Уральский следопыт, 1982-09 - Журнал «Уральский следопыт»
Компенсатор нам поставляли американцы – опять американцы! И опять прекратили. Не знаю точно мотивы, но, думаю, сказалась агрессивность заокеанской администрации. Решили, видимо, что этим нанесут удар по нашей экономике. И как всегда, просчитались. Уралмаш энергично готовится к серийному производству компенсаторов. Мы с вами были в экспериментальном цехе, видели, как говорят, своими глазами. На первых порах не все ладилось с цилиндрами, но это понятно – дело-то новое. В окончательном же результате сомнений нет. Наши рабочие и конструкторы – я не о себе сейчас говорю, моего личного участия здесь нет – создадут отечественный компенсатор на уровне мировых стандартов.
А теперь начинается рассказ непосредственно об «Уралмаше-15000». Конструктор в данном случае вы. Мой первый вопрос вам: какой длины свечу вы будете закладывать в проект? 24 или 36 метров? Не знаете? Тогда уступите место мне, я попробую порассуждать.
При полете в самолете когда вы чувствуете неприятные ощущения? Верно, при взлете. Так ив бурении ответственна начальная стадия спуска труб, когда на стенки скважин приходятся наибольшие усилия, так называемые гидравлические импульсы. Чем длиннее труба, тем меньше импульсов, сохраннее скважина. Улавливаете? Идем дальше.
Хронометраж показал, что с одной и той же глубины при 36-метровой свече на спуск и подъем колонны ушло 55,3 минуты, а при 24-метровой – 65,6. Помножьте-ка эту, казалось бы, мизерную разницу на тысячекратно повторенные операции, на годы работы…
Самое уязвимое место колонны – стыки, резьба. Совсем нетрудно догадаться, в каком варианте стыков будет больше, в каком – меньше. И наконец, рабочая площадка, где размещаются трубы. При проходке 11 километров вам потребуется в одном случае 300 труб, во втором – 450. Где выше компактность?
Мы подробно рассмотрели всего лишь один (один!) элемент буровой. А таких элементов сотни. Очень многое должен держать в уме конструктор, выбирая варианты: сравнимость с зарубежными аналогами, запас прочности материала и его наличие, механические, физико-химические свойства веществ, с которыми имеешь дело… Здесь я особо хотел бы сказать о роли цифры в творчестве конструктора. Он не имеет профессионального права судить о предмете приблизительно, на авось. Иногда к нашему труду применяют красивую фразу – «полет мысли». Так вот, крылья этой «летающей мысли» конструктора сотканы из математики, самые смелые суждения должны покоиться на основе точного расчета, экономической целесообразности.
Будущее буровых установок – за приводами постоянного или переменного, с частотным регулированием, тока. Это, без преувеличения, крупное достижение уралмашевских конструкторов. При обычном приводе совершенно необходима механическая трансмиссия – особа, я вам скажу, весьма капризная. К тому же крайне несовершенно тормозное устройство. Рабочий рукояткой управляет им, глядя на циферблат. Технологический цикл находится, таким образом, в известной зависимости от характера и настроения бурильщика. Поругался утром с женой, перенервничал – спуск идет резко, рывками, недоспал или трусоват по натуре – колонна опускается вяло, как в замедленной съемке. Наблюдения показали, что на одинаковую операцию у одного уходит сорок, у второго – шестьдесят пять секунд. Такие перепады – атавизм XX века!
На «Уралмаше-15000» применены новейшие достижения технической мысли. Все операции на буровой контролируют устройства, приборы, телекамеры. Блоки, диспетчерская, вспомогательные помещения имеют телефонную громкоговорящую связь.
Вышка Кольской скважины опоясана кольчугой, надежной защитой от капризной погоды. Созданы если не идеальные, тр, по меньшей мере, хорошие условия для работы как оборудования, так и обслуживающего персонала. В Заполярном в суровый мороз бурильщик работает в костюме, «при галстуке».
А теперь посмотрим на эту фотографию. Снято в Тюмени. Пурга, лица бурильщиков трудно различить, руки примерзают к металлу. Вы, журналисты, нередко пишете в этих случаях о преодолении трудностей, о романтике Севера. Какая это к черту, простите за резкость, романтика! Да, пока мы вынуждены в силу обстоятельств мириться с этим, но, вместе с тем, давно пора уяснить, что нефть «мигрирует» на север, и это рбстоятельство надо учитывать самым серьезным образом.
Какие только доводы не приводят оппоненты: лишняя трата металла, времени, средств. Все верно. Но давайте не забывать девиза партии: «Экономика должна быть экономной». Давайте с карандашом в руках подсчитаем, что мы приобретаем, что теряем. Глубоко убежден, что простои и поломки оборудования, работающего в экстремальных условиях, низкая производительность труда, оплата больничных листов перевесят любую мнимую экономию материала. Почему, наконец, сбрасывается со счета главный капитал человеческого общества -? здоровье людей?
Я часто жалею, что конструкторы – не Акопяны. Обладаей мы возможностями иллюзиониста, немедленно оснастили бы все буровые алмазными коронками, алюминиевые трубы заменили бы титановыми, на каждую вышку надели бы алюминиевую, а может, синтетическую «накидку».
Однако, что это все о трудностях? Наверное, потому, чтобы не считали хлеб конструктора легким, не представляли нас, меня этаким вольным художником, который в порыве вдохновения небрежным движением карандаша иль фломастера набрасывает контуры будущей машины. Труден, но и радостен хлеб конструктора. Когда я читаю в газетах, слышу по радио о трудовых победах нефтяников и газовиков Тюмени, я рад за своих коллег – конструкторов, рабочих Урал-маша, создающих надежные буровые установки. Буровые установки уралмашевской марки представляли отечественную технику на всемирных выставках в Монреале и Осаке. Это объективное признание высокого класса труда конструкторов и рабочих – показатель того, что наше оборудование действует на уровне лучших образцов. Есть удовлетворение от того, что мы, конструкторы, приобщены к выдающемуся в истории мировой практики эксперименту – глубинному познанию строения Земли. Поезжайте на Кольский! Морозы и полярная ночь не пугают? Тогда в добрый час!
«Гуд бай, «Берта Роджерс»!»
С землянок и вагончиков начинались многие знаменитые стройки: Уралмаш, Магнитка, Новокузнецкий металлургический. Начиналась с вагончика и Кольская буровая. Он стоял на месте нынешней центральной площади города Заполярного, где сейчас расположен Дворец культуры, магазин «Аккорд», гостиница «Лотос». Кстати, о названии. В суровом краю – и такое экзотическое название! В Мурманске, скажем, есть отель «69 параллель». Тоже экзотика, но вполне понятная. Начинаешь строить догадки о буйной фантазии автора, а отгадка, на удивление, проста. Первоначально гостиницу решили назвать по имени речки Лота. В самый последний момент предложение «зарубили» и – по причине малоизвестности речки, и по другим соображениям. Администрация в отчаянии: буквы уже изготовлены, светотехника подключена… И тогда кому-то в голову пришла не лишенная остроумия идея – сделать из «а» две буквы: «о» и