Наказание для инквизитора - Яна Смолина

— Как убили⁈ — я порывисто обернулась и отступила. — Он же вон, ходит, разговаривает!

— С особой жестокостью, — сказала Магнолия. — Господин инквизитор не даст соврать.

Она широко улыбнулась, посылая свою улыбку Дамиану.

— Припоминаю, мадам, — заговорил тот с какой-то даже мечтательностью в голосе. — Если не ошибаюсь, их было семнадцать, тех ножевых ранений. Убийство на почве ревности.

— Вполне оправданная расправа за измену. Уверена, вы понимаете, поступить иначе мне не позволило самолюбие.

— Как жаль, что самолюбие нельзя арестовать и казнить без необходимости лишать жизни человека.

— О, да, месье Дамиан. Но какое счастье, что за час до моей казни король Август объявил амнистию, и я оказалась свободна.

Эти двое легко беседовали, будто старые приятели, случайно встретившиеся на улице. Но предмет их разговора вызывал у меня оторопь, не укладываясь в голове.

Заметив моё перекошенное лицо, господин инквизитор переключил своё внимание на меня. Приблизившись, он заговорил покровительственно:

— Похоже, мы напугали мисс Бежон, Магнолия. Оставим этот разговор. Был рад с вами повидаться.

— Взаимно, месье. Взаимно.

— Подождите! — вскричала я громче, чем следовало. — Что значит, убила⁈ Как может быть, чтобы убитый после семнадцати ножевых расхаживал по улицам и что-то требовал⁈ Так не бывает!

Мужчина и женщина переглянулись. И во взглядах их скользнуло нечто вроде снисходительного взаимопонимания. Захотелось врезать обоим.

— Позвольте мне, Магнолия, — вызвался Дамиан. — Я как раз шёл к мисс Бежон, чтобы обсудить кое-что очень важное.

Его рука в чёрной перчатке легла мне на плечо и сковала его так, что я даже дёрнуться не могла. Дождавшись, когда ведьма скроется в магазине, мужчина развернул меня, вынуждая идти вместе с ним.

— Куда вы меня тащите⁈ — громким шёпотом спросила я, оглядываясь по сторонам в поисках спасения.

— Волноваться не нужно, — отвечал Дамиан тихо, но твёрдо. — Арестовывать вас за нападение я не стану. Но это только пока, — добавил проникновенный голос. — Вам повезло. Пострадавший всего лишь зомби, которому уже ничего не страшно. Но если бы от вашей чрезмерной активности снова пострадал живой человек, тогда бы мне пришлось говорить и действовать иначе.

С опаской глянув на инквизитора, я ощутила озноб и мелко задрожала. На меня смотрели синие глаза, в которых плескалось обещание человека, не привыкшего бросаться словами. Не имея сил отвести взгляда от мужчины, захватившего меня сразу в буквальном и переносном смысле, и от внимания которого ноги перестали ощущать твёрдость почвы, я едва не потеряла бдительность. Такой самоуверенный, с лёгкой небрежностью в облике он в первую встречу показался мне старше. Теперь я видела, что Дамиану нельзя было дать больше тридцати с хвостиком лет по меркам моего мира, естественно. И как такой молодой человек сумел дослужиться до звания командующего в местной системе правопорядка, оставалось загадкой.

— В таком случае уберите руки, господин Сорель, — отрезала я.

— Если вы пообещаете не делать глупостей и пойти со мной туда, куда я вас поведу, без необходимости применять кандалы.

Я нервно усмехнулась от такой наглости. Пришлось выпалить прямо ему в лицо:

— Поверьте, вам проще было бы заковать меня. Потому что теперь моё поведение зависит от того, куда именно вы меня тащите.

Сорель хмыкнул. Но хватку ослабил. Однако руку убирать не спешил. Пришлось скинуть её. Гневно уставившись на мужчину, отступила на шаг.

— Мы отправимся туда, где вам помогут, мисс Бежон, — сказал Дамиан тоном, не терпящим спора. Излишек энергии внутри вас опасен не только для недоброжелателей. Наверняка вы уже не раз падали в обморок. Я прав?

Он вздёрнул бровь. Я же отвела глаза.

— Вот в этом-то и дело. Если не принять мер, ваше сердце может не выдержать.

Дамиан развернулся и продолжил путь, вынуждая следовать за ним. И хоть я не особенно ему доверяла, пришлось подчиниться.

— Запомните главное, — продолжил мужчина, — никто, даже я, никогда не причинит вам вреда. И если сейчас я не лежу, распластавшись где-нибудь в неведомой дали, куда меня забросила ваша сущность, значит, я делаю всё верно. В связи с этим рекомендую мне подчиняться.

Он скосил взгляд, и я уверена, от этого ухмыляющегося чёрта не укрылся румянец на моих щеках, вызванный его двусмысленными речами. Подчиняться. Ишь ты.

— Ну допустим, — бросила я как можно более высокомерно. — И как далеко предстоит идти? У меня, вообще-то, ещё дела.

— Вы завтракали, Катрин? — спросил вдруг мужчина вместо того, чтобы ответить на вопрос.

— Я не голодная.

— Жаль. А я вот ужасно голоден. Здесь недалеко есть неплохое местечко.

— Предпочитаю закончить со всем как можно быстрее. Брюхо позже успеете набить.

Мужчина остановился, вынуждая остановиться и меня.

— А вы занятная, мисс Бежон, — заявил он. — Интересно, в каком пансионе для благородных девиц учат такой, — Дамиан сделал паузу, — непосредственности?

— Меня воспитала улица, месье. А потому не вижу смысла строить из себя то, чем я не являюсь.

Взгляд Дамиана изменился. Он не перестал источать интереса. Но природа его внимания стала иной. Если до этого меня не воспринимали всерьёз, то теперь надменная улыбка понемногу сползала с губ, обрамлённых лёгкой небритостью.

Растеряв окончательно весёлость, мужчина шагнул ко мне, приближаясь почти вплотную. Да нет, не почти. Его близость я ощущала грудью. Как и аромат парфюма с едва уловимыми нотками полевых трав.

— Вы правы, мисс, — тихо проговорил он, беря меня за руку. — Брюхо подождёт.

Вслед за этими словами раздался щелчок, а я оказалась вдруг стиснута в крепких объятиях. Возмутиться не успела. Ведь как только руки в перчатках сковали меня, я сорвалась и полетела вниз. Мы полетели. Будто опоры под ногами вовсе не было. Пространство вокруг в мгновение растворилось, превратившись в картинку из калейдоскопа, где на пёстром фоне перекатывались и мерцали затейливые фигуры, переходя одна в другую. Мы проваливались в