Двойные неприятности княжны Джи - Наталья Фенгари

Я ещё долго прокручивала в голове различные варианты и строила гипотезы, а затем мысли вернулись к предстоящему браку и я всплакнула. Не было у меня желания выходить замуж за мужика, которого я ни разу не видела. Пусть княгиня его и расхваливает, но я его заочно ненавижу, хоть он и не виноват. Возможно я для него тоже не предел мечтаний.

В конце концов под утро меня сморил сон, однако беспощадная Юн Ли разбудила меня в восемь утра. Ненавижу ранние подъёмы, особенно если уснула пару часов назад, мысленно злилась я.

— Доброе утро, сиятельная княжна, — поклонилась мне служанка.

— Ага, — буркнула я в ответ, сидя на кровати и недовольно смотря на мир одним сонным глазом.

— Ой, госпожа, простите, но вы ужасно выглядите. Вы опухли, нужно сделать компресс из отвара трав перед завтраком. Моя госпожа, вы плохо спали? — смотря на меня с сочувствием, спросила служанка.

— После вчерашних новостей по-другому и быть не могло, — вздохнула я.

— Ох, госпожа моя, не переживайте Хэнг Фэньхо порядочный мужчина из хорошей семьи, он не создаст вам проблем. К тому же вашего Шэнли ни кто не отбирает, — невозмутимо рассуждала девушка.

Хорошо ей философствовать подобным образом, не ей же спать с нелюбимым мужчиной, мысленно злилась я.

— Сиятельная княжна, извольте идти освежиться, я пошлю слугу к лекарю за товаром, — поклонилась Юн Ли.

Кряхтя я кое-как встала с кровати и еле-еле перебирая ногами, отправилась в ванную. Посмотрев на себя в зеркало, я согласилась со своей служанкой, выгляжу я хреново. Вот так этому Хэнгу и надо ухмыльнувшись, позлорадствовала я.

Когда я лежала на заправленной кровати с примочкой на припухшей моське, в дверь постучали. Какие плохие новости меня ожидают сегодня, мысленно подумала я и не ошиблась.

Грохнувшийся на колени слуга моей матери Хангю, был бел как полотно и заикался.

— Госпожа княжна Джи, — испуганно начал парень и запнулся. — Сиятельная княжна Джи, — справился слуга, — госпожа, моя госпожа, у нас гости.

— Очередные сваты, — горько вздохнула я, лежа с мокрой тряпкой на морде.

— Хуже, госпожа. Лучше, лучше, намного лучше, госпожа. Это честь, великая честь. Сиятельная княжна Джи, смилуйтесь, я не хотел сказать ничего другого. Пощадите, госпожа, — ещё больше испугался Хангю.

— Успокойся, я тебя прощаю. Что может быть хуже сватов? — чуя очередной попадос, спросила я и аккуратно встала со своего ложа.

— К нам с визитом пожаловала верховная княгиня-принцесса Жаохуи Люйсянь, — сообщил дрожащий от страха слуга.

Мое лицо вытянулось от удивления, и мокрый компресс свалился с моего лица, шмякнувшись мне на колени. Напрягая извилины я сопоставила титул с фамилией Люйсянь и доперла, что нас почтила своим присутствием младшая сестра императрицы. Какого хрена ей нужно я не знала, но что будут проблемы — к бабке не ходи.

— Сиятельная княжна Джи, великая княгиня Шу требует, чтоб вы как можно скорее явились к ней. Княжеские регалии обязательны.

— Ну, твою ж мать, — не сдержалась я.

— Ой, госпожа, — прикрыв рот рукой, удивлённо уставилась на меня Юн Ли.

— Великая княгиня Шу так же сказала, — стоя на коленях, кивнул Хангю.

— Что-то ещё известно? Зачем пожаловала, княгиня-принцесса? Может, успела какие приказы отдать? — пыталась я получить информацию.

— Я только знаю, что верховную княгиню-принцессу Жаохуи Люйсянь со свитой разместили в гостевом доме, — с поклоном отчитался слуга.

— Значит она к нам надолго, — сделала я очевидный вывод.

Если по прибытию гостя размещают в даоцзофан или попросту в гостевом доме, то гость прибыл не на один день, скрипнула я зубами. Хорошо, что последнее время я много читала, мои общие знания о мире, законах и этикете значительно пополнились. Но всё равно страшно.

В дверь вновь постучали.

— Капитан Су Хансукан просит аудиенции у сиятельной княжны Джи Хансукан, — доложил слуга из-за двери.

— Впустить, — велела я.

Вошедший капитан мне поклонился и окинул взглядом присутствующих.

— Оставьте нас, — приказала я и слуг как ветром сдуло.

— Сиятельная княжна Джи, разрешите доложить? — опустившись на колени, молвил капитан.

— Докладываете и пусть это будут хорошие новости, — вздохнула я и взяв мокрый компресс с колен, шмякнула его на стол.

— Нижайше прошу меня простить, но мне нечем вас порадовать, — уважительно склонившись, молвил мужчина.

— Слушаю, говорите как есть.

— Благодарю вас, моя сиятельная госпожа. Собака, труп которой вынесли из резиденции дома чиновницы пятого ранга госпожи Янлин Гун, принадлежит госпоже Янлин Гун и животное было отправлено ядом кальси. Двое арестованных слуг принадлежащих дому Гун, были предварительно допрошены, однако допрос результатов не дал. Допрос должен был возобновиться сегодня с утра, однако ночью задержанные совершили самоубийство.

— Каким образом они это сделали, их не обыскали? — возмутилась я.

— Они перегрызли себе вены, моя госпожа. Один парень мертв, а второго доставили в лечебницу в очень тяжёлом состоянии. Лекарь говорит, сильная кровопотеря и заражение крови, шансы выжить у парня крайней малы. Префектура округа начала официальное расследование, к выжившему приставлена охрана. Это мой недосмотр, я должен был приказать их связать или приковать. Я не учел все варианты развития событий. Признаю свою вину и прошу вас, сиятельная княжна Джи, наказать меня. Я приму любое наказание по вашему усмотрению, — стоя на коленях, капитан Су склонился, коснувшись лбом пола.

Пока начальник охраны замер в ожидании своей участи, я пыталась осознать полученную информацию. Слуги перегрызли себе вены зубами, чтоб из них не смогли вытащить информацию. Невероятно! Вот это преданность, восхитилась и ужаснулась я одновременно. Собака отравлена тем же ядом, которым пытались убить меня, а слуги покончили с собой, чтоб не взболтнуть лишнего, следовательно, отравить меня пыталось семейство Гун. Или всё же эта была только лишь моя подруга Мингю Гун?

— Капитан, я не буду вас наказывать, вы не виноваты. Никто подобного и предположить не мог, — проявила я милосердие, хотя действительно считала, что глава моей охраны ни в чём не виноват.

Мужчина был готов разразиться благодарственной речью, однако я его прервала. Мне не хотелось потерять мысль.

— Капитан