Властитель - Антон Кун

Я скосил взгляд и заметил, как рука сжимает золотой меч, будто сама по себе. Так, как сжимает меч опытный мечник.

Это конечно хорошо, но и Безымянный знает об этом, и теперь поторопится убить меня.

Я уже хотел было ринуться в Святой лес, как замер.

А зачем собственно император решил перед смертью всё рассказать врагу? Он ведь знал его реакцию и понимал последствия. Тогда почему?

Я раскрыл плащ за спиной и пулей выстрелил себя в небо, поднимаясь всё выше и выше. Давление нарастало, а я всё думал и думал. В какой-то момент я замер.

А мог ли он знать, что я смогу заглянуть в прошлое?

Минуту я переваривал информацию, и тут до меня дошло.

Он ведь тоже обладал аспектом времени, и когда началась атака, понял, что ему не уйти живым, а ещё скорее всего перед смертью заглянул намного дальше.

Значит, Безымянный теперь приложит все силы, чтобы я не успел освоить наследство императора. А что это значит для меня?

Верно, дед говаривал: «поспешишь, людей насмешишь», только никто в этот раз смеяться не будет.

Я вытащил телефон и набрал Волховеца. В голове уже вырисовывались первые черты плана.

Переговорив с тестем, я отправился в лазарет, нужно было узнать судьбу Игнатьева, а значит и императорской семьи. В целом, я понимал напавших, которым был нужен только император. Даже если дочери императора выйдут замуж и родят мальчиков, согласно законам империи у них не будет права наследования трона.

Вот только Безымянный не отличался милосердием, и император об этом знал, поэтому, собственно, и сделал всё для спасения своих близких.

Отбросив все мысли, я заметил недалеко от трассы белый громадный шатёр.

Подлетев ближе, разглядел мелкие снующие рядом с шатром точки, подъезжающие и отъезжающие машины.

Спустившись, я обнаружил себя не замеченным, совсем. Человек спускающийся с небес в черных доспехах, с развивающимся за спиной плащом того же цвета, и все это посреди ясного дня. Мало того, вокруг ещё и стояла белоснежная зима, я вообще казался на её фоне ярким пятном по идее притягивающим взгляды.

Но нет. Люди в медицинских халатах, гражданской одежде, а также в военной и полицейской, торопились, причём во все стороны.

Вот подъехала скорая, и её задние двери раскрылись. Первым показалась спина в синей куртке с надписью «имперская первая помощь», а затем человек не поворачиваясь вышел, держа в руках носилки. Они были тяжёлыми, и при нормальных условиях должны были превратится в каталку, но здесь, у трассы, не было асфальта, а утоптанный сотнями ног снег, как бы ни был хорош, не мог его заменить, и колёсики неминуемо бы застряли.

Поэтому мужчина из имперской скорой с хеканьем вытащил носилки, на которых лежала без сознания женщина лет сорока, на голове которой виднелся кровавый след.

Я быстро подошёл к ним и придержал вылезавшего из кареты скорой медицинской помощи второго медработника.

— Вы кто? — бесцветным голосом уставшего человека спросил он, скосив на меня взгляд. — Ей нужна срочная помощь, не мешайте.

— Я и не буду, — хмыкнул я и, призвав аспект жизни, влил энергию в пострадавшую.

При этом я чутко следил за своими ощущениями, отслеживая малейшие изменения.

Но нет. Сердце всё так же перегоняло жизнь по венам, а источник позволял волшебству изменять реальность.

Магия работала безотказно, и это радовало. Это открывало именно сейчас огромные возможности. И в первую очередь в том, чтобы позаботиться о своих подданных.

Женщина распахнула глаза, и в них я заметил отголосок моей силы, что выразилось в еле заметных изумрудных искрах.

— Что? Где я?

А спустя целую секунду на меня, как на божество, таращились трое медиков и сама спасённая.

— Вы одарённый жизнью? — вся апатия ушла из голоса медика. Теперь вместо усталости я отчётливо слышал в его словах робкую надежду.

— В том числе, — улыбнулся я.

Женщина, всё так же лёжа на носилках, несколько секунд разглядывала меня, затем её глаза расширились и она закрыла рот рукой:

— Вы же… — не смело произнесла она, будто я сейчас обернусь драконом и сожгу её вместе с каретой скорой помощи. — Вы же сын империи! Я вас узнала! Вы, царевич Алексей!

В последних словах я услышал целую гамму эмоций: неверие, восторг и надежду.

— Верно, — серьёзно кивнул я и обратился к медикам: — Ведите меня к местному главврачу.

Мужики внезапно гаркнули, хором:

— Так точно, ваше величество!

И вдвоём ринулись к шатру, словно за ними демоны погнались.

Я на это хмыкнул и зашагал за ними.

Мужики спешили ко входу в шатёр, обгоняя при этом людей, которые несли раненых на носилках.

Я шёл, смотрел и становился с каждой секундой всё мрачнее и мрачнее. Все эти загубленные жизни мирных граждан, вся эта жестокость, просто требовала от меня реакции. Быстрой, жёсткой, но справедливой.

Мои провожатые же, указав мне на нужного человека, поклонились и отправились назад к скорой.

Я огляделся. Ряды коек и ни одной свободной. Безымянный действительно был в ярости и решил её сорвать на ни в чем неповинных людях. Вот же… Слов не было, одни ругательства.

— Здравствуйте, — подойдя к главврачу, я направил концентрированную силу жизни на двадцатилетнего парня, у которого отсутствовала правая рука по локоть. Прямо почти как у меня.

Тот застонал и схватился за культю.

Рядом с кроватью истошно запищал небольшой ящик с зелёным экранчиком, который проводами был соединён с парнем.

— Что происходит? Пульс зашкаливает! Сестра… — запаниковал врач, и я положил ему руку на плечо.

Он резко обернулся, а я, вместо приветствия, сказал:

— Смотрите на руку.

Он так же быстро переместил взгляд на парня и выдохнул:

— Вы маг… — а затем крикнул: — Сестра, обезболивающее, быстро.

Немолодая женщина подскочила к нему спустя десяток секунд с готовым шприцом.

Я не был обученным целителем, и мой пациент сейчас корчился в муках оттого, что его рука стремительно удлинялась.

После инъекции парень успокоился, а его дыхание выравнялось.

Главврач недовольно посмотрел на меня, но новая рука, которая уже почти полностью отросла у пациента, не позволила ему высказаться о моих скромных талантах в медицине.

— Вы по какому вопросу? — не отходя от кровати пациента, посмотрел он на меня. — Вы помощь?

— Не без этого, — улыбнулся я. — Мне нужен Игнатьев. Солдаты, что разбирают завалы дворца, сказали, что он здесь.

— А вы ему кто? — поднял он бровь.

— Непосредственный начальник, с некоторых пор, — натянуто улыбнулся я.