Советская классическая проза читать бесплатно и без регистрации. Cтраница 112

Зная некоторые свойства, присущие природе человеческой вообще, а ныне особливо явственные, считаю необходимым честно и прямо предварить: книга эта не «политика», не отображение Великой Российской Революции, не хвала, не хула: выкраивать из нее цитаты, удобные для брюзжания злободневного, значит пренебречь ее скромным именем – в палатах судейских щеголять неправдоподобными показаниями.Это не листы истории великих лет – нет, просто и скромно, петитная ерунда, сноски неподобные, сто придаточных предложений без главного, межскобочное многословие.http://ruslit.traumlibrary.net

«…Вот что рассказал мне человек с глубоким шрамом посередине лба, с лицом жестким и серым, навеки впитавшим в себя землистую бледность тюрьмы, и со взглядом нестерпимой твердости, истинно испанской твердости. Мы разговаривали об испанском футболе.– Вы спрашиваете, откуда я так хорошо знаю футбол? Да, я знаю его великолепно. Я могу назвать всех игроков «Барселоны», и «Атлетико-Бильбао», и «Сарагоссы», и мадридского «Реала» за последние десять лет. Я знаю все подробности жизни ди Стефано. Кто его родители, где он живет, его любимое вино, его любимый киноактер, сколько стоит его автомобиль... То же самое я могу рассказать про дель Соля и Кубалу. О, в моей памяти застряли такие подробности, каких не помнят самые изощренные спортивные статистики! И при всем том я ни разу не видел ни ди Стефано, ни Хенто, ни дель Соля – никого из этих звезд в игре. Как это произошло? Сейчас вы поймете. Немного терпения. …»

Роман о жизни творческой интеллигенции, о мужестве, необходимом для преодоления трагических обстоятельств.

Произведения пермского писателя о любви и печали, о горьких судьбах и светлых воспоминаниях.

Автор пишет о наших современниках, размышляет о тех или иных явлениях нашей действительности. Рассуждения писателя подчас полемичны, но они подкупают искренностью чувств, широтой видения жизни.

В повести и рассказах В. Шурыгина показывается романтика военной службы в наши дни, раскрываются характеры людей, всегда готовых на подвиг во имя Родины. Главные герои произведений — молодые воины. Об их многогранной жизни, где нежность соседствует с суровостью, повседневность — с героикой, и рассказывает эта книга.

Творчество В.Санги, первого в истории маленького народа нивхов писателя, знакомо не только русскому, но и зарубежному читателю. В сборник вошли лучшие прозаические произведения, получившие всесоюзноепризнание: роман «Ложный гон», повествующий о сегодняшнем дне сахалинскихохотников, и роман «Женитьба Кевонгов», который занимает в книге центральноеместо и представляет собой широкую панораму жизни народа нивхов; повести «Изгин» и «Тынграй», рассказы, легенды, сказки.

Написанный в 30-е годы XX столетия кадровым офицером и писателем роман «Старатели» связан с воспоминаниями автора о его работе на прииске Шахтома Читинской области, в те годы неспокойном приграничном крае, где постоянно происходили диверсии со стороны японских и китайских группировок и белогвардейцев. Жертвой одной из таких операций стал и единственный сын Василия Петровича Ганибесова.После демобилизации из Советской Армии в 1933 году Василий Ганибесов учился в Москве на курсах марксизма-ленинизма при ЦК ВКП(б). По окончании курсов партия направила его в числе таких же двадцати пяти тысяч добровольцев на труднейший участок социалистического строительства — на золотые прииски Забайкалья в должности парторга. Пять лет работал Василий Петрович на прииске Шахтома Читинской области.Выполняя ответственные партийные поручения Василий Петрович Ганибесов находил время заниматься литературно-творческим трудом в частности писал основанный на местном материале роман «Старатели». В конце 1937 года Василия Петровича Ганибесова перевели в отдел местной промышленности облисполкома в Чите. Большой жизненный опыт и немалый опыт партийной работы давали богатый материал для художественного творчества. Став профессиональным писателем, Василий Ганибесов переезжает в Ленинград, где получает возможность широко общаться с литераторами. Здесь был завершён его роман «Старатели» и написан цикл очерков и рассказов.

От составителя…Стремление представить избранные рассказы, написанные на сибирском материале русскими советскими прозаиками за последние десять-пятнадцать лет, и породило замысел этой книги, призванной не только пропагандировать произведения малой формы 60-70-х годов, но и вообще рассказ во всем его внутрижанровом богатстве.Сборник формировался таким образом, чтобы персонажи рассказов образовали своего рода «групповой портрет» нашего современника-сибиряка, человека труда во всем многообразии проявлений его личности…

Воспоминания сестры о детских годах Владимира Ильича Ленина.

Борис Володин — прозаик, работающий в научно-художественной литературе. В эту книгу вошли его биографический роман «Мендель», повесть «Боги и горшки» — о И. П. Павлове. Кроме того, Б. Володин — сам врач по профессии — посвятил благородному труду медиков повести «Я встану справа» и «Возьми мои сутки, Савичев!»

Книгу составили две повести: «Бухта Одиссея» и «На румбе — Полярная звезда». В них рассказывается о полной суровой романтики службе военных моряков Тихоокеанского и Северного флотов. Герои книги — молодые лейтенанты — командиры торпедных катеров и опытные командиры, политработники, чьи знания помогают становлению молодых офицеров. Автор сам отдал морской службе более тридцати лет, поэтому и события, о которых повествует М. Волков, носят характер воспоминаний и по времени действия относятся к началу шестидесятых годов. О том, какими путями приходят юноши на флот, рассказывается в очерке «Мечте навстречу».Для массового читателя.

ШЕЛЛЕР, Александр Константинович, псевдоним — А. Михайлов [30.VII(11.VIII).1838, Петербург — 21.XI(4.XII). 1900, там же] — прозаик, поэт. Отец — родом из эстонских крестьян, был театральным оркестрантом, затем придворным служителем. Мать — из обедневшего аристократического рода.Ш. вошел в историю русской литературы как достаточно скромный в своих идейно-эстетических возможностях труженик-литератор, подвижник-публицист, пользовавшийся тем не менее горячей симпатией и признательностью современного ему массового демократического читателя России. Декларативность, книжность, схематизм, откровенное морализаторство предопределили резкое снижение интереса к романам и повестям Ш. в XX в.

«… Морской инженер Семен Васильевич Саввин лишь изредка выпивал, но постоянно пить вино не любил. Он не любил и моря: «В море грустно, там тоска, – говорил он, – море само по себе не красивое, оно простое и серьезное: это водоем, где водится рыба для нашего пропитания, а поверху его можно возить грузы, потому что это обходится дешево, а счастья на море нет, на сухой земле лучше – тут хлеб, тут цветы, тут люди живут»...– А почему тогда вы всю жизнь моряк, Семен Васильевич? – спросил я у него.Саввин помолчал. …»