Окно с видом на счастье - Наталья Соснина

— А из каких городов в этот раз группа?

Ей всегда было интересно общаться с коллегами из других регионов, узнавать, как складывается практика по тому или иному случаю: несмотря на то, что работала Катя в сфере недвижимости уже очень давно, законодательство часто менялось, и решения по делам иногда приходилось принимать только после изучения законов и консультаций с коллегами.

— Ой, Катюш, в этот раз разнарядку прислали, — махнула рукой Алла Игоревна. — Не поверишь! Огромная группа из Якутии — двадцать человек…

— Господи, там-то что регистрировать? — изумилась Катя. — Одна же тундра сплошная, откуда у них столько народу?

— Ну вот так, — продолжила Алла Игоревна. — И еще столько же из Бурятии. И ты вот у нас одна из Новосибирска.

— О как! — озадачилась Катя. — А что это меня одну отправили?

— А всего одно место оставалось, — ответила секретарь. — От вас мальчик какой-то должен был приехать, но в последний момент заменили.

— Да, — подтвердила Катя. — Федька. Оболтус, экзамен не сдал.

Алла Игоревна между тем остановилась перед дверью аудитории: оттуда слышался голос преподавателя.

— Ну пойдем, Катюша, — сказала она и открыла дверь.

Зайдя в аудиторию, Алла Игоревна произнесла:

— Дмитрий Павлович, прошу прощения. Приехала еще одна слушательница.

— Да-да, — ответил мужчина с «эспаньолкой» и в стильных очках, стоящий за кафедрой. — Пройдите.

Катя «прошла», на ходу кивнув Алле Игоревне, и остолбенела.

Аудитория была «поточная», не слишком большая: свободных мест виднелось немного. Однако поразило ее не это. В помещении не было ни одного человека европейской внешности, кроме доцента Кузина. Луноликие бурятские и якутские красавицы рядами сидели за партами аудитории. Мужчин было немного: буквально пять-семь представителей сильной половины человечества тех же национальностей разбавляли собой этот цветник.

Усаживаясь за парту, Катя чувствовала себя белой вороной, причем не в свободном полете, а в зоопарке: взгляды всех присутствующих были прикованы к ней. Наиболее пристально разглядывал ее доцент Кузин, который буквально уставился на вновь прибывшую — он даже очки поправил, очевидно, для того, чтобы лучше ее рассмотреть.

Катя еще не знала одного важного обстоятельства — заботливая Алла Игоревна второпях не успела ее предупредить: Дмитрий Павлович был известным казановой и не пропускал ни одной мало-мальски симпатичной юбки. Надо полагать, увидев в аудитории такое количество азиатских красоток, сей сердцеед некоторым образом приуныл, поскольку был все-таки поклонником традиционной для данной местности женской красоты.

И вдруг такая удача: опоздавшая оказалась мало того, что русской, так еще и поразительно красивой женщиной. Доцент Кузин воспрял духом. Приосанившись и вновь поправив на носу очки, он продолжил лекцию.

Однако следует заметить, что Дмитрий Павлович был в чистом виде теоретик. Окончив ВУЗ по специальности «юриспруденция», он сразу занялся преподавательской деятельностью и как практик свои знания никогда не применял. А, как известно, когда теоретик пытается донести какие-то моменты до практика, частенько бывают некоторые несостыковки. В аудитории, естественно, собрались исключительно практики: все инспекторы по недвижимости занимались правоприменительной деятельностью, тогда как доцент Кузин, наоборот, ни одного закона в своей жизни не применил и мог лишь пространно рассуждать на заданную тему.

— Итак, коллеги, — отпив из стоящего на кафедре стакана воды, доцент Кузин обвел взглядом аудиторию. — Продолжим. Что представляет собой понятие «недвижимость»?

Катя удивленно подняла брови: «Неужели, — подумала она, — он будет рассказывать нам, что такое недвижимость? Как-то вроде этот вопрос уже выяснили, причем довольно давно, еще в институте… Кроме того, мы, пожалуй, могли бы сами просветить доцента на эту тему… Странно…»

— Кто напомнит мне, — лукаво улыбнулся Дмитрий Павлович, — что же такое недвижимость?

Аудитория удивленно молчала некоторое время, потом раздался мужской голос, который по-военному четко отрапортовал:

— Недвижимость — это земельные участки, недра, а также объекты, которые прочно связаны с землей!

— А скажите, коллега, — столь же вкрадчиво продолжил доцент Кузин, который, очевидно, решил блеснуть интеллектом перед вновь прибывшей слушательницей. — Что значит «прочно связано»?

Тут уже не выдержала одна из представительниц «Единой недвижимости» по Республике Бурятия:

— Да что тут непонятного-то! — воскликнула она. — Это такие объекты, которые можно переместить, только причинив несоразмерный вред их назначению.

— Все верно, коллеги, — поднял руки ладонями к аудитории доцент Кузин. — Все верно… Н-да… Однако…

Катя вытаращила глаза: «Что может здесь вызывать сомнения? — в ужасе подумала она. — Существует четко сформулированное понятие, прописанное в Гражданском кодеке… Неужели он имеет иное мнение на этот счет?»

Между тем Дмитрий Павлович, кашлянув и многозначительно стрельнув глазами в сторону опоздавшей темноволосой красавицы, произнес:

— По данному вопросу, коллеги, можно поспорить!

Аудитория загудела. «Да что ж такое! О чем тут можно спорить! — услышала Катя возгласы инспекторов, в основном, конечно, женские. — Совсем уже!»

Доцент Кузин поднял вверх руку:

— Тихо, коллеги, тихо! Попрошу внимания! — и снова сверкнул очками в сторону Кати.

Инспекторы затихли. Катя же и вовсе замерла в ожидании — она понимала, что услышит сейчас нечто невообразимое: спорить о том, что такое недвижимость, — это примерно то же, что спорить о том, мокрая ли вода.

— В тридцатые годы, — начал свое повествование Дмитрий