По ошибке судьбы - Ева Росс

— Но?

Алиса повернулась к нему. Они сидели так близко, что она могла видеть золотистые вкрапления в его серых глазах, едва заметную щетину на подбородке, напряжение в линии скул.

— Но я боюсь, — выдохнула она.

— Чего?

"Того, что влюбляюсь в тебя", — хотела сказать она. Но вместо этого произнесла:

— Что это окажется не то, что мне нужно. Что я снова потеряю себя, пытаясь соответствовать ожиданиям.

Кирилл долго смотрел на нее, затем медленно кивнул.

— Понимаю. Но могу вас заверить — я не жду от вас, что вы станете кем-то другим. Мне нравится именно такая Алиса, какая вы есть. Сильная, умная, не боящаяся высказывать свое мнение.

Его слова грели душу, но одновременно пугали. Потому что в них читалось что-то большее, чем просто отзыв работодателя о сотруднике.

— Мне нужно подумать, — тихо сказала она.

— Хорошо. У вас есть до завтрашнего вечера.

Они вернулись к работе, но атмосфера изменилась. Воздух между ними стал плотнее, каждый взгляд, каждое случайное прикосновение несли в себе больше значения, чем раньше.

В одиннадцать вечера презентация была готова. Алиса сохранила файл и откинулась в кресле, потирая шею.

— Устали? — спросил Кирилл.

— Немного. Но результат того стоит.

Он встал и подошел к ней.

— Дайте, я помогу.

Прежде чем она успела возразить, его руки легли ей на плечи и начали мягко массировать затекшие мышцы. Алиса застыла, не смея дышать. Прикосновение его рук было одновременно профессиональным и интимным, уверенным и бережным.

— Кирилл, — начала она, но голос предательски дрогнул.

— Молчите, — тихо произнес он, продолжая массаж. — Просто расслабьтесь.

Она закрыла глаза, сдаваясь ощущениям. Его пальцы находили все болевые точки, разминали напряжение. Это было блаженством и пыткой одновременно.

Затем его руки остановились, и Алиса почувствовала, как он наклонился ближе. Его дыхание коснулось ее шеи, и она едва удержалась от того, чтобы не застонать.

— Алиса, — его голос был низким, хриплым. — Скажите мне остановиться.

Она должна была сказать. Должна была встать, отстраниться, сохранить профессиональную дистанцию. Но вместо этого медленно повернула голову, их лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга.

— А если я не хочу? — прошептала она.

Его взгляд потемнел, упал на ее губы. Мгновение, которое длилось вечность. А потом...

Резкий звонок телефона разорвал тишину. Оба вздрогнули. Кирилл выпрямился, провел рукой по лицу.

— Извините, — пробормотал он, отходя к столу и хватая телефон. — Соколов слушает.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Алиса тоже встала, стараясь успокоить бешено бьющееся сердце. Что только что произошло? Они почти поцеловались. Ее босс почти поцеловал ее. А она хотела этого.

Кирилл закончил разговор и повернулся к ней. На его лице снова была привычная маска профессионализма.

— Это был Антон. Нужно срочно ехать на встречу с инвестором, который прилетел из Лондона. Я подвезу вас по пути.

— Хорошо, — выдохнула Алиса, хватая сумку.

В машине они молчали. Но это молчание было наполнено невысказанным, недосказанным, недоделанным.

Когда они подъехали к ее дому, Алиса уже собиралась выйти, но Кирилл остановил ее, положив руку на ее запястье.

— Алиса. То, что чуть не произошло... — он помолчал, подбирая слова. — Это было бы ошибкой.

Слова резанули больнее, чем она ожидала.

— Понимаю, — она освободила руку. — Спокойной ночи, Кирилл Дмитриевич.

Она вышла из машины и пошла к подъезду, не оборачиваясь. Слезы жгли глаза, но она не позволила им пролиться, пока не закрыла за собой дверь квартиры.

Только тогда она позволила себе расплакаться. Тихо, горько, зло на саму себя за то, что позволила чувствам взять верх над разумом.

Кирилл прав. Это была бы ошибка. Отношения между боссом и подчиненной никогда не заканчиваются хорошо. Она знала это. Но почему же так больно?

Утром Алиса проснулась с твердым решением. Она скажет Кириллу, что не может остаться. Что лучше им расстаться сейчас, пока никто не пострадал окончательно.

Это было правильное решение. Разумное.

Но почему же каждая клетка ее тела протестовала против него?

ГЛАВА 6. РАССТОЯНИЕ

Пятница началась с серого неба и мелкого дождя. Алиса пришла на работу раньше обычного, надеясь успеть собраться с мыслями до появления Кирилла. Но когда она вошла в офис, свет в его кабинете уже горел.

Она постояла у двери своего кабинета, глядя на закрытую дверь. Нужно было зайти, сказать все как есть. Но ноги словно приросли к полу.

— Доброе утро.

Алиса обернулась. Кирилл стоял за ее спиной с двумя стаканчиками кофе в руках. Он выглядел усталым — под глазами залегли тени, костюм был помят, словно он провел ночь в офисе.

— Доброе утро, — ответила она, стараясь держать голос ровным.

— Встреча с лондонским инвестором затянулась до четырех утра, — пояснил он, протягивая ей один из стаканчиков. — Латте без сахара, как вы любите.

Он запомнил, как она пьет кофе. Эта мелочь почему-то ударила больнее всего.

— Спасибо, — она взяла кофе, избегая встречаться с ним взглядом.

— Алиса, нам нужно поговорить.

— Я знаю. Я приняла решение...

— Я тоже, — перебил он. — Зайдите в кабинет, пожалуйста.

Она последовала за ним, сердце билось так громко, что казалось, его слышно во всем здании. Кирилл закрыл дверь, прошел к окну и несколько мгновений молча смотрел на дождливую Москву.

— То, что я сказал вчера... — начал он, не оборачиваясь. — Я ошибался.

Алиса замерла.

— Что?

Он повернулся к ней, и в его глазах читалась такая усталость, что ей захотелось подойти, обнять его.

— Я всю ночь думал о вчерашнем. О нас. О том, что происходит между нами, — он провел рукой по лицу. — Я говорил себе, что это невозможно. Что это будет ошибкой. Что я не могу позволить себе чувствовать то, что чувствую.

Дыхание Алисы перехватило.

— И?

— И понял, что уже слишком поздно. Я уже чувствую. Независимо от того, хочу я этого или нет.

Повисла тишина, нарушаемая только шумом дождя за окном и стуком ее собственного сердца.

— Кирилл, — начала она, — я не могу...

— Подождите, — он поднял руку. — Выслушайте меня до конца. Я не прошу вас о чем-то конкретном. Я просто хочу быть честным. Вы появились в моей жизни совершенно случайно, и за эти две недели перевернули все с ног