Развод с Альфой. Теперь твой соперник зовет меня своей - Майкл Скофилд

Другое — услышать утром перед судьей:

нет, против расторжения не возражаю.

Часть меня, возможно, хотела, чтобы он сопротивлялся.

Не ради возвращения.

Ради доказательства, что восемь лет для него невозможно отпустить настолько легко.

Глупо.

Но боль редко бывает последовательной.

Судья записал ответ.

— Возражения по имуществу?

Кайден посмотрел на меня.

— Какие требования Норы?

Я достала подготовленный список.

Он взял.

Читал молча.

Я ждала.

— Восточная усадьба, — сказал наконец.

— Половина стоимости восстановления оплачена из моего личного наследства.

— Я знаю.

— Поэтому либо она остается мне, либо ты возвращаешь вложения по независимой оценке.

— Оставь усадьбу.

Я удивилась.

Кайден перешел к следующей строке.

— Дом твоей матери в Вейре полностью твой.

— Мы покупали совместно.

— Мне он не нужен.

— Это не аргумент.

— Нора.

— Я не возьму имущество просто потому, что тебе стыдно.

Он резко поднял глаза.

— Я не пытаюсь откупиться.

— Тогда делим по закону.

Судья Нейс кашлянул.

— Это разумно.

Кайден недовольно посмотрел на него.

— Сегодня все решили помогать?

— Я судья. Мне платят именно за это.

Я впервые за утро почти улыбнулась.

Кайден снова посмотрел в список.

— Личные счета и жалование Луны — твои без обсуждений. Украшения Вейлов тоже. Подарки моей семьи можешь оставить.

— Родовые вещи Хартов верну.

— Не обязательно.

— Обязательно для меня.

— Хорошо.

Его голос стал тише.

— Карета?

— Та, которой пользуюсь постоянно, куплена из общих денег.

— Забирай.

— Половину стоимости вычтем из моей части.

Кайден положил список.

— Ты действительно собираешься считать каждый стул?

— Нет. Именно поэтому составила перечень крупных вещей.

— Я могу обеспечить тебя так, что тебе вообще не придется думать о деньгах.

Вот оно снова.

Я откинулась на спинку кресла.

— Почему тебе так важно меня обеспечить?

— Потому что ты моя жена.

— С которой ты собирался развестись.

— Это не отменяет восьми лет.

— Для меня тоже. Поэтому я не отказываюсь от своей доли.

Кайден молчал.

Я добавила:

— Но мне не нужна пожизненная выплата за то, чтобы развод выглядел благороднее.

— Я ничего не покупаю.

— Тогда перестань предлагать больше, чем дает закон.

Ему не понравилось.

Но спорить не стал.

Судья сделал пометку.

— Я назначу независимого оценщика. Если оба согласны, имущество можно будет разделить без отдельного заседания.

— Согласна.

Кайден кивнул.

— Я тоже.

— Теперь временный статус госпожи Харт...

— Вейл, — снова поправила я.

Судья посмотрел на бумагу о фамилии.

— После регистрации этой формы в гражданском реестре можно использовать Вейл в повседневных и рабочих документах, пока старое имя сохраняется в брачном деле.

— Тогда Вейл.

Он записал.

Кайден не сказал ничего.

Но я увидела, как изменилось его лицо.

Вероятно, до этой минуты развод для него тоже оставался бумажной процедурой, которую можно контролировать сроками.

Фамилия оказалась понятнее.

Нора Харт существовала восемь лет.

Теперь я сама просила вернуть Нору Вейл.

Судья открыл последнюю форму.

— Полномочия Луны.

— Складываю сегодня.

Кайден повернулся ко мне.

— Нора.

— Мы это уже обсуждали.

— Нет. Мы обсуждали шесть недель. Если ты не хочешь участвовать в кампании как жена, хотя бы сохрани работу Луны до назначения временного управляющего.

— Нет.

— У тебя сорок семь текущих дел.

— Сорок девять.

Он замер.

— Два пришли вчера.

Конечно, я помнила.

— Тем более.

— Именно поэтому передам их правильно.

— Кому?

— Управляющей канцелярии и Совету. Все дела с личными семьями распишу по ответственным. Резервы Северного Круга не относятся исключительно к Луне, там останусь до передачи отчетов, если закон позволяет.

Судья сказал:

— Позволяет как специалисту, но без права представлять Серебряный Хребет от имени Луны.

— Вот так и сделаем.

Кайден смотрел на меня.

— Ты уже все решила.

— Да.

— Когда?

— Между пятью и семью утра.

— Ты почти не спала.

— Правда.

— И считаешь это хорошим состоянием для решений?

Я наклонилась немного вперед.

— Перестань.

— Что?

— Делать вид, будто проблема в том, достаточно ли я поспала.

Он замолчал.

— Я не подписываю отказ от имущества. Не продаю дом за половину цены. Не передаю кому-то деньги. Не уезжаю на другой край Эймара. Я открываю процедуру развода после того, как муж признался в четырехмесячной измене и сообщил, что сам собирался развестись со мной через шесть недель.

Кайден отвел глаза.

— Какой именно шаг кажется тебе безумным?

Ответа не было.

Судья Нейс протянул форму.

Я подписала временное сложение полномочий Луны.

Чернила высохли быстро.

Шесть лет закончились чуть длиннее одной подписи.

На шее оставался серебряный знак должности.

Тонкая цепь и небольшой медальон с волчьей головой Серебряного Хребта. Его надевали не каждый день, но для официального суда я взяла его утром.

Я расстегнула цепочку.

Положила на стол.

Кайден посмотрел.

— Не здесь.

— Почему?

— Это знак дома Альфы.

— Именно поэтому возвращаю Альфе.

— Нора.

В его голосе впервые появилась просьба, не связанная с выборами.

Я не понимала, чего он хотел.

Чтобы я отнесла знак домой?

Положила в коробку?

Сделала из этого частный момент между нами?

Нет.

Мне нужен был официальный.

Не публичное унижение.

Просто ясная граница.

— Я больше не буду исполнять обязанности Луны.

Судья Нейс взял медальон, составил короткую расписку и передал Кайдену.

Тот не сразу протянул руку.

Потом забрал.

Сжал в ладони.

Я увидела край серебряной цепочки между пальцами.

Мне стало плохо.

Не от сожаления о должности.

От памяти.

Шесть лет назад Кайден сам застегнул эту цепь на моей шее после первого собрания, где стая официально признала меня Луной.

Мы тогда были счастливы.

Он нервничал больше меня.

Потом отвел в пустую комнату за залом, поцеловал и сказал:

«Теперь они будут требовать от тебя слишком много. Не позволяй им».

Ни он, ни я не заметили, как со временем слишком много начал требовать не Совет.

Я поднялась.

— Здесь все?

Судья тоже встал.

— На сегодня да. Уведомления будут отправлены в Большой дом и Совет до полудня. Первый имущественный разбор назначу через четыре дня.

Кайден резко спросил:

— Совет обязательно уведомлять сегодня?

Нейс посмотрел поверх очков.

— Сложение полномочий Луны невозможно скрыть от Совета.

— Я говорю не о сокрытии. Можно уведомить после внутреннего заседания завтра.

— Нет.

Кайден