Ведьмочка в Академии Магов 5 - Оксана Гринберга

Но мне не пришлось.

Никто из каравана и не подумал доставать мечи. Вместо этого меня встретили, как…

Хорошо так встретили, словно героиню и свою спасительницу, сумевшую не только отвести опасность, дав повозкам убраться с кладбища, но еще и вызволить Кирка Дварена.

- Нет, никто его не укусил, так что в гуля он не превратится, – спокойно пояснила я, когда над ним склонилась целительница. – Просто обработайте раны и ничего не бойтесь. В чудовище он не превратится и в ночи в поисках крови рыскать не станет.

Произнесла я это вполне уверенным голосом, и они взяли и мне поверили.

А затем караванщик – им оказался тот самый здоровяк по имени Лукас Бродкин, которого все называли просто и емко: Бородач, – произнес слова благодарности и пожал мне руку. Сделал это осторожно, словно боялся сломать мою ладонь, слишком сильно сжав ее в своей привыкшей к оружию лапище.

Хотя я была не такая уж и хрупкая. Норрисы, например, которые буквально пахали на мне почти три недели подряд, могут это подтвердить.

К тому же я вполне уверенно слезла со спины Черныша. Сделала это сама и вовсе не упала лицом в грязь, как едва не сделала час назад на кладбище. Затем с важным видом согласилась на то, чтобы моего букха покормили.

Конечно же, он ест овес. Но можно дать ему и мяса… Ах, мясо только для людей? Тогда и овес сойдет!

А расседлаю я его сама, а то в долине уже были случаи откушенных букхами рук и ног.

- А этого?.. – кивнув на костлявого голубя, с опаской спросила у меня средних лет женщина, кажется, приходившаяся женой Бородачу и отвечавшая в караване за провизию. – Этого нужно кормить?

Голубь сидел у меня на плече с самым обиженным видом, потому что перед тем, как подъехать к каравану, я предупредила его, что завяжу клюв, если он станет вопить без повода.

С поводом вопить можно, а если начнет без повода – то ждать ему репрессий с моей стороны!

- Нет, этому хватает и божьей росы, – вежливо отозвалась я, решив не объяснять, что голубь сам из мира мертвых.

Караван только что пережил неприятную встречу с обитателями кладбища, так что мне лучше держать рот на замке.

- Сильвеста Норрис, – представилась я, когда Бородач спросил мое имя и еще о том, как я сумела оказаться в нужном месте и в нужное для них время, когда им особо сильно требовалась помощь… темной ведьмы.

«Не ведьмы, а ведьмочки», – стукнуло мне в голову.

Но напрасно я дожидалась продолжения – ничего нового из памяти больше не всплыло. Лишь теплое чувство, каждый раз появлявшееся в груди, стоило мне мысленно повторить слово «ведьмочка».

- Мой путь лежит в столицу, – сообщила я караванщику. – А еду я из Топей, это деревушка на севере долины. Но тоже заплутала в пути из-за грозы.

Как и сбившийся с дороги караван, мне уже об этом успели рассказать.

- И что же за дела у мисс Норрис в столице? – полюбопытствовал Бородач.

- Мне надо попасть в Академию Магии Шаддара, – туманно отозвалась я.

- Конечно же, надо, – вмешался в разговор молодой маг. Он был темноволос, сероглаз и коротко острижен. – Правда, сам я оттуда вылетел в середине первого курса, но это уже огромное достижение. Половина поступивших и недели продержаться не может.

- Неужели там настолько сложно? – удивилась я.

Маг, ухмыльнувшись, заявил, что все намного хуже, чем я могу себе только представить. Но попробовать мне стоит обязательно – вот как я ловко обхожусь с нежитью!

И покосился на обиженного голубя.

- Меня Римус зовут. Римус Стефанек, – добавил маг, а затем повернулся к караванщику. – Думаю, что нам обязательно нужно зазвать ее к себе. Раз уж мисс Норрис все равно держит путь в Норвей, то…

- Меня куда больше интересует, что на это скажет сама мисс Норрис, – заявил Бородач. – Если нам все равно по пути, мы можем предоставить еду и кров, а взамен…

- Десять нирхамов за услуги по охране каравана, – сказала ему, внимательно уставившись главному в лицо.

К моему удовольствию, оно не посерело и не почернело, и Лукас не потянулся за мечом, чтобы изгнать наглую девицу прочь. Поэтому я решила обнаглеть окончательно и бесповоротно.

- То есть десять нирхамов мне за службу, десять за Черныша и еще десять за моего голубя. Он, кстати, питается божьей росой, так что его кормить не придется.

Зато Черныш будет есть за двоих, промелькнуло в голове. А то и за троих.

Караванщик принялся размышлять о сказанном, и я решила ему не мешать. Покачиваясь в слишком больших мне сапогах, я дожидалась его ответа.

Одетая в украденное у пьянчуги сторожа тряпье, с тужуркой, в которой мать ходила за козами… Подозреваю, со стороны я представляла собой самое жалкое зрелище.

Но только если со стороны, потому что в моих способностях они уже успели убедиться на собственном опыте. Черныша в деле тоже видели – он привез и меня, и раненого, а теперь доедал то, что, подозреваю, могло хватить на обед полудюжине лошадей.

- Мой голубь всегда предупредит об опасности, – добавила я, набивая нам цену. – Если такая приближается, то он подает голос и…

Именно это он и сделал. Демоническая птица внезапно раскрыла свой рот и завопила так, что у меня заложило в ушах, а мужчины тотчас же схватились за мечи.

Оказалось, не напрасно, потому что на поляну, где остановился караван, совсем скоро въехали (на лошадях, не на букхах) семь вооруженных всадников.

Первым, конечно же, я увидела хмурого отца. Рядом с ним был Гурх Тимран, староста Топей, и его сын, которому меня сторговали за зерно и деньги.

Ну, чтобы у парня было чем заняться, пока его жена на сносях.

Были и другие мужчины, подозреваю, все из Топей, поднятые на поиски беглянки.

То есть меня.

- Вот она, та девка! – довольным голосом произнес староста, протянув в мою сторону руку. А то, что я стояла в окружении вооруженных мужчин, – такое его не волновало. – Забирайте!.. – приказал он своему сопровождению.

И я обомлела от чужой наглости.

От своей никогда не терялась, а сейчас подумала… Мало ли, вдруг и правда попытаются меня забрать, не обратив внимания, что я уже неплохо прижилась в караване?

Поэтому