Время неблагих. Книга третья - Максим Андреевич Далин

Зато драконы умели говорить через зеркало — прямо не хуже, чем Ричард. И я увидел, зачем им «сироп»: они им зеркало открывали, оккультным значком, вроде разомкнутой звёздочки.

— Вье-Найя, — сказал старший тому, по другую сторону, — доложи: здесь длинная и узкая полоска берега, поросшая травой, может приземлиться и взлететь маленький биплан, «Крачка» или «Ласточка». Ждём два, забрать людей и груз.

— Хорошо, — сказали с той стороны. — Заберём до рассвета. Зажгите костры на берегу.

Зажигать костры отправились Миль, Норис и младшие драконы. Тот, с колечками, притащил с разбитого аэроплана канистру с горючкой — и зажигали обычными спичками, никаких чудес.

— Вы будете сопровождать аэропланы? — спросил Гектор старшего дракона.

— До особого распоряжения мы будем охранять святоземельцев, — сказал старший. — Наверху считают, что их судьба ведёт, поэтому приказано обеспечить их безопасность всеми возможными способами.

Я немного выдохнул. Если с драконами — не так страшно и видится даже некоторый шанс.

По-моему, выдохнул не только я. Рошер, который рассматривал оружие драконов, довольно странную конструкцию, рискнул спросить у одного, который пристраивал на будущий костёр большую сухую корягу:

— А это у вас пулемёты же? А огнём — нет, вы не можете?

— Огнём не можем, — сказал дракон с колечками в ушах. Отвлёкся на минутку от будущего костра. — Мы можем ядом, но используем редко. Против жрунов — не особенно помогает. А это пулемёты, да. Пулемёты Орина, но особая конструкция.

— Облегчённая? — спросил Рошер.

Ужасно авторитетно выглядел. Мы все просто в подмётки не годились, мы во всех этих штуках не разбирались вовсе — а Рошер, видимо, разбирался, потому что дракон ему кивнул согласно.

— Довольно сильно облегчённая. Почти на четверть меньше весит — и всё равно изрядно тяжело. И вести огонь очередями мы избегаем.

— Отдача? — спросил Рошер. — Ну, вы сильны…

— Предполагается, что мы почти божества, — сказал дракон весело. — Элементали огня. Кое-какие особые возможности у нас есть.

— Не слушай этого трепача, человек, — сказал другой дракон, подошедший с хворостом. Если бы не золотистый отблеск в глазах и не хвост, казался бы обыкновенным южанином. — Чаще мы не воздушные бои ведём, а разведку.

— Да ладно! — сказал дракон с колечками. — Бывает всяко.

— А пулемёт можно посмотреть? — спросил Рошер.

А ему и не подумали возражать. Ему начали увлечённо показывать, как надевается, как выглядит, когда драконы меняют форму, как приспособлен вести огонь птичьими лапами — и все вместе начали обсуждать калибр и скорострельность таким тоном, будто Рошер тоже дракон и ему пригодится. Мне показалось, что и Гектор прислушивался с интересом, хоть и не лез в разговор. Если бы старший не прогнал драконов доделывать сигнальные костры, они, наверное, ещё долго бы проговорили.

— Крут же сюпруг, — улыбнулся Лэрик. — Жаль, летать не умеет.

И схлопотал подзатыльник от Глейзы, хоть и не слишком всерьёз. Из чего я заключил, что и августейшим сильно полегчало.

Не полегчало только Ильсоре. Она честно старалась успокоиться, не плакать, но губы у неё сами собой надувались, а слёзы стояли в глазах. Вот-вот — и перельются через веко.

Я сделал к ней шаг — и она мне тут же выдала, горестно, с совершенно убийственной укоризной:

— Я не хочу улетать! И не хочу, чтобы вы шли пешком! И не понимаю, как вы дойдёте! У меня всё внутри переворачивается… от страха…

И слёзы перелились.

Тогда её обняла Глейза. А Ильсора уцепилась за сестру, как котёнок, изо всех сил сжала в кулаках её рукава. И выпалила:

— Я не могу тебя отпустить! Я не хочу тебя отпускать! Никого не хочу, но особенно тебя!

— Малютка, — сказал Рошер, — ты же знаешь, что надо…

— Я ничего не знаю! — крикнула Ильсора в горе и ужасе. — Я хочу с вами! В Прибережье!

— Вместе мы не долетим, — сказал Лэрик.

Спокойно и скучно. Ильсору впечатлило: она перестала кричать и плакать, отпустила Глейзу и посмотрела на него.

— Я принц, — сказал Лэрик. — В таких вещах я принимаю решения… в смысле сразу после отца — я. А отец сказал чётко: ты — военный секрет. Ты — туз в рукаве. Ты — наша гарантия. Ты хоть понимаешь, что ты — гарантия для отца?

— Я⁈ — поразилась Ильсора.

— Мы бойцы, — сказал Лэрик. — Нас не выпустят без боя. Мы клятву дали, её тоже, наверное, чуют. Нас со старшей могут убить. Что будет с отцом, если ты пойдёшь с нами и тебя грохнут тоже?

— А со мной что будет, если вас убьют? — тихо спросила Ильсора.

— Ты выйдешь замуж, — просто сказал Лэрик. — И станешь матерью принца Святой Земли. Без вариантов.

— А если его тоже убьют⁈ — и прямо настоящее отчаяние в голосе.

И все поняли, что это не про того, будущего принца. А я подумал, не провалиться ли уже сквозь землю.

— Значит, за другого выйдешь, — вздохнул Лэрик. — Хотя будет очень жаль, если честно. Но вообще принцессы нужны не для красоты и не для радости, а для того, чтобы родить будущего короля. Оно так устроено, прости. Тебе ещё повезло, ты можешь выбрать. Наши принцессы выбирают… как правило.

Ильсору эта словесная оплеуха успокоила, как ни странно. Она достала платочек, мятый и довольно грязный, на который складывали детали пистолета Рошера и много чего ещё складывали, посмотрела на него печально — и не рискнула вытирать им слёзы. Сунула назад, в карман и шмыгнула носом.

— Я поняла, — сказала она мрачно. — Но лучше бы вам не умирать.

— Ясное дело, — сказал Рошер.

— Мы постараемся, — сказал я.

Я не был уверен на сто процентов. У меня на душе скребла целая банда кошек — страх, тоска и всё такое прочее… Но куда деваться-то…

И тут мы услышали с неба стрекот винтов аэроплана. Первый прилетел.

Маленький лёгкий биплан. Опустился на берег легко, как стрелочка, сложенная из тетрадного листка — только слышно было, как хрустят песок и трава под колёсами. Добежал до самого большого костра — и остановился.

И филин вылетел из кабины раньше, чем выбрались пилоты.

— Ричард! — заорали мы хором.

Ричард встряхнулся ещё в полёте — и опустился на землю уже во вполне человеческом виде. И я почувствовал, как всей моей команде со страшной силой хочется полезть к нему обниматься.

— Ну вот, — сказал Ричард. — Мы привезли подарки… и на этих крылышках улетят леди Ильсора и Гектор. А за вами, мессиры пилоты, и за грузом — позже. Но скоро.

— Нас простила государыня Виллемина? — спросила