Резонанс Ци. Том 10 - Иван Рейн

Он хмыкнул.

— А теперь представь каково мне. И избавляйся уже от привычки называть меня по старому имени. Одна такая оговорка при посторонних устроит нам весёлую жизнь, учитывая, что неподалёку маячит Эдвард.

Я усмехнулся и отпустил его. Отступил на полшага, посмотрел в голубые глаза и на этот раз уже не пытался шутить.

— Спасибо тебе за всё. За обучение, за поддержку… — Я ненадолго замолчал, подбирая слова, а затем широко улыбнулся. — И за то, что стал моим первым настоящим другом в этом мире.

— Ты сделал для меня куда больше, дружище. — Виктор тоже улыбнулся.

Я хотел ответить, но он усмехнулся и подмигнул.

— Ничего. Станем сильнее и будем спокойно общаться. Не оглядываясь ни на Лерона, ни на старейшин Зеронов.

Я кивнул и протянул руку. Его пальцы крепко сомкнулись на моей ладони. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Затем Виктор отпустил руку, попрощался с Алисой, повернулся и направился к лестнице.

— Удачи, Каин, — сказал он, махнув мне напоследок.

Я пожелал ему того же и проводил взглядом. Он быстро поднялся по ступеням, ещё раз мелькнул в проёме и исчез. Некоторое время сверху доносились удаляющиеся шаги. Потом стало тихо.

Алиса тоже смотрела на выход и слегка улыбалась.

— Одно обещание исполнил, — довольно сказал я, повернувшись к ней. — Теперь осталось помочь тебе.

— Не переживай об этом. — Девушка улыбнулась чуть шире и покачала головой. — Лучше сосредоточься на себе. Тебе нужно стать сильнее. Пока я нахожусь с тобой и Мией, то не чувствую себя такой одинокой, как в том лесу.

— Ощущаешь или нет, а слово я дал. И намерен его сдержать. Но ты права. Для этого мне нужно стать гораздо сильнее.

Затем мы вернулись к записям. Следующие пару часов читали и обсуждали непонятные фрагменты, пока я не начал клевать носом. Когда понял, что читаю одну строчку уже третий раз, решил закончить и лёг спать.

Утром я позавтракал и немного размялся. Повернул корпус, присел, осторожно потянул плечи. Тело ещё немного ныло, но силы почти полностью вернулись. Меридианы восстанавливались медленнее, но в целом и они уже выглядели куда лучше.

Пора уже заняться делом. Я достал пять летающих клинков и закрепил их на спине. Посмотрел в сторону лестницы, но сделав шаг к ней, остановился. Прежде чем уходить за растениями, нужно похоронить Дерека. Но если наблюдатель всё-таки где-то поблизости, то появление тела вызовет у него немало вопросов.

Я медленно оглядел подвал. Несколько секунд смотрел на свободный участок пола, потом подошёл ближе и раскрыл пси-поле, проверяя землю под бетоном.

— Пожалуй сделаю это здесь, — тихо сказал я Алисе.

Она перевела взгляд на пол и поняла всё без объяснений. Поднялась с нашего места и отошла к стене. Я подхватил четыре клинка, окутал их покровом и опустил к бетону.

Лезвия вошли почти без сопротивления. Быстрыми движениями сделал прямоугольник примерно два с половиной на два метра, затем подрезал плиту снизу. После чего подхватил её псионикой, поднял и аккуратно положил в стороне. Из тёмного проёма пахнуло сырой землёй.

Под бетоном оказалась глинистая почва. Клинки легко отделяли от неё небольшие блоки, которые я по одному вытягивал наверх. Стенки почти не осыпались. Работать руками не пришлось, но складывать здесь всю вынутую землю было негде, поэтому я стал временно убирать её в хранилище терминала.

Проём быстро уходил вниз. Я следил за клинками пси-полем, вырезал очередной слой и вытягивал куски глины. Иногда приходилось пережидать тянущую боль под рёбрами, однако усиливать покров было не нужно. Земля поддавалась и так.

Примерно через десять минут глубина достигла тридцати метров. Я тяжело выдохнул, убрал покров и вернул клинки на крепления. Затем достал тело Дерека.

Осторожно уложил его рядом с собой и опустился на одно колено. Повреждённая броня, след от страшного удара, неподвижное лицо. Глаза закрыты. Я смотрел на них, пытаясь найти нужные слова, и всё никак не мог начать.

Вспомнился наш разговор на прошлом задании. Дерек шёл рядом, говорил о Викторе и улыбался. Он был полностью уверен в своём друге.

Я провёл ладонью по краю его наплечника и тихо произнёс:

— Мы были знакомы всего пару месяцев, но, как мне кажется, успели стать друзьями. Прости, что не успел тебя спасти. И за то, что хороню вот так, тоже прости. Как же несправедливо, что подобные тебе хорошие люди, зачастую умирают молодыми.

Голос дрогнул. Я сглотнул и отвёл взгляд к стене, пережидая неприятный ком в горле. В глазах защипало. Несколько секунд слушал собственное дыхание, затем снова посмотрел на Дерека.

— Хотя ты бы, наверное, только махнул рукой. И сказал бы, что мёртвым плевать, где их закопают. Лучше думать о живых.

Уголки губ дрогнули, но улыбнуться не получилось. Я коротко выдохнул и убрал руку с его плеча.

— Покойся с миром, Дерек. Ты был хорошим другом. Сильным воином и надёжным товарищем. Надеюсь, ты обрёл покой.

Алиса стояла рядом и молчала. Я достал один из двух контейнеров с Морозной наледью, открыл его и осторожно извлёк растение. Синий бутон слегка покачнулся.

Одним из клинков я отделил стебель от корней. Положил цветок Дереку на грудь и поправил его так, чтобы тот не соскользнул. Потом убрал пустой контейнер и остатки растения, поднялся и подхватил тело псионикой.

Опускал медленно. Следил, чтобы ни плечо, ни голова не задели стенки. На глубине лицо быстро скрылось в темноте, но пси-поле продолжало показывать каждую деталь. Я осторожно уложил Дерека на дно и только после этого отпустил.

Алиса подошла к самому краю. С её ладоней вниз потекла зелёная Ци. Она ушла вниз и коснулась Морозной наледи, после чего ушла в землю. Цветок начал увеличиваться, голубое свечение стало ярче, осветив броню и лицо Дерека.

Из стенок с тихим треском начали вылезать корни. Сначала тонкие, почти незаметные, затем всё толще. Они переплетались над телом, тянулись навстречу друг другу и постепенно скрывали его. Я смотрел вниз, пока не исчезло последнее пятно голубого света.

Прошло всего секунд десять. Алиса опустила руки и повернулась ко мне. Я благодарно кивнул.

Возвращал землю так же, как вынимал. Доставал из хранилища, опускал вниз, укладывал следующий слой. Когда проём заполнился, немного уплотнил глину псионикой и вернул на место бетонную плиту. Её края точно легли в прежние прорези. На полу остался только прямоугольный шов.

Я ещё несколько секунд постоял над ним. Потом тяжело вздохнул.

— Пойдём, — сказал я, посмотрев на Алису. — Мы нужны тем, кто ещё жив.

— Главное, не вини себя, — тихо сказала Алиса. Она слабо улыбнулась, подошла ближе и взъерошила мне волосы. — Ты