

– Промахнулся! – довольно сообщила черепашка.

– Что ты всё возишься со своим рюкзаком? – одёрнул Бенни дедушка Теодор. – Сними его наконец, раз он тебе мешает!

– Да мы, наверное, уже пойдём ко мне в комнату, нам надо делать уроки, – сказал Шоки и, схватив Бенни за руку, потащил из кухни.

– Похоже, он даже не заметил, что меня всю ночь не было дома, – задумчиво пробормотал Шоки, когда ребята поднимались по лестнице на второй этаж. – Странно.

Хелене Мей очень нравилось всеми командовать. Но только три девочки готовы были добровольно ей прислуживать: Катинка, Финия и Анна-Лена. Выглядело это примерно так.

«Катинка, принеси мне батончик мюсли, пожалуйста», – надменным тоном произносила Хелена, и подруга уже мчалась в буфет.

Или: «Финия, ты не могла бы подточить мне карандаш?» – и та тут же принималась за дело.

Анна-Лена каждое утро тащила в класс розовый рюкзак Хелены. Но не сегодня – на этот раз Хелена ей не позволила.

В четверг перед уроком Ида заметила, что между подругами что-то произошло. Теперь рюкзак несла Финия, а Анна-Лена понуро брела сзади. Дойдя до своей парты, Хелена бросила:

– Здесь сидит Финия!

Анна-Лена с печальным видом заняла место рядом с Катинкой. Та боязливо покосилась на неё, не зная, стоит ли ей тоже объявить соседке бойкот.

– Вот же цаца! – фыркнул Раббат.

– Да уж, – согласилась Ида.

Хелена действительно была вне себя. Поскольку ей не доверили роль девы Мэриан, то она решила во что бы то ни стало добиться главной роли. Каждый раз, когда нужно было читать за Робин Гуда, она тут же поднимала руку. И, кстати, Хелена оказалась довольно талантливой. Но и Анна-Лена ей не уступала: она произносила текст всё увереннее, почти без запинки. Вот и сегодня девочки снова соревновались.

– Что ж, я думаю, одно ясно точно: Робин Гуда будет играть девочка, – сказала мисс Корнфилд в конце репетиции. – Не позже понедельника мы окончательно решим, кому достанется роль. А в следующую субботу дадим представление для пенсионеров.

Тут в дверь постучали. Но в классе не ждали гостей. Или ждали? Ида