Иноходец 8 - Тимур Рымжанов

— Я так понимаю, после практики опять тебя отправят в отпуск? — интересуется глава семейства.

— Очень надеюсь что да, — с натужной улыбкой отвечаю я. — В этот раз совсем тяжко было.

— Могу себе представить, — кивает Александр Петрович. — Сдавать экстерном такие сложные экзамены, задачка не для среднего ума.

— Что ты имеешь ввиду папа? — интересуется Денис или Дима.

— В первый раз по результатам практики Николай получил первую категорию специального агента. Что в военном ведомстве приравнивается к званию майора, а в этот раз я так полагаю, пойдешь еще выше?

— Нет не выше, скорей в спецификацию, стану расти вширь, так сказать.

— Пусть так, — кивает приемный отец. — В любом случае в будущем подобная практика послужит тебе хорошей опорой для больших достижений.

Я не сразу понял, что Александр Петрович завел весь этот разговор не для того чтобы узнать, как у меня дела. По долгу службы он прекрасно осведомлен чем и где я занимаюсь. А в воспитательных целях, причем направленных вовсе не на меня, а на его родных сыновей. По мне действительно было видно, что я вымотанный и морально и физически, и отдых мне не то что положен, а просто жизненно необходим. А вот мои братья видимо позволили себе чуточку расслабиться и снизить темп в учебе, на что и намекнул их родной отец, не говоря об этом напрямую. Зря, наверное, все что касается меня, и как личности и как агента, всегда будет с приставкой «особый», «особенный», «не стандартный». Так что обращая внимание сыновей на мои достижения, Александр Петрович рискует загнать их в тупик. Впрочем, это не мое дело, по правде сказать я еще не до конца разобрался в нюансах взаимоотношений в империи Росс, и еще не скоро смогу это сделать, если буду большую часть времени проводить вот в таких вот рейдах. Да и наплевать, вот сейчас отчитаюсь перед начальством и точно месяца три стану бить баклуши.

Я наивно полагал, что тихонько отчитаюсь перед начальством, после чего меня дружески похлопают по плечу и отпустят на все четыре стороны отдыхать. Фактически мою работу можно сравнить с затяжной вахтой, связанной с повышенной вредностью, а имперские законы в этом смысле в отношении несовершеннолетних весьма строги, и даже управлению контрразведки в вопросах охраны детского труда поблажек не сделают. Но, стоило мне только явиться в управление, как меня тут же потащили в кабинет к начальству, а именно к Беляеву Константину Егоровичу, а уже оттуда, служебным флаером на прием в императорскую резиденцию. Хоть бы предупредили заразы!

— Что-то я совсем не готов к аудиенции, Константин Егорович, — жалуюсь я шефу. Не особо то надеясь на то что ситуация как-то изменится.

— Это не официальный прием, успокойся, Николай Александрович. Я пол ночи отчеты читал, действительно как приключенческий роман, а его величество меня чуть ли ни каждый день тряс на счет вашей миссии. Я тоже в некотором смысле не совсем готов, уведомление от него вчера поздно ночью пришло, так что я сам немного в шоке от такой спешки.

Я сразу почуял подвох, что-то он мне недоговаривает. Я своей интуиции всегда доверял. Слишком странно все это, с чего бы вдруг самому императору, великому князю, интересоваться рейдом агента контрразведки.

К слову правит империей Росс уже третья по счету династия великих князей. Причем смена правящей династии происходила не по причине народного бунта, или дворцового переворота, нет, в своем правлении династия условно должна набирать баллы общественного мнения в виде достоинств. Первые две династии свои баллы достоинств растеряли, и сами отказались от правления в пользу более достойных. В действительности власть императора не безгранична и подразумевает много ответственности и обязательств, так что никакого самоуправства быть не может. Нынешняя династия Репиных, держится у власти уже больше шестисот лет, и пока к их правлению не возникает вопросов и претензий.

Нынешний император и великий князь, Репин Иван Федорович, не заставил нас ждать, принял сразу как мы только прибыли. Никакого пафоса и дворцового этикета. Нормальная рабочая обстановка, пусть и очень высокого кабинета. Первым делом как вошли, обратил внимание на большой рабочий стол верховного правителя империи, заставленного несколькими мониторами, но сам император, моложавый с виду старик выглядящий лет на семьдесят, сидел в высоком кресле у камина и беседовал, что странно, с очень знакомым мне человеком. Выпускник военного училища в звании младшего лейтенанта, Громов Алексей Иванович, двадцать шесть лет, ходил на «Ведьмаке» в последний рейд. Ничем особо не выделялся, но служил честно и смело.

Сам император чем-то похожий на актера Ролана Быкова, вот только без лысины, встал нам на встречу и приветствовал рукопожатием.

— Рад приветствовать, ваше величество, — озвучил я максимально нейтральную фразу, позволенную этикетом.

— Теперь понятно, Николай Александрович, почему вы выбрали позывной «Чудь». Прошу, вас проходите присаживайтесь.

— Можно вопрос, ваше величество?

— Хочешь спросить, что этот лоботряс Лешка Громов здесь делает? — с улыбкой интересуется император.

— Именно.

— На самом деле это мой младший, вот только взял фамилию матери.

— Засланный казачок получается, тогда понятно.

— Прости капитан, — не сдерживая улыбку разводит руками младший принц империи. — Отец велел держать язык за зубами.

Мы спокойно расселись в заранее расставленные кресла, а секретарь тем временем сменил поднос с чайным сервизом.

— Я уже от Константина Егоровича получал объединенный доклад по вашей первой экспедиции. Вот сейчас от сына выслушал краткий пересказ о второй, и признаться, Николай Александрович, я очень впечатлен. Когда посол Федерации Эхо передал мне просьбу главы посодействовать в вашей карьере, я подозревал что он собирается контролировать наши внешние связи. Рад что ошибся. Он действительно ставил нужного человека на нужное место. А ведь я не верил во всю эту чушь с перерождением, хоть точно знаю, что Федерация относится к этому вопросу очень внимательно и трепетно, если можно так выразиться. Я и представить себе не мог что смогу поговорить с реинкарнацией того, кто вытащил нашу цивилизацию из пепла ядерной войны и довел до сегодняшнего дня.

— Да, ваше величество, все так, главы Федерации