Юрист с Рублёвки. Том 5 - Дмитрий Лим
Вера молча делала пометки на чистом листе.
— Свидетели рядом были? — спросил я.
— Я увидела, что к дому идёт соседка с собакой, Валентина Сергеевна с третьего этажа. Я сразу окликнула её, громко: «Валентина Сергеевна, подождите меня, пожалуйста!» И пошла к ней навстречу. Денис отступил на пару шагов в сторону.
— Соседка весь разговор слышала?
— Нет, весь разговор она не слышала, — ответила Полина. — Но она видела, как Денис стоял перед дверью и загораживал мне проход. И слышала, как он бросил мне вслед: «Подумай хорошенько, Полиночка, пока дядя заявление не подписал». После этого он сразу повернулся и ушёл к арке.
— Правильно сделала, что позвала соседку, — сказал я. — Теперь слушай меня внимательно. Никаких пропавших документов нет. При твоём уходе мы составили подробный акт приёма-передачи, а у Палыча Коган лично подписал официальное письмо о полной сдаче дел и отсутствии претензий к тебе.
— Значит, они ничего не смогут сделать? — с надеждой спросила она.
— Это весомый документ, Полин, но не иммунитет от проверок. Если Коган подаст заявление о пропаже бумаг, полиция обязана зарегистрировать материал по КУСП, а тебя могут вызвать за объяснениями. Мы к этому готовы. Главное — не поддаваться на давление.
— Что мне делать сейчас?
— Первое: сиди дома, никому не открывай. Второе: если Денис вернётся, станет звонить в домофон или стучать — никаких разговоров. Сразу набирай сто двенадцать. Называй дежурному точный адрес и говори только то, что происходит на самом деле. Если узнаешь Дениса — назови его по имени и скажи, что он уже подходил сегодня к подъезду. Никаких домыслов. До утра не жди, мне наберёшь после звонка в полицию.
— Поняла. — Дыхание в трубке выровнялось.
— Третье: утром одна на улицу не выходи. В восемь тридцать к подъезду приедет Катя на такси, поднимется к тебе и привезёт в офис. Здесь составим заявление. Всё понятно?
— Да, Алексей Дмитриевич. Спасибо. Буду ждать Катю.
— Отдыхай.
Я отключил вызов. Было около половины седьмого. Я сразу набрал номер Кати.
Она ответила быстро:
— Слушаю, Алексей Дмитриевич.
— Катя, добрый вечер. Завтра меняем утренний маршрут. В восемь тридцать будь у дома Полины. Возьми такси, поднимись к ней на этаж и привези в офис. Без задержек.
— Что-то случилось?
— Возле её дома крутился Васильев из консультации Когана. Поэтому главное правило: если у подъезда увидишь посторонних или самого Дениса — никакого сближения. В подъезд не заходи. При прямой угрозе сразу вызывай полицию по номеру сто двенадцать и звони мне.
— Поняла, Алексей Дмитриевич. Встречу и привезу в офис.
— На связи.
Я положил телефон. Вера постукивала ручкой по столу.
— «От нового человека», — негромко повторила она. — Денис ссылается на кого-то со стороны.
— Коган и раньше грозил заявлениями, — ответил я. — Но сейчас Денис прямо говорит о чужом заказе. Кто за ним стоит — вопрос открытый.
— Лебедев? — предположила Вера. — Или Карина?
— Доказательств у нас нет. — Я покачал головой. — Это может быть Лебедев. Может быть Карина. Кравченко уже грозил Полине, но вчера приходил только Соколов с просьбой о встрече. А сегодня заявился Васильев. Обычный клерк — думаю, ему пообещали деньги или повышение, сам бы он не полез.
— Думает, чужая спина прикроет от ответственности, — заметила Вера.
— Проверим. Завтра утром берём с Полины подробные объяснения: фиксируем время, место, фразы Васильева, условие и данные Валентины Сергеевны как очевидца. Подаём заявление в полицию по месту жительства Полины. Факты изложим дословно, квалификацию определит дознание.
— А со вторым шагом что?
— Второй сделаем сейчас. Направим официальное письмо Семёну Борисовичу.
Я открыл текстовый редактор. Пальцы привычно забегали по клавишам.
Я изложил всё предельно сухо, со слов Полины: сотрудник юридической консультации Васильев Д. В. встретил бывшего работника у дома и передал требование уйти из моей практики, угрожая заявлением о пропаже документов. Я попросил Семёна Борисовича в течение суток письменно обозначить свою позицию: являются ли слова Васильева официальной позицией консультации либо частной инициативой сотрудника, от которой руководство отмежёвывается. В конце приписал, что обстоятельства передаются на проверку в полицию.
— Грамотно, — сказала Вера, прочитав текст с экрана. — Строго по существу. Если Коган просчитывает риски, он не станет покрывать чужую авантюру.
— Письмо о полной сдаче дел мы в любом случае приложим к заявлению, — ответил я. — Независимо от того, что ответит Семён Борисович.
Я распечатал документ, расписался синей ручкой и отсканировал лист. Файл прикрепил к электронному письму. В строке адресата ввёл рабочую почту Когана. В теме указал: «О неправомерных действиях сотрудника Васильева Д. В.».
Клик мыши отправил сообщение на почтовый сервер.
Бумажный оригинал с подписью я убрал в сейф к документам Полины и запер замок.
— На сегодня хватит, — сказал я, убирая ключи. — Пойдём, Вер. Завтра с утра работы будет много.
Вера кивнула, закрыла ноутбук и взяла сумку. Мы выключили свет и вместе вышли из кабинета.
В среду, в девять утра в приёмной послышались шаги. Катя выполнила указание точно: в половине девятого встретила Полину у подъезда, взяла такси и довела до офиса.
Полина сняла пальто. Лицо бледное, но взгляд собранный.
— Проходи в переговорную, Полин, — сказал я. — Документы разложим.
Она кивнула.
Мы сели втроём — я, Вера и Полина. Составление объяснения заняло полчаса. Полина составила и подписала личное заявление: вчерашний эпизод у домофона, слова Дениса Васильева про «нового человека», намёк на старые дела у Когана, данные соседки с собакой и то, что она могла видеть и слышать. Я достал из сейфа копию письма Когана о полной сдаче дел, оформленного ещё у Палыча, и подколол к заявлению.
— Везём сейчас? — спросила Вера.
— Сформируем комплект до конца, — ответил я. — Нужно дождаться талона от Тихонова и собрать приложения по описи, тогда повезём всё вместе. Пока положим в сейф.
— Поняла, — сказала Полина. — Алексей Дмитриевич, мне за компьютером быть?