В группе риска - Стелла Римингтон

– Разумеется. Пожалуйста, входите, располагайтесь.

Следом за хозяйкой дома они прошли по длинному коридору, выложенному узорчатой плиткой. На стенах висели маски лис, спортивные призы и портреты довольно несимпатичных предков. Одни портреты находились почти в полной темноте, на другие падал бледный свет из высоких готических окон.

Перегрин Лейкби читал «Файнэншл Таймс» перед камином в просторной комнате с множеством книг. Лиз заметила, что многие издания были переплетенными подшивками журналов – «Лошадь и гончая», «Поле», «Охота». Целый стеллаж был отведен под крикетные альманахи Уисдена. Увидев незваных гостей, Лейкби встал; после того, как гости сели по просьбе его жены, он тоже сел и сложил газету с видом вежливой снисходительности.

– Полагаю, вы пришли из-за бедного мистера Гантера?

Лиз подумала, что хозяин дома неплохо выглядит для своего возраста. К сожалению, он сам прекрасно об этом знал. Во взгляде его серо-голубых глаз читалась слегка презрительная насмешка. Должно быть, считает себя дамским угодником.

– Да, сэр, – ответил Уиттен, полистав блокнот. – Нам приходится проводить стандартные опросы. Как я объяснял миссис Лейкби, мы беседуем со всеми, кто знал Гантера.

Анна Лейкби сдвинула брови.

– Откровенно говоря, нельзя сказать, что мы хорошо его знали. Так сказать, в строгом смысле слова. То есть он приходил, уходил и так далее, мы часто видели его поблизости, но…

Ее муж встал, подошел к камину и не спеша поворошил поленья старинным стальным штыком.

– Анна, может быть, сваришь нам кофе? Не сомневаюсь, мы… – Он повернулся к Уиттену и Госсу: – Или вы предпочитаете чай?

– Все в порядке, мистер Лейкби, – заверил Уиттен. – Я обойдусь.

– Я тоже, – сказал Госс.

– А вы, мисс…

– Мне тоже ничего не нужно, спасибо.

На самом деле Лиз с удовольствием выпила бы крепкого кофе, но решила, что лучше продемонстрировать солидарность с остальными. Она заметила, что Лейкби избегал обращаться к ее спутникам по званию – тонкий, но явный намек на то, что он ставит их на место. Точнее, на то место, которое считает для них пригодным.

– Значит, только мне, – беззаботно отозвался Перегрин. – Если найдешь печенье «Яффа», можешь и его принести.

Улыбка Анны Лейкби ненадолго застыла. Потом она вышла.

После ее ухода Перегрин удобнее развалился на диване.

– Итак, расскажите, что же случилось? Я слышал, что беднягу застрелили. Подумать только! Это правда?

– Похоже на то, сэр… да, – ответил Уиттен.

– Вы знаете, почему?

– Именно это мы сейчас пытаемся установить. Скажите, пожалуйста, хорошо ли вы знали мистера Гантера?

– Ну, он держал свои лодки на нашем пляже – как до него его отец и дед. Взамен он платил нам какую-то мелочь и предлагал право первого выбора из своего улова – правда, в последние годы не сказать, чтобы они были большими.

– Вы поддерживали это соглашение?

– Не видел причин его прерывать. Бен Гантер, отец Рэя, был очень порядочным стариком.

– А Рэй, значит… не был таким порядочным?

– Рэя можно… было назвать необработанным алмазом. Не сомневаюсь, вам уже рассказали о нескольких инцидентах, связанных с алкоголем. Правда, у нас с ним никогда никаких неприятностей не было. И я не могу представить, с какой стати кому-то вдруг понадобилось его убивать.

– Вам известно, когда Гантер в последний раз выходил на рыбалку? Точнее, выходил в море с любой целью?

Вялая улыбка осталась на месте, но взгляд серо-голубых глаз стал резче.

– Что вы имеете в виду? Какие у него могли быть другие цели?

– Понятия не имею, сэр. – Уиттен доброжелательно улыбнулся. – Я совершенно не разбираюсь в судах.

– Нет. Я не знаю, когда он в последний раз выходил в море и зачем. У него имелся собственный ключ от калитки; он приходил и уходил, когда хотел.

– Может быть, кто-то лучше знает о его передвижениях?

– Наверное, торговец рыбой в Бранкастере. Его зовут… Энни наверняка знает.

Уиттен кивнул и сделал пометку в блокноте.

– Когда он отправлялся на рыбалку, в какое время обычно выходил в море?

Перегрин надул щеки и медленно выдохнул. «Он лжет, – подумала Лиз. – Лжет нам с самого начала. Что-то скрывает. Почему?»

– Все зависело от прилива, но обычно с рассветом. Потом утром он вез улов в Бранкастер.

– Вы покупали у него рыбу?

– Время от времени. У него было разрешение на полдюжины ловушек для лобстеров, и, если у нас были гости к ужину, иногда мы покупали у него несколько лобстеров. Или окуня, если у него был крупный, что в последние годы случалось нечасто.

– Значит, он был простым рыбаком? Рыбалка – единственный способ, каким он зарабатывал себе на жизнь?

– Насколько мне известно. Ему по наследству достался дом возле церкви; по-моему, когда-то он его заложил, но никакой другой работы у него точно не было.

– Так почему, по-вашему, кто-то счел нужным его застрелить?

Лейкби собственнически закинул руки на спинку дивана.

– Хотите знать, что я думаю? Я думаю, что произошла ужасная ошибка. Рэй Гантер был… ну, его нельзя было назвать очень утонченным малым. Возможно, он слишком часто сидел в «Трафальгаре» или в том жутком пабе в Дерсторпе, и… кто знает? Поссорился не с тем человеком.

– У вас есть какие-то догадки, почему он мог оказаться в «Придорожном кафе» очень ранним утром?

– Абсолютно никаких. Я всегда считал то место бельмом на глазу. Кроме того, как вам, вероятно, известно, в том месте некоторые ищут себе партнеров. Ну, вы понимаете…

– А не могло случиться, что Гантер занимался именно этим? Подыскивал себе партнера?

Лейкби невесело хохотнул:

– А что, может быть! Должен признаться, я никогда не думал о нем в таком ключе. Анна, как по-твоему?

Его жена с тихим звяканьем опустила поднос с восточным узором на стол у камина.

– Я бы так не сказала… тем более что он встречался с Черисс Хоган.

– Ради всего святого, кто такая Черисс Хоган?

– Дочь Элси Хоган. Ты ведь помнишь Элси, нашу уборщицу? Она ушла отсюда полчаса назад.

– Не знал, что ее фамилия Хоган. Или что она замужем.

– Она не замужем. Родила Черисс, когда еще училась в школе. Поэтому получила муниципальную квартиру в Дерсторпе.

– Они регулярно… м-м-м… встречались? – осведомился Уиттен.

– Не так регулярно, как бы хотелось Рэю Гантеру, – ответила Анна. – У Черисс довольно много поклонников, и она, как говорили раньше, ищет приключений.

– Где можно найти эту молодую даму?

– Почти каждый день она работает за стойкой в «Трафальгаре».

Лиз украдкой покосилась на Госса, но представитель Специальной службы держался бесстрастно. Зато Перегрин Лейкби удивленно подался вперед.

– Та толстушка? – спросил он.

– Перегрин! – Анна изобразила удивление. –