Терра. Часть 2 - Маргарита Боулес

— Мне нужен пятизвездочный отель.

Я сглотнула, подсчитывая расходы и понимая, что Аиррэль влетит мне в копеечку. Может придется брать в долг. Попрошу у демона, потом отдам постепенно. У меня дрогнули пальцы, и горло давило от надвигающейся волны ужаса.

— Как скажешь, — слова вышли сухо и обреченно. То, что творилось сейчас с моим сердцем и душевным спокойствием, описать было сложно. Я будто сидела в клетке с красными огненными прутьями и горела, не могла выбраться, стучалась и получала ожоги.

— И работать на трех работах ради этого? Считаешь, я настолько меркантильный? Ты так ненавидишь меня, презираешь? Аж страшно стало. В глаза не смотришь, точнее, не так. Ты ни разу даже не взглянула на меня.

— Мне не нужно на тебя смотреть, чтобы знать, что ты сидишь напротив! — огрызнулась я и поняла, что выдаю этим себя сполна. Нужно лишь выдержать, лишь успокоиться. Надеть маску безразличия. Совладать с эмоциями.

— Да, смертная, я причинил тебе боль, подвел, но…

— Заезженная пластинка. Не начинай.

— Я искал тебя почти четырнадцать лет. Демон не помогал, лишь мешал. Искал и не мог найти.

— Зачем? Что тебе надо?

— Я пришел за своей женой и не уеду, пока не верну ее, но обрел и дочь. Ты останешься в квартире и никуда не сбежишь от меня. Дай мне три месяца, позволь попробовать жить рядом с вами. Я хочу построить заново то, что было разрушено.

— А я не хочу возобновлять стройку. Я хочу лежать в руинах, так привычнее и комфортнее. Так менее болезненно.

— Нет, Скай. — Он протянул руку и коснулся моей ладони, накрыл своей, но я резко убрала руку, спрятала, обжигаясь. — Так одиноко и бессмысленно. Дай мне шанс. Я хочу жить с тобой и Аль. Вы нужны мне. Обе.

Я посмотрела на него впервые за целый вечер.

— Если хочешь знать, я не жил без тебя. Не сумел.

— Приехал сказать, что любишь?

— Люблю. Больше всего на свете. Тебя и… — улыбнулся, — дочь.

— Если любишь и хочешь нам счастья — уезжай. Лучше сегодня же!

— Я не могу. Знаю, что должен, но не могу. Упустил раз — не упущу дважды. Ты можешь злиться, но я знаю, наши чувства не изменились. И плевать на время и расстояния. Ты тоже чувствуешь это, поэтому бежишь от меня и боишься. Не убегай, смертная. Дай нам еще один шанс. Умоляю.

— На решение нужно время, — хмурый ответ и предупреждение. — Не думай, что победил. Три месяца.

Он просиял.

— Договорились, но ты скажешь нашей дочери правду.

— А ты готов стать отцом? Ей будет больно, когда ты уйдешь.

— Никуда я не уйду. Это ты убегаешь от меня постоянно и прячешься. Мы дали клятвы, обещали любить друг друга, а ты сбежала.

— Ты сделал мне больно. Очень больно.

— Да. И готов вечность просить у тебя прощение, но я не отказывался от тебя, от нас.

— И я не отказывалась.

— Жила одна эти годы? Кому нужна такая жертва? Я тоже жил один.

— Пф-ф-ф, сказки из разряда небылиц.

— Но это чистая правда.

Я нахмурилась, переваривая полученную информацию, а потом он встал и приблизился. Навис надо мной.

— Я ужасно хочу поцеловать тебя, смертная. Соскучился так, что готов умолять.

— Придется умолять, Аиррэль. Держи дистанцию. Сегодня спим на кровати, а завтра я придумаю что-нибудь. Не ждала тебя на ночь глядя.

— Как скажешь.

Он перетащил чемодан в комнату, достал сменную одежду в его стиле — льняные штаны и свободную легкую майку. Пока он переодевался, я уже легла в постель на свою сторону кровати и попыталась абстрагироваться от мысли, что Аир никуда не денется и ляжет рядом. Но долго абстрагироваться не получилось. Стоило ему лечь, и как-то в этой темноте мы соприкоснулись пальцами и набросились друг на друга без слов. Не знаю, чем я думала, но точно не головой. Зато впервые сердце не болело, и я была счастлива. Мы целовались с головокружительной страстью и запредельной любовью. Я не хотела признавать, что счастлива его видеть; рада, что он рядом и ничего больше не надо.

— Значит, он мой отец? — лыбилась дочь с утра.

— С чего ты взяла?

— Ма!!! IQ, помнишь? Догадалась.

— Аль. — Я села напротив дочери. — Ты права. Я любила Аиррэля, очень сильно. Так сильно, что с ума сходила.

— А он? Он любил тебя?

— Да. Мы были счастливы.

— Тогда…, что случилось? Изменил, да?

— Это не то, чем кажется.

— Ты оправдываешь его? — Дочь начинала злиться.

— Нет, зайчик, нет, но у него была амнезия. Он забыл меня, вспоминать не хотел, делал больно. Пойми, находиться рядом с тем, кого любишь и кто тебя ненавидит, — непросто.

— А он ненавидел?

— В какой-то момент да.

— Тогда почему он здесь?

— Воспоминания вернулись. Я знала, что он вспомнил, но все равно ушла, не потому что не любила, а потому что он сделал мне слишком больно.

— И ты до сих пор его любишь?

Я рассерженно кивнула, как-то отчаянно.

— А он зачем приехал?

— Хочет повернуть время вспять.

— Так не бывает.

— Ты должна злиться на меня, что лишила тебя отца, но я боялась, что не переживу больше предательства. У меня шалили нервы, случались панические атаки, я не могла его простить. Тогда не могла.

— Ма, если ты так решила, значит, была причина. Я не хочу, чтобы он делал тебе больно. Пусть уходит, если это ранит тебя.

— Альчик. — Я бросилась к дочери и обняла ее. — Ты моя радость, моя поддержка, самая лучшая девочка в мире. Но я позволила ему остаться.

— Надолго? — Дочь была не в восторге, но она должна узнать его таким, каким знала его я когда-то и каким он может быть.

— Аир хороший, и вам будет, о чем поговорить. Дай ему шанс. Тебя он не обижал и не бросал. Знаешь, он спас мне жизнь не единожды, вытащил с того света, собрал по частям. Я многим ему обязана.

— Ты поэтому позволила ему остаться?

— Три месяца. Дай ему три месяца. Попытайся узнать его получше.

— Я не хочу его знать.

— Аль,