Путь к себе - Ольга Усачева
Потом он встретил ее возле ларька с фруктами, где она каждый день покупала себе черешню. Предложил прогуляться, но она отказала.
Он был красавчик, умный, с чувством юмора, но у Люды при его появлении было только чувство отторжения. Только не он!
Вот лучше бы к ней подошел тот парень, которого она видела несколько раз то тут, то там. Он был один. Такой простой и понятный. Как будто родной. Она замечала его взгляд, но он не подходил, а она сама бы не подошла знакомиться к незнакомцу и под страхом смерти. Так воспитана.
***
— Он-
Ну почему так всегда? Если девушка нравится, то она обязательно уже занята!
Андрей увидел Её чуть ли не в первый день, как приехал в Лазаревское. Девушка-видение! Неуловимая, как туман, нежная, как морской прибой, красивая, как магнолия.
Андрей сам удивлялся, что при взгляде на эту девушку, начинал рассуждать такими поэтическими сравнениями. Но он действительно так думал. Девушка так разительно отличалась от всех отдыхающих, как будто была с другой планеты.
Видел он ее несколько раз на улочках Лазаревского, в кафе или возле фруктовых рядов. В летящем белом платье, с плетеной сумочкой, из которой выглядывал корешок книги. Несмотря на то, что она здесь отдыхала вторую неделю, кожа ее так и не загорела, а только покраснела на плечах. Бедняжка! Она из тех, кто не загорает, а обгорает. Больно, наверное.
Андрея так и манила к себе эта девушка-видение, но рядом с ней всегда был мужчина — высокий, загорелый, весь такой напористый. Совсем не такой, как Андрей. Он так не умел. И отбивать чужих девушек тоже не умел.
«Что ж, такова се-ля-ви, как говорят у нас, во Франции!» — вспомнилась присказка мамы. Не случилось у него курортного романа. И домой уже пора…
***
— Она-
Людмила всё-таки смогла избавиться от того назойливого парня. В предпоследний день отдыха она увидела его, флиртующего с другой девушкой. Это её позабавило и мгновенно сняло груз вины, что была холодна с ним. В следующий раз, когда он к ней подошел, она так на него взглянула, встала и ушла, что даже ничего говорить не надо было, он все понял.
Жаль, что тот парень, который понравился Людмиле, так и не подошел. Скорей всего, он подумал, что этот загорелый амбал с ней, и не стал вмешиваться. Обидно. Отдых заканчивается, пора домой.
***
— Уважаемые пассажиры, экипаж воздушного судна номер 897, авиакомпании «Ямал» рад приветствовать вас на борту нашего самолёта…
Сердце Людмилы гулко бухало где-то в голове, мысли метались, не хватало воздуха. Да, она боялась летать на самолете, но не из-за страха полета её сердце готово было выпрыгнуть из груди.
Рядом сидел Он! Тот парень, который ей нравился, и который так и не подошел к ней в Лазаревском. А он так и не посмотрел на неё. Сидит, сосредоточенно слушает бортпроводницу.
Дурак!
Самолет разогнался, и резко оторвался от взлетной полосы. Это был самый страшный момент для Людмилы. Она всегда при взлете закрывала глаза от страха и хваталась за подлокотники. Страшно! А если самолет упадет сейчас в море? Она так и не научилась плавать. А если врежемся в горы?! Страшно!
Людмила почувствовала, как её руку сжала теплая ладонь. Она открыла глаза и в недоумении посмотрела на Него.
— Извини! — пробормотал Он. — Я тоже боюсь взлетать.
Людмила робко улыбнулась.
— Держи меня. Так не страшно!
Люди-одуванчики
Мне снилось, что солнечный зайчик превратился в настоящего пушистого зайчонка и прыгает по мне. Тёплый, пушистый и, почему-то, желтый. Так хотелось поймать этого зайчонка и потискать, но он ускользал из рук, оставляя на ладонях желтую пыльцу.
Я открыла глаза и наяву увидела этого солнечного зайчика, но потом поняла, что это всего лишь солнечные цветы. Муж сидел на кровати и щекотал меня букетиком одуванчиков.
— Просыпайся, наше Солнышко! Дочка уже давно не спит, я с ней во дворе погулял, кошек и курочек покормил, тебе весенний букет нарвал. Но вот покормить ребёныша тебе придется. Я еще на такое не способен.
Муж передал мне нашу малышку. Она, увидев маму, засучила ножками и заулыбалась. Будем считать, что она рада меня видеть, а не только предвкушает кормление. Я же понимаю, что для малышки я сейчас источник еды и тепла, а она для меня в любом случае источник счастья.
Когда я кормила дочку, муж смотрел на нас с нежностью и восхищением. Мне было немного неловко, я даже не умылась спросонья, а он так смотрит. Я вообще считала всю жизнь себя дурнушкой, и даже счастливое замужество меня в этом не переубедило. Муж еще меня называл всегда Солнышко, красавица, а я смущалась.
Любимый как будто прочитал мои мысли и сказал.
— Опять думаешь, что я зря называю тебя красавицей? А знаешь, за что я тебя полюбил?
Я вопросительно приподняла брови.
— За то, что ты одуванчик!
Да уж, вот так заявление. Тоже мне комплимент. Одуванчик — это же сорняк. Чего в